Рассмотрим нумизматические материалы из закрытых комплексов раннего русского поселка. Всего за период 1992-2015 гг. здесь раскопано 50 ям с высоким (не менее 30 %) процентным содержанием русской керамики. В большинстве из них монет не найдено, только в 5 ямах обнаружено 12 медных пулов. В яме 52 раскопа 1-98 найдена анонимная сарайская монета с изображением сокола 726 г.х. (1325-26 гг.); в яме 57 раскопа 1-02 обнаружен анонимный сарайский пул с изображением пятиконечной звезды в круге 721 г.х. (1321 г.); в яме 26 раскопа 1-10 найден анонимный сарайский пул с изображением сокола 726 г.х. (1325-26 гг.); в яме 113 раскопа I- 13 найден анонимный сарайский пул с изображением сокола 726 г.х. (1325-26 гг.); в яме 121 раскопа 1-13 обнаружено 2 анонимных сарай- ских пула с изображением сокола 726 г.х. (1325-26 гг.). Следует особо отметить, что сверху последняя яма полностью перекрывалась золотоордынской землянкой 3, сооруженной в начале 30-х годов XIV в. (среди камней цоколя этой землянки найдено 4 анонимных сарайских пула 731 г.х. (1330-31 гг.) с легендой «шестнадцать пул-данг») [8, с. 396-400]. Интересна и яма 28 раскопа 1-97, в придонной части заполнения которой обнаружено 6 медных монет: 3 анонимных сарайских пула с изображением пятиконечной звезды в круге 721 г.х. (1321 г.) и 3 анонимных сарайских пула с изображением сокола 726 г.х. (1325-26 гг.).
Таким образом, в ямах раннего русского поселка встречаются только сарайские медные монеты, выпущенные в обращение в первой половине 20-х годов XIV века. Ни одной медной монеты, отчеканенной ранее 1321 г., на Водянском городище не обнаружено, а это значит, что наиболее вероятная дата основания русского поселка - рубеж 10-20-х годов XIV века. Полное отсутствие в ранних русских ямах монет 30-60-х годов XIV в. свидетельствует о том, что русский поселок прекратил свое существование в середине 30-х годов XIV в., то есть функционировал всего около 15 лет. Именно к середине 30-х годов XIV в. относятся самые ранние золотоордынские комплексы Водянского городища, некоторые из которых перекрывают более ранние ямы русского поселка (яма 26 и яма 30 раскопа I- 10; яма 121 и землянка 3 раскопа I-13) [6, с. 57-58, 61-62; 8, с. 396-400]. Эти стратиграфические связки весьма показательны, так как документально и очень точно маркируют самый ранний этап строительства собственно золотоордынского города на месте Водян- ского городища, который надежно датируется анонимными сарайскими пулами 731 г.х. (1330-31 гг.). Большое количество медных монет первой половины 20-х годов XIV в. (87 шт.), найденных при раскопках ВААЭ, неопровержимо свидетельствует о том, что уже в начальный период функционирования Водян- ского городища русское население было в полной мере вовлечено в общую систему денежного обращения Золотой Орды.
Для выяснения особенностей планировочной структуры раннего русского поселка следует проанализировать специфику территориального распространения русской керамики в прибрежной зоне Водянского городища. С 1992 г. по 2015 г. здесь было найдено 15 685 фрагментов русской посуды, причем на разных участках памятника количество таких керамических находок неодинаково. На некоторых раскопах ВААЭ русской керамики вообще нет (11-89) или ее очень мало - в среднем 2,5 фрагмента на 1 м2 (раскопы 1-93, I- 96, 11-96, 1-00, Ш-00, 1-01, 11-10; 1-16). Особый интерес представляют раскопы с большим количеством фрагментов русской посуды: раскоп 1-11 (7,5 фрагментов на 1 м2, всего
2 185 шт.); раскоп 1-97 (9,4 фрагмента на 1 м2, всего 2 420 шт.); раскоп 1-05 (11,8 фрагмента на 1 м2, всего 658 шт.); раскоп 1-14 (12,7 фрагмента на 1 м2, всего 1 265 шт.); раскоп 1-04 (17,2 фрагмента на 1 м2, всего 1 265 шт.); раскоп 1-12 (17,7 фрагментов на 1 м2, всего 196 шт.).
Не менее показательно территориальное распределение хозяйственных ям с высоким (не менее 30 %) процентным содержанием русской посуды. Подавляющее большинство их исследовано на северо-восточной окраине городища на раскопах: 1-92 (ямы 2, 11); 1-93 (ямы 1, 9); 1-97 (ямы 24, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 43); 1-02 (яма 57); 1-03 (ямы 63, 74); I- 05 (ямы 96, 98); 1-06 (яма 105). Серия ям с высоким процентным содержанием обломков русской посуды раскопана в центре прибрежной зоны Водянского городища на раскопах: 1-10 (ямы 5, 6, 26); 1-12 (ямы 37, 40, 41, 57), а также на южной окраине памятника на раскопе 1-11 (ямы 8, 12, 13).
Нетрудно заметить, что участки городища, на которых зафиксирован выраженный русский культурный слой, содержащий большое количество обломков русской посуды, достаточно точно совпадают с местами концентрации хозяйственных ям с высоким процентным содержанием фрагментов русской керамики и территориальным распределением медных монет 20-х годов XIV века. Таким образом, анализ особенностей планиграфичес- кого распространения русского культурного слоя, русских ям и медных монет 20-х годов XIV в. дают возможность точно локализовать отдельные обособленные территориальные зоны раннего русского поселка Водянского городища. К настоящему времени в прибрежной части Водянского городища удалось выявить три таких зоны: северо-восточную, центральную и южную (см. рисунок).
Русский квартал. Находится в прибрежной зоне на юго-восточной окраине Во- дянского городища. Высказывалась точка зрения о том, что территория русского квартала состояла из двух частей - северной и южной, которые были разделены неглубоким оврагом [10, с. 255]. Однако впоследствии выяснилось, что собственно русский квартал занимал только крайний юго-восточный участок городища, а территория, расположенная к северу от него, представляет собой южную периферию раннего русского поселка (см. рисунок). Здесь тонкий русский культурный слой залегает на материке и представлен отдельными пятнами, а обломки русской посуды составляют лишь 10 % от общего количества керамических находок [12, с. 128]. Многолетние раскопки на территории русского квартала не выявили никаких следов золотоордынских кирпичных или каменных построек, ни перекрывающих, ни подстилающих слоев. Следовательно, русский квартал Водянского городища можно рассматривать как однослойный бытовой археологический памятник, а это значит, что практически все обнаруженные здесь сооружения и находки связаны с деятельностью русского населения.
Всего на территории русского квартала в раскопах !-92, !-94, !-95, !-99 и Ш-00 общей площадью 482 м2 найдено 15 563 фрагмента керамики (из них русских 5 474, то есть 35 %) и исследовано 19 хозяйственных ям. По пластам русская керамика была распределена следующим образом: 1-й пласт - 29 %, 2-й пласт - 40 %, 3-й пласт - 42 %. В ямах раннего русского поселка фрагменты русской посуды составляют в среднем 63 %, а в ямах более позднего квартала - только 48 %. Кроме керамического материала, при раскопках русского квартала найдены десятки тысяч обломков костей животных, птиц и рыб, а также: 3 цилиндрических пружинных замка, 3 железных ключа, железные шарнирные ножницы, многочисленные фрагменты железных ножей, железные гвозди и скобы, 9 железных рыболовных крючков, железная мотыжка, фрагменты двух бронзовых зеркал, 12 пряслиц из фрагментов стенок красноглиняных гончарных сосудов, 12 каменных оселков, перстень из синего стекла, бусы из цветного стекла и камня, многочисленные находки каменных грузил для рыболовных сетей.
При исследовании русского квартала в раскопах 11-68, 1-92, 1-94, 1-95, 1-99 найдено 12 монет XIV в., самые ранние из них - 2 са- райских дирхема Узбека 717 г.х. (13171318 гг.) и 722 г.х. (1322 г.), а самые поздние - 2 медных пула Хызра 762 г.х. (1360-1361 гг.), чеканенные в Гюлистане и Сарае ал-Джедид. Кроме того, найдено 3 анонимных пула с изображением шестилепестковой розетки чекана Сарая ал-Джедид 50-х годов XIV в.; 1 анонимный пул 40-х годов XIV в. с изображением двуглавого орла чекана Сарая ал-Джедид; 1 стертая медная монета 50-х (?) годов XIV в. и 2 дирхема Джанибека, чеканенные в Гюлистане и Сарае ал-Джедид в 40-х годах XIV в. и 756 г.х. (1355 г). При этом монета с изображением двуглавого орла и дирхем Джанибека 40-х годов XIV в. были втоптаны в материк [10, с. 257]. Как известно, ранние дирхемы Узбека сохранялись в обращении до рубежа XIV-XV вв., поэтому они не могут быть использованы в качестве надежного датирующего материала [14, с. 94-100]. Важно и то, что при раскопках русского квартала не обнаружено ни одной монеты 70-90-х годов XIV века. Судя по находкам медных пулов, русский квартал Водянского городища функционировал с середины 30-х до начала 60-х годов XIV в., то есть всего около 25-30 лет. Учитывая, что на территории русского квартала не найдено ни одной медной монеты 20-х годов
XIV в., можно сделать вывод, что он был основан после того, как русский поселок перестал существовать.
При сопоставлении археологических материалов раннего русского поселка и русского квартала Водянского городища выявляется ряд закономерностей. В отличие от русского поселка, где обнаружены только медные пулы первой половины 20-х годов XIV в., но не найдено ни одной монеты 30-60-х годов, на русском квартале зафиксирована обратная ситуация. Здесь представлены только монеты 40-х - начала 60-х годов XIV в., но не обнаружено ни одного пула с изображением пятиконечной звезды в круге или сокола. Эти факты свидетельствуют о том, что русский поселок и русский квартал Водянского городища функционировали в разное время.
О разновременности раннего русского поселка и русского квартала Водянского городища свидетельствуют и серьезные различия керамических материалов, полученных при их раскопках. На русском квартале исследовано 16 ям с большим количеством керамических находок, в 11 из них (69 %) обломки русской посуды составляли от 30 % до 50 % (ямы 1, 2, 4, 6, 8 раскопа !-92; ямы 9, 10 раскопа !-94; ямы 13, 15, 17 раскопа !-95; яма 19 раскопа П-00), в 2 ямах (19 %) - от 51 % до 69 % (ямы 11, 12 раскопа !-94) и только в 2 ямах фрагменты русской посуды составляли более 70 % от общего количества керамических находок (яма 16 раскопа !-95 (70 %) и яма 5 раскопа !-92 (74 %)).
Иная ситуация зафиксирована при раскопках хозяйственных комплексов русского поселка. Здесь исследовано 35 ям с большим количеством керамических находок, в 13 из них (37 %) обломки русской посуды составляли от 30 % до 50 % (ямы 1, 9 раскопа !-93; ямы 28, 34, 35, 43 раскопа !-97; яма 57 раскопа М2; ямы 63, 74 раскопа М3; ямы 5, 6 раскопа И0; ямы 8, 13 раскопа И1), в 13 ямах (37 %) - от 51 % до 69 % (яма 2 раскопа М2; ямы 24, 33, 37, 38, 39, 40 раскопа М7; яма 26 раскопа И0; яма 12 раскопа И1; ямы 37, 40, 41, 47 раскопа М2), в 9 ямах (26 %) - более 70 % от общего количества керамических находок (яма 11 раскопа М2; ямы 51, 52, 55 раскопа М8; яма 36 раскопа М7; яма 78 раскопа М4; ямы 96, 98 раскопа М5; яма 105 раскопа М6).
Таким образом, процентные соотношения русской и красноглиняной керамики из хозяйственных комплексов русского поселка и русского квартала выглядят следующим образом. На территории квартала ямы с содержанием фрагментов русской керамики менее 50 % составляют 69 %, а на территории поселка - всего 37 % (почти в 2 раза меньше); на территории квартала ямы с содержанием русской керамики от 51 % до 69 % составляют 19 %, а на территории поселка - 37 % (в 2 раза больше); на территории квартала ямы с содержанием русской керамики более 70 % составляют всего 12 %, а на территории поселка - 26 % (в 2 раза больше). Кроме того, на исследованной площади поселка раскопано 6 ям, в которых содержание фрагментов русской посуды составляет от 75 % до 100 %, на территории русского квартала таких комплексов вообще нет.
Сейчас трудно сказать что-либо определенное об особенностях планировочной структуры русского поселка. Тем не менее к настоящему времени удалось установить, что на всей исследованной площади городища ранний русский культурный слой залегает на материке и представлен в виде довольно крупных обособленных пятен. Именно поэтому можно утверждать, что ранний русский поселок занимал всю прибрежную часть Водянского городища и представлял собой совокупность отдельно стоящих жилых и хозяйственных комплексов с сильно разреженной застройкой.
Многочисленные нумизматические материалы свидетельствуют о том, что русский поселок Водянского городища прекратил свое существование не позднее середины 30-х годов XIV в., а после широкомасштабных нивелировочных работ было начато строительство золотоордынского города. Все это обусловило уникальность большинства хозяйственных сооружений раннего русского поселка, которые представляют собой закрытые комплексы, так как при их засыпке использовались не перемешанные разновременные культурные напластования, а только культурные отложения, оставленные русскими обитателями поселка, который был основан на месте, где до этого никто и никогда не жил. Это обстоятельство и многочисленные нумизматические находки из закрытых комплексов позволяют датировать русский поселок Водянского городища узкими хронологическими рамками - от рубежа 10-20-х годов до середины 30-х годов XIV в., то есть в пределах 15 лет.
После ликвидации поселка русское население было переселено на юго-восточную окраину города, где был образован обособленный русский квартал, который просуществовал всего около 30 лет. Судя по нумизматическим материалам, русский квартал запустел не позднее середины 60-х годов XIV века. Здесь не найдено ни одной монеты Токтамы- ша, которые часто встречаются при раскопках жилых и хозяйственных построек Водянского городища, уничтоженных в результате разгрома города войсками Тимура в 1395 году. На территории русского квартала не зафиксировано следов пожара, не обнаружено ни вещевых, ни монетных кладов, спрятанных или брошенных в спешке вещей. Все это свидетельствует о том, что русский квартал был покинут жителями в относительно спокойной обстановке. В настоящее время можно считать установленным, что угасание русского квартала было связано с глубоким кризисом, разразившимся в Золотой Орде в середине 60-х годов XIV века. Если при этом учесть, что верхний уровень культурного слоя здесь совпадает с уровнем современной поверхности и при его многолетних исследованиях не выявлено никаких следов золотоордынских сооружений, то станет ясно, что в последней трети XIV в. вся площадь, некогда занятая русским кварталом, окончательно запустела.
локализация поселок хозяйственный
Список литера туры
1. Балабанова, М. А. Антропологический состав и происхождение населения Царевского городища / М. А. Балабанова // Историко-археологические исследования в Нижнем Поволжье. - Волгоград : Изд-во ВолГУ 1999. - Вып. 3. - С. 199-228.