Была создана администрация кино, она состояла из шефа кино и его помощника и контролера за работой над кинотехникой. В среднем показывали 2-3 сеанса, они начинались в 12, 14 и 16 часов. Оккупационные газеты с восторгом отзывались о немецкой хронике еженедельного обозрения «Дойчевохеншау», которая в идеологических и пропагандистских целях освещала военные действия несокрушимой немецкой армии. Данная хроника обязательно показывалась в начале каждого сеанса. Помимо хроники, обязательно крутили культурный фильм идеологического содержания, он описывал борьбу немецкой армии с советскими сотрудниками госбезопасности и партизанами. Отдельную ветвь кинопропаганды занимали фильмы, которые показывали жизнь немецких людей в новой Германии, например, «День немецкого Рабочего», «Фюрер и его народ», «Мы едем в Германию!». Данные фильмы предназначались для агитации потенциальных рабочих на работы в Германию и вступление в коллаборационистские формирования вермахта.
Из художественных фильмов в репертуар кинотеатров входили советские довоенные киноленты и старые советские картины: «Волга-Волга», «Дети капитана Гранта», «Дубровский», «Семеро смелых», «Трактористы», «Таинственный остров», «Музыкальная история», «Антон Иванович сердится», «Аринка», «Моя любовь». Из немецких фильмов показывали мюзиклы «Алло, Жаннин» и «Кора Тери», оба с прекрасной Марикой Рёкк, мелодраму «Бель Ами» с любимой актрисой фюрера, русской эмигранткой Ольгой Чеховой. Демонстрировались и американские фильмы. Так, Краснодарская кинопрокатная контора выдала для демонстрации в кинотеатрах края мюзикл «Большой Вальс», комедию «100 мужчин и одна девушка» [10, с. 96].
Кинотеатры, работавшие в период оккупации, можно разделить на две категории. В одних демонстрировались только немецкие фильмы, в том числе самые новые. Их посещали главным образом немецкие военнослужащие и чиновники. Хотя по специальным пропускам и талонам в такие кинотеатры могли ходить и местные жители, все фильмы были снабжены надписями-переводами на русском языке. И это тоже был один из действенных приемов немецкой пропаганды, демонстрировавшей немецкий образ жизни. Другие кинотеатры могли посещать все желающие.
Отдел пропаганды «Кавказ» всячески способствовал возобновлению работы театров, музеев, библиотек и других очагов культуры. В частности, осуществлялось содержание художественных коллективов за счет отдела пропаганды и городских управ. При отделах науки и искусства были организованы концертноэстрадные бюро, где должны были зарегистрироваться артисты. Репертуар театров подвергся соответствующему пересмотру и утверждению оккупационными властями. Основную часть репертуара составляли произведения дореволюционных русских писателей и драматургов. Так, в драматических театрах оккупированных городов Ставрополья и Кубани ставили: «Без вины виноватых», «Преступницу», «Детей Ванюшина», «Даму-Невидимку», «Гамлета», «Бесприданницу», «Тетку Чарлея», «Даму с камелиями», «Зазу», «Каширскую старину», «Коварство и любовь». В краснодарском театре «Колосс» 13 августа 1942 г. был создан малый фронтовой театр - «Кляйнес-театр», он обслуживал исключительно офицеров вермахта, а его репертуар составлял лично шеф краснодарского гестапо. Оккупационные газеты пестрили заголовками о возрождении на Кубани старых казачьих традиций. Так, в Краснодаре в ноябре 1942 г. при содействии германского командования возобновил свою деятельность хор кубанских казаков, в Пятигорске - Терский казачий ансамбль под руководством Ландоги. Труппа Украинского драматического театра, организованная в Краснодаре при содействии городской управы, ставила «Запорожца за Дунаем», «Наталку-Полтавку», «МатьНаймычку» [1, с. 73]. Концерты северокавказских исполнителей проходили в отделе пропаганды «Кавказ».
В Пятигорске в театре музкомедии шли оперетты Лекока «Зеленый остров» и «Сорочинская ярмарка». В г. Ставрополе возобновили свою работу филармония и музыкальное училище. В театре «Варьете» выступали известные певцы Белоусов, Зелевский, Орлов, исполнявшие запрещенные советскими властями романсы. В Ставрополе в здании Дома художественного воспитания детей оставшаяся в городе группа артистов ставила спектакли А. Островского.
16 октября 1942 года в г. Ставрополе возобновил свою работу краеведческий музей, уникальные коллекции которого, созданные Г. Праве, В.??Лучником, Н. Динником и А.??Норманом, были снабжены надписями на русском и немецком языках. Продолжал собирать представителей пятигорской интеллигенции музей - домик Лермонтова. Здесь три раза в неделю проводились музыкально-поэтические вечера и экскурсии, их посещали и военнослужащие вермахта. Анализируя работу различных культурных учреждений, необходимо отметить, что оккупационные власти в первую очередь стремились занять досуг немецких солдат, а уже затем нормализовать культурную жизнь населения оккупированных областей.
Таким образом, на оккупированных территориях Ставрополья и Кубани в своих пропагандистских целях нацисты проводили особую социально-культурную политику. В городах и сельских населенных пунктах данного региона осуществлялись специальные программы в области образования и здравоохранения, религиозной и культурной жизни. Необходимо подчеркнуть, что при аналогичном сравнении с большевистской политикой выводы свидетельствовали о преимуществах нацистского режима. Надо сказать, что идея культурного возрождения на основе немецкого «нового порядка» получила одобрение у значительной части местного населения. Поражения вермахта на фронтах означали одновременно крах нацистской пропаганды и проводимой в регионе социально-культурной политики. Это нашло отражение в преступлениях и злодеяниях, осуществляемых германской армией при отступлении с Северного Кавказа, в том числе и по отношению к учреждениям образования и культуры и ее материальной базе.
Список источников
киноикусство театральный нацистский
1. Болдырев Ю. А., Васильев С. С. Творческая интеллигенция Северного Кавказа в годы оккупации (1942-1943) // Проблемы истории массовых политических репрессий в СССР: материалы I региональной научной конференции / науч. ред. С. А. Кропачев; Краснодар. клуб граждан. образования «ТС “Южная Волна”»; Краснодар. краевое отд-ние общерос. обществ. орг. «Рос. Мемориал». Краснодар, 2003. С. 63-76.
2. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК). Ф. Р-1255. Оп. 1.
3. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 6991. Оп. 2.
4. Государственный архив Ставропольского края (ГАСК). Ф. Р-2836. Оп. 1.
5. Грибков И. В. Газеты на оккупированной территории СССР на русском языке в период Великой Отечественной войны (1941-1944 гг.): источниковедческое исследование: дисс. … к.и.н. М., 2016. 262 с.
6. Кубань. 1942. 30 сентября.
7. Кубань. 1942. 20 октября.
8. Кубань в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945: рассекреченные документы; хроника событий: в 3-х кн. Краснодар: Советская Кубань, 2000. Кн. 1. Хроника событий 1941-1942 гг. 814 с.
9. Линец С. И. Северный Кавказ накануне и в период немецко-фашистской оккупации: состояние и особенности развития (июль 1942 - октябрь 1943 г.). Ростов-на-Дону, 2003. 564 с.
10. Малышев А. В. Средства массовой информации Юга России в годы Великой Отечественной войны (на материалах Дона, Кубани и Ставрополья): дисс. … к.и.н. Ростов-на-Дону, 2001. 189 с.
11. Пятигорск и пятигорчане в Великой Отечественной войне / ред. А. Е. Шлепак, Г. Д. Попова. Пятигорск: Пятигорская типография имени Анджиевского, 1995. 90 с.
12. Пятигорское эхо. 1942. 29 сентября.
13. Пятигорское эхо. 1942. 11 октября.
14. Ставрополье в период немецко-фашистской оккупации (август 1942 г. - январь 1943 г.): документы и материалы / сост. В. Водолажская, М. И. Кривнева, Н. А. Мельник. Ставрополь: Кн. изд-во, 2000. 175 с.
15. Ставропольские губернские ведомости. 1995. 11 февраля.
16. Ставропольское слово. 1942. 8 ноября.