Электронные деньги, с юридической точки зрения, не являются вещами, а имущественными правами. Таким образом, они не могут выступать в качестве предмета большинства преступлений против собственности (кражи, присвоения и растраты, грабежа, уничтожения или повреждения имущества). Уголовное законодательство в части определения предмета хищения, в частности путем использования глагола «изъятие», подразумевающего вещный характер похищаемого имущества, требует изменений. В противном случае посягательства на обязательственные права можно квалифицировать по ст. 165 УК РФ, но поскольку санкция, предусмотренная законом за совершения данного преступления, значительно мягче, чем за хищения, то данное решение представляется неудачным. Для ликвидации данного правового пробела, предлагаем в определение понятия хищения, которое содержится в Примечании 1 ст. 158 УК РФ, добавить такой предмет как имущественные права, изложив его в следующей редакции: «Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, либо приобретение права на имущество, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества».
В параграфе обосновывается мнение о нецелесообразности включения в УК РФ ст. 159.6 (мошенничество в сфере компьютерной информации), так как этим законодатель ослабил уголовно-правовую борьбу с рассматриваемым видом мошенничества. Санкции норм ст. 159.6 УК РФ значительно мягче санкций ст. 159 УК РФ, хотя использование информационно-коммуникативных технологий, наоборот, повышает степень общественной опасности мошенничества. Для того чтобы отразить возможные виды обмана в мошенничестве в сфере компьютерной информации, с нашей точки зрения, достаточно было бы руководящего разъяснения Пленума Верховного Суда РФ. Формулировка диспозиции ч.1 ст. 159 УК РФ вполне укладывается под его различные проявления.
Помимо указанного, дополнив уголовное законодательство ст.159.6 законодатель исключил из диспозиции данной статьи такие отличительные признаки мошенничества как обман или злоупотребление доверем и фактически приравнял все виды хищений с использованием информационно-коммуникативных средств к мошенничеству, хотя данные виды хищения, с нашей точки зрения, должны классифицироваться на несколько форм. Прежде всего, этого необходимо для дифференциации уголовного наказания. Вредоносная программа, с помощью которой совершается хищение, должна восприниматься как орудие преступления, а не как обманный способ его совершения.
Следует заметить, что мошенничество является наиболее распространенным преступлением против собственности, совершаемым с использованием информационно-коммуникативных технологий. На это прямо указывали опрошенные нами работники правоохранительных органов, что было подтверждено результатами анализа материалов современной правоприменительной практики и контент-анализа современных средств массовой информации.
В третьем параграфе анализу подвержены уголовно-правовые нормы о преступлениях против общественной нравственности, ориентированных на борьбу с киберпреступностью. Отмечается, что информационно-коммуникативные технологии превратились в одно из основных средств совершения преступлений, связанных с распространением порнографических материалов. Но высокий спрос на эти материалы заставляет продолжить развитие вопроса о существовании необходимости ужесточения уголовной ответственности за их распространение с использованием компьютерных сетей.
В современных работах, посвященных противодействию преступлениям, предусмотренным ст. 242 УК РФ, достаточно часто отмечается, что увеличение информационного обмена с зарубежными странами, появление спутникового телевидения, компьютерных систем сопровождаются не только процессами, расширяющими культурно-коммуникативные возможности человека, но и внедряющими неоднозначно интерпретируемые явления, в том числе и порнографию. Изменения нравственных стереотипов сознания населения, ослабление внешнего, институционального контроля за творческим процессом, отражающим сексуальные отношения, порождает нормативную неопределенность в оценке произведений порнографического характера. В связи с этим общественная опасность порнографии в связи с переоценкой нравственно-эстетических идей, бытовавших в социалистическом обществе, утрачивает свою очевидность. Если в силу каких-либо причин пока еще нельзя легализовать в Российской Федерации оборот порнографических материалов и предметов, то, по крайней мере, необходимо исключить уголовную ответственность за распространение порнографических материалов или предметов, если такое распространение осуществляется без цели извлечения дохода в крупном размере.
Извлечение дохода в крупном размере должно явиться основополагающим признаком, образующим состав преступления в случае распространения порнографических материалов или предметов. Анализ материалов правоприменительной практики и результаты опроса сотрудников правоохранительных органов свидетельствуют, что уже сейчас более чем в 90% случаев распространение таких материалов или предметов осуществляется путем продажи. Таким образом, граждане, не участвующие в коммерческом обороте порнографической продукции, не должны нести уголовную ответственность за ее распространение. В настоящее же время торговля порнографическими материалами или предметами является всего лишь одним из видов их распространения. В связи с этим, с позиций уголовного права между организованной торговлей порнографической продукцией и безвозмездной пересылкой по компьютерной сети одного порнографического фильма (или обменом порнографическими фильмами) можно поставить знак равенства.
В связи с изложенным, мы считаем необходимым изложить диспозицию ст. 242 УК РФ в следующей редакции:
Незаконные изготовление в целях распространения или рекламирования, рекламирование порнографических материалов или предметов, а равно незаконная торговля печатными изданиями, кино- или видеоматериалами, изображениями или иными предметами порнографического характера, с целью извлечения дохода в крупном размере.
Понятие крупного размера сформулировано в примечании к ст. 242.1 УК РФ и его в этом случае необходимо будет распространить на две статьи.
Особо вредное влияние порнография оказывает на несовершеннолетних, но любые действия, связанные с предоставлением несовершеннолетним доступа к порнографическим материалам или предметам, попадают по действие норм гл. 18 УК РФ (Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности), а именно ст. 135 (развратные действия).
Указание на использование телекоммуникационных и компьютерных сетей в системе квалифицирующих признаков должно содержаться не в ст. 242, а в ст. ст. 135 УК РФ. Мы считаем, что такой признак должен содержаться в ч.4 ст. 135 УК РФ, санкция которой в качестве максимального наказания предусматривает 15 лет лишения свободы. Кроме этого, аналогичным признаком должна быть дополнена ст. 242.1 УК РФ (Изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних). Соответствующий признак предлагается разместить в ч.2, под буквенным обозначением «д». Часть 2 ст. 242.1 УК РФ относит запрещенные в ней деяния к категории тяжких преступлений и предусматривает в качестве максимального наказания до 10 лет лишения свободы. По нашему мнению, такое наказание полностью соответствует степени общественной опасности, запрещенных в ст. 242.1 УК РФ деяний, если они будут совершаться с использованием телекоммуникационных или компьютерных сетей.
Под уголовно-правовым запретом должны находиться не только деяния, описанные в диспозиции ч.1 ст. 242.1 УК РФ, но и хранение материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних без цели распространения, публичной демонстрации или рекламирования таких материалов или предметов.
Подобный уголовно-правовой запрет будет иметь существенный превентивный потенциал и позволит привлекать к уголовной ответственности лиц, у которых будут обнаружены материалы или предметы с порнографическими изображениями несовершеннолетних. В современной правоприменительной практике органам расследования достаточно часто не удается доказать специальную цель хранения данных материалов или предметов, которая указана в диспозиции ч.1 ст. 242.1 УК РФ. Таким образом, мы предлагаем изменить диспозицию этой нормы и убрать из нее указание на какую-либо цель. При этом, как нам представляется необходимо криминализировать и деяния, связанные с приобретением материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних.
Под приобретением мы предлагаем понимать любые действия субъектов по получению указанных материалов или предметов - от покупки до скачивания из Интернета или других телекоммуникационных сетей.
Предлагаемая редакция диспозиции ч.1 ст. 242.1 УК РФ может быть представлена в следующем виде:
Приобретение, изготовление, хранение или перемещение через Государственную границу Российской Федерации либо распространение, публичная демонстрация или рекламирование материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних, а равно привлечение несовершеннолетних в качестве исполнителей для участия в зрелищных мероприятиях порнографического характера лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста.
В четвертом параграфе исследуется предупредительный потенциал уголовно-правовых норм о преступлениях против основ конституционного строя и безопасности государства, ориентированных на борьбу с киберпреступностью. В параграфе отмечается, что информационно-коммуникативные технологии широко используются в совершении одних из наиболее опасных преступлений, посягающих на основы конституционного строя и безопасности государства, к числу которых можно отнести - публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности (ст. 280 УК РФ) и возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства (ст. 282 УК РФ). Такие преступления характеризуется не только высокой степенью общественной опасности, но и сложностью правовой квалификации. Причем использование субъектами данных составов преступлений информационно-коммуникативные технологий придают им некоторую специфику, которая должна учитываться в процессе уголовно-правовой оценки. Они представляют экстремистским сообществам и организациям уникальные возможности для обмена информацией, координации деятельности своих участников в режиме реального времени и для вербовки новых своих членов. Таким образом, информационно-коммуникативные технологии в современных условиях являются одним из наиболее перспективных и, к сожалению, востребованных инструментов организации деятельности экстремистских сообществ и организаций. Помимо этого, экстремистские сообщества и отдельные организации активно используют в своей деятельности компьютерные сети для пропаганды, в рамках которой пропагандируется целый комплекс, исповедуемых ими целей и ценностей. Наряду с информацией идеологического характера в компьютерных сетях нередко размещаются еще и инструкции по изготовлению взрывных устройств.
Использование компьютерных сетей при совершении преступлений в виде публичных призывов к осуществлению экстремистской деятельности или возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства придает данным составам преступлений специфику, которая должна учитываться в процессе их уголовно-правовой оценки. Однако особенности квалификации этих преступлений, совершенных с использованием указанных сетей находятся в тесном переплетении с проблемами уяснения институциональных признаков экстремизма и определения ряда признаков их объективной стороны.
В процессе публичных призывов к осуществлению экстремистской деятельности или выполнения деяний, связанных с возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства широко используется сеть Интернет, сайты которой не во всех случаях попадают под категорию средств массовой информации. Для устранения такой диспропорции ч.2 ст. 280 УК РФ целесообразно дополнить новым квалифицирующим признаком - с использованием телекоммуникационных или компьютерных сетей, а диспозицию ч.1 ст. 282 дополнить указанием на использование таких сетей наряду со средствами массовой информации.
В заключении подведены итоги исследования, сформулированы основные выводы и предложения.
В приложениях представлены анкеты и опросные листы, при помощи которых осуществлялось изучение материалов уголовных дел и проводился опрос сотрудников правоохранительных органов.
Основные научные результаты диссертации опубликованы в следующих работах автора:
Научные статьи, опубликованные в изданиях, рекомендованных перечнем ВАК Минобрнауки России
1. Чекунов И.Г. Киберпреступность: проблемы и пути их решения // Вестник Академии права и управления. 2011. №25 - С. 97-104. (0,7 п.л.).
2. Чекунов И.Г. Понятие и типология киберпреступности // Вестник Академии права и управления. 2012. №26 - С. 68-74. (0,6 п.л.).
3. Чекунов И.Г. Киберпреступность: понятие и классификация // Российский следователь.2012., № 2. - С. 37-43. (0,7 п.л.).
4. Чекунов И.Г. Некоторые особенности квалификации преступлений в сфере компьютерной информации // Российский следователь. 2012. №3 - С. 26-28. (0,3 п.л.).
5. Чекунов И.Г. Квалификация мошенничеств, связанных с блокированием программного обеспечения компьютеров пользователей сети Интернет // Российский следователь. 2012. №5. - С. 31-33. (0,2 п.л.).
6. Чекунов И.Г. Криминологические и уголовно-правовые аспекты предупреждения киберпреступлений // Российский следователь. 2013. №3 - С. 36-43. (0,7п.л.).