"Конгломератный национализм" как идеологический базис становления курдской автономии в Сирии
Вертяев Кирилл Валентинович
кандидат политических наук
старший научный сотрудник, ИВ РАН
117261, Россия, г. Москва, ул. Рождественка, 12
Аннотация. В статье рассматриваются исторически предпосылки для становления в Сирийском Курдистане основ «конгломератного национализма» местных политических элит, как формы самоопределения сирийских курдов в виде Федерации Северной Сирии (бывш. самопровозглашенная «республика Рожава»), представляющих собой союз сообществ кантонного типа в виде автономии в составе федеративной Сирии. Концепция демократического конфедерализма, как формы самоопределения курдов Сирии в составе федеративного сирийского государства, является определяющей в политической программе Партии "Демократический союз" (Сирия), представляющей, в основном, интересы курдов Сирии, но выступающей с позиций интернационализма и отрицания идеи национального государства, как формы самоопределения курдов в нынешних исторических условиях. В качестве методологической основы рассматривается концепция демократического конфедерализма, как национализма конгломератного типа, что выражается в существовании общества в рамках максимального уважения к культурной автономии этнических и конфессиональных групп, которые совместно выступают в качестве нацио-образующих субъектов, претендующих на суверенитет или независимость. В статье проводятся параллели «конгломератного национализма» сирийских курдов (Федерация Северной Сирии, провозглашенная 16 марта 2016 г.), как явления, с кантонной системой Швейцарской Конфедерации, где итоговая национальная идентичность формировалась совокупностью входящих в нее национальностей и религиозных групп, организованных в виде формально независимых кантонов.
Ключевые слова: сепаратизм, курдские партии, Партия Демократический союз, курды, Федерация северной Сирии, война в Сирии, курды Сирии, Салих Муслим, Рожава, конфликт
Abstract. The article considers the historical prerequisites for the formation of the “conglomerate nationalism” fundamentals of local political elites in Syrian Kurdistan as a form of Syrian Kurds' self-determination shaped in the Federation of Northern Syria (the former self-declared “the Republic of Rojava”), which is the union of canton societies in the form of autonomy inside the federative Syria. The democratic confederalism concept as a form of the Syrian Kurds' identity is a determinant of the political program of the Democratic Union Party (Syria), representing, basically, the interests of Syrian Kurds in the current historical context. The research methodology is based on the democratic confederalism concept as a conglomerate type nationalism, consisting in the existence of the society in the conditions of the maximum level of respect to the cultural autonomy of ethnical and confessional groups, which together act as the nation-building subjects, aspiring to sovereignty or independency. The author compares the “conglomerate nationalism” of Syrian Kurds (the Federation of Northern Syria, proclaimed 16 March 2016) as a phenomenon, with the canton system of the Swiss Confederation, where the final national identity has been formed by the set of its member nationalities and religious groups, organized in the officially independent cantons. конгломератный национализм автономия сирия
Keywords: Salih Muslim, Kurds of Syria, war in Syria, separatism, Kurdish parties, Democratic Union Party, Kurds, Federation of Nothern Syria, Rojava, conflict
Создание курдской автономии в Сирии (с марта 2016 года официально именуемой уже не республика Рожава, а Федерация Северной Сирии) тесно связано с общей дестабилизацией внутри страны в результате кровопролитной гражданской войны. Курды составляют одну из основных этнических групп сирийского государства, где их проживает, по разным сведениям, около 2 - 2,5 млн. человек, или 10% всего населения страны. Наибольшее количество сирийских курдов проживает в районе Джизра (араб: Джазира) на северо-востоке страны. Другим крупным местом поселения курдов в Сирии является Африн (или Курдские горы), к северу от Алеппо. Около 10% сирийских курдов проживают в небольшом анклаве Кобани близ турецкой границы. Все эти области являются полиэтничными конгломератами, где этническое большинство (в разной пропорции) составляют курды, говорящие на диалекте курманджи курдского языка. В качестве других этноконфессиональных групп здесь присутствуют арабы, туркоманы, несториане, армяне, езиды и др. Достаточно сказать, что сложный полиэтнический характер не только северных регионов, но и всей Сирии является одним из основных препятствий урегулирования политического кризиса, приведшего к гражданской войне.
Проживающие в Джазире (Джизре) на северо-востоке Сирии курды являются потомками могущественных курдских племен милли и миран, и большинство их родственников находятся по другую сторону сирийской границы с Турцией. В конце 20 - х годов Сирия превратилась в центр «курдского диссидентства»: здесь была создана первая крупная курдская националистическая организация «Хойбун», стремившаяся распространить свое влияние среди курдов Турции. Ирана и Ирака. В те времена, когда Сирия еще была подмандатной территорией Франции, здесь впервые заговорили о курдской автономии. Так, в 1929 году пять курских парламентариев в сирийском национальном собрании выступили с предложением автономизации курдов (также, как и алавитов). Французская администрация поддержала этот проект, однако требование установления курдского языка в качестве одного из государственных не могло быть осуществлено по той причине, что не хватало кадров для его преподавания. В этой связи курдские элиты Сирии сосредоточили агитацию не на политических целях, а на необходимости культурного развития, изучения курдского языка. Так, французской администрацией в начале 30-х годов в Дамасском институте высшего образования был создан факультет изучения курдского языка [1].
Впервые вопрос о закреплении национальной идентичности курдов Сирии в форме автономии был поставлен созданной в 1957 г. доктором Нуреттином Заза полулегальной Демократической партии Сирийского Курдистана, находившейся в тeсном контакте с Демократической партией Курдистана Мустафы Барзани. Однако с образованием в 1958 г. Сирией и Египтом Объединенной арабской республики в стране активизировался арабский национализм, многие курдские партии и печатные издания были запрещены. В частности, в 1960 г. было задержано около 5000 сторонников Демократической партии Сирийского Курдистана.
С приходом в 1963 г. к власти в Сирии баасистского режима в сирийской внутренней политике укрепилась арабская националистическая составляющая. Одной из наиболее заметных форм национальной дискриминации курдов Сирии являлся отказ баасистского правительства выдавать сирийские паспорта части проживающих на территории страны курдов, в основном в районе Джазиры, к западу от реки Евфрат. Бежавшие еще в середине 50-х годов XX века из-за нестабильности в Ираке курды попали в число беженцев, вынужденных переселенцев, которые по закону не могли иметь сирийского гражданства. Причем курдам для получения гражданства необходимо было предъявить доказательства проживания на территории Сирии с 1935 г, т.е. с фактического провозглашения сирийской независимости.
По разным сведениям общее число курдов без гражданства в Сирии к 2004 г. составляло около 300 тыс. человек. С другой стороны, Джизре (Джазира) - это богатый природными ресурсами регион, предрасположенный к эффективному ведению многих видов сельского хозяйства. В начале шестидесятых годов прошлого столетия сирийское руководство форсировало проведение земельной реформы и переписи населения, которая в Джизре была произведена за один день. При этом 43% всех земель, находящихся в собственности государства, приходились именно на этот небольшой район, где располагались курдские беженцы и пришлые из-за границы курдские племена [2]. Для Сирии в экономическом отношении это очень важный регион: здесь сосредоточены нефтяные запасы и выращивается до 80% хлопка и пшеницы.
В период эскалации водных проблем с Турцией и фактического отсутствия внешних союзников по этой проблеме, сирийское руководство приступило к налаживанию связей с ПРК, а ее руководитель А. Оджалан с 1979 г. получил политическое убежище на территории Сирии и Ливана, откуда он осуществлял руководство своей партией. Это привело к тому, что пришедший к власти в Турции в результате военного переворота генерал Кенан Эврен заявил в 1981 году, что курдская проблема Турции, происходит извне, а в 1985 г. министр иностранных дел Турции открыто обвинил власти Сирии в поддержке курдских боевиков [3].
Влияние партии Оджалана было традиционно сильно в сирийских курдских регионах. Однако для Сирии ПРК являлась (как бы то ни было) политической организацией, чье влияние на базе этнического партикуляризма было и остается достаточно сильным по обе стороны сирийско-турецкой границы и чьи левые идеи импонируют курдской, и отчасти, сирийской интеллигенции. Сирийский режим, вольно или не вольно, стал выступать стороной, поддерживающей курдский сепаратизм в Турции в виду того, что ПРК обладала весомой поддержкой со стороны курдов и на сирийской территории, большинство из которых, при этом, не являлись сирийскими гражданами, а имели статус беженцев. Такая двусмысленность во многом сказалась на трудноразрешимости курдских противоречий между Турцией и Сирией, которые приобрели новую, более драматическую фазу после высылки Сирией под давлением Турции Абдуллы Оджалана в 1998 году, когда Сирия фактически потеряла возможность влиять на курдский вопрос в Турции.
С началом гражданской войны в Сирии на авансцену военной борьбы за права курдов вышла созданная в 2003 г. Партия демократического союза ПДС (PYD) -- политическая «франшиза» Партии рабочих Курдистана в Сирии, обладающая, к тому же, собственными силами (отрядами народной обороны, YPG). С началом активной фазы сирийской гражданской драмы, силы самообороны ПДС фактически взяли под свой контроль целый ряд населенных пунктов, населенных преимущественно курдами в провинциях Африн, Кобани, Камышлы и Хасеке (объединившиеся в 2014 г. в самоуправляемый кантон Джизре) , расположенных вдоль турецкой границы, которые с началом активной фазы гражданской войны в Сирии перешли в полуавтономное самоуправление. В рамках внутрисирийского кризиса у ПДС была двоякая роль. С одной стороны, эти сторонники лидера курдских повстанцев Абдуллы Оджалана традиционно пользовались поддержкой Асада, с другой - ПДС настаивала и продолжает настаивать на учреждении демократической автономии курдов в Сирии, и это никак не связано со сменой политического режима в стране.
Другим влиятельным политическим движением в среде сирийских курдов являются сторонники Мосуда Барзани - Демократическая партия Сирийского Курдистана - ответвление Демократической партии иракских курдов. Влияние этой партии сильно среди курдов провинции Джизре, переселившихся туда во времена политической нестабильности в Иракском Курдистане еще в конце 50-х годов, и все это время фактически лишенные права на сирийское гражданство. В момент создания Курдского национального совета Сирии в 2011 году руководитель этой партии Абдулкерим Башар был его первым председателем. Будучи достаточно влиятельной политической силой среди курдов Сирии, СДПК выступает за кантонизацию курдского этноареала, выдачу всем сирийским курдам паспортов и федерализацию Сирии, вплоть до признания курдского языка в качестве одного из государственных. Также среди сирийской курдов заметно влияние и более левого политического движения иракских курдов - Патриотического союза Курдистана.
Возможное политическое сотрудничество двух ведущих сил сирийских курдов ПДС и ДПСК (то есть, сторонников Оджалана и сторонников Барзани) затруднено целым набором объективных препятствий, связанных, в первую очередь, с идеологическими разногласиями. При посредничестве Барзани был создан Высший совет курдов Сирии (ВСКС). Он провозглашался органом самоуправления, в подчинении которого находились вооруженные силы самообороны. Во второй половине июля 2012 года силы самообороны захватили несколько небольших городов на севере страны, населенные в основном курдами, а стратегически важный город Кобани, находящийся непосредственно у границы с Турцией перешел под полный контроль сил самообороны (в действительности - под контроль ПДС).
Многие курдские партии в Сирии с началом гражданской войны в стране демонстрировали ту или иную степень лояльности анти-асадовским силам оппозиции. При этом большинством курдских политических элит делался акцент, что они не будут участвовать в вооруженной борьбе с режимом Асада, а собираются вести борьбу за свержение режима демократическими мирными способами.
Большинство курдских партий настаивают на децентрализации управления в курдских регионах, что лежит в целом в рамках предлагаемой Оджаланом парадигмы «демократического конфедерализма» всех составных частей этнического Курдистана. Рупором этой идеи в политическом пространстве Сирии (если о таком термине вообще имеет смысл говорить) является Партия демократического единства (ПДС) в Сирии.
О формировании курдского автономного самоуправления было объявлено 21 января 2014 года. Созданная здесь республика Рожава («Запад», «Западный Курдистан») объединила три курдских кантона: Джизре, Африн и Кобани. Столицей был объявлен кантон Джизре с центром в городе Камышлы. В совещании Курдского национального конгресса, на котором было объявлено о создании автономии, приняли участие представители 52 политических партий, общественных организаций, том числе женских, а также 15 независимых лиц. На заседании был зачитан проект Общественного договора (Конституции) Западного Курдистана. Во многом это был и отчаянный шаг: автономия была провозглашена за день до начала конференции «Женевы-2» по урегулированию сирийского кризиса, в котором курдам мировым сообществом, за исключением России, было отказано в участии в качестве независимой делегации и не включением курдского вопроса в Сирии в повестку дня.
Силовой контроль в республике Рожава был сосредоточен в основном в руках отрядов самообороны ПДС, а два со-председателя этой партии: Салих Муслим и Асйя Абдуллах фактически являются руководителями автономии. Помимо отрядов народной самообороны в подчинении ПДС имеются женские отряды самообороны (YPJ). Важно отметить, что на этом фоне Мосуд Барзани заявил о подготовке в Иракском Курдистане вооруженных формирований из числа сирийских беженцев для обороны контролируемых сирийскими курдами районов Сирийского Курдистана [4].