Материал: kibalnik

КИБАЛЬНИК А.Г.

ИММУНИТЕТЫ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ

Став­ро­поль, 1999 г.

Кибальник А.Г.

Иммунитеты в уголовном праве. – Ставрополь: Ставропольсервисшкола, 1999. – 228 с.

В учебном пособии на основе анализа норм уголовного права России и зарубежных стран, а также норм конституционного и уголовно-процессуального права, международных конвенций и договоров исследованы социально-исторические предпосылки появления иммунитетов в уголовном праве, их современное значение и перспективы развития.

В приложении представлены правовые источники, включающие извлечения из законов, международных источников, подзаконных актов, регламентирующих особый порядок наступления уголовной ответственности.

Учебное пособие рекомендовано преподавателям, студентам и аспирантам юридических вузов и юридических факультетов других учебных учреждений, а также сотрудникам правоохранительных органов.

Научный редактор:

Наумов А.В., доктор юридических наук, профессор.

Рецензенты:

Акоев К.Л., кандидат юридических наук, доцент.

Пинкевич Т.В., кандидат юридических наук, доцент.

Публикуется с разрешения Совета Ставропольского факультета Санкт-Петербургского университета МВД РФ.

© Кибальник А.Г., 1999.

© Ставропольсервисшкола, 1999.

Содержание

Сокращения

ПРЕДИСЛОВИЕ

В Уго­лов­ном ко­дексе Рос­сии 1996 года впер­вые сфор­му­ли­ро­ваны прин­ципы уго­лов­ного за­ко­но­да­тель­ства, среди ко­то­рых пре­ду­смот­рен прин­цип ра­вен­ства гра­ж­дан. В связи с этим воз­ни­кает про­блема пра­во­вой при­роды осо­бого по­рядка на­сту­п­ле­ния уго­лов­ной от­вет­ст­вен­но­сти для ряда ка­те­го­рий лиц (в ча­ст­но­сти, ди­пло­ма­ти­че­ских пред­ста­ви­те­лей, де­пу­та­тов, су­дей и дру­гих). Та­ко­вой по­ря­док, на­зван­ный «им­му­ни­те­том», вы­те­кает из пред­пи­са­ний как не­по­сред­ст­венно уго­лов­ного за­ко­но­да­тель­ства, так и иных от­рас­лей права (на­при­мер, меж­ду­на­род­ного, кон­сти­ту­ци­он­ного, уго­ловно-про­цес­су­аль­ного).

Не вы­зы­вает со­мне­ний, что осо­бый по­ря­док на­сту­п­ле­ния уго­лов­ной от­вет­ст­вен­но­сти этих лиц тре­бует де­таль­ного изу­че­ния, в связи с чем пред­став­ля­ется не­об­хо­ди­мым обос­но­ва­ние по­ня­тия им­му­ни­тета в уго­лов­ном праве и его клас­си­фи­ка­ции (в оте­че­ст­вен­ной науке им­му­ни­тет тра­ди­ци­онно рас­смат­ри­ва­ется ис­клю­чи­тельно как ин­сти­тут про­цес­су­аль­ного права¹), а также тео­ре­ти­че­ское обос­но­ва­ние за­ко­но­да­тель­ной рег­ла­мен­та­ции им­му­ни­тета в ка­че­стве ос­но­ва­ния ос­во­бож­де­ния от уго­лов­ной от­вет­ст­вен­но­сти.

Ре­ше­нию этих за­дач по­свя­щено пер­вое в оте­че­ст­вен­ной науке мо­но­гра­фи­че­ское ис­сле­до­ва­ние об им­му­ни­тете в уго­лов­ном праве.

Глава I. Социальная обусловленность уголовно-правового иммунитета

§ 1 По­ня­тие им­му­ни­тета в уго­лов­ном праве

Тер­мин «им­му­ни­тет» про­ис­хо­дит от ла­тин­ского «im­mu­ni­tas», что оз­на­чает «ос­во­бож­де­ние, из­бав­ле­ние» от чего-либо.²

Что пред­став­ляет со­бой им­му­ни­тет в уго­лов­ном праве?

Для оп­ре­де­ле­ния юри­ди­че­ской при­роды им­му­ни­тета в уго­лов­ном праве сперва не­об­хо­димо ос­та­но­виться на во­просе о по­ни­ма­нии уго­лов­ной от­вет­ст­вен­но­сти, ее реа­ли­за­ции и со­от­но­ше­нии норм ма­те­ри­аль­ного права с нор­мами уго­ловно-про­цес­су­аль­ного за­кона.

С 60-х го­дов в фи­ло­со­фии по­ня­тие от­вет­ст­вен­но­сти на­чи­нает рас­смат­ри­ваться не только в рет­ро­спек­тив­ном (не­га­тив­ном), но и в ак­тив­ном (по­зи­тив­ном) ас­пекте. Под ответственностью в ретроспективном плане по­нима­ется ответственность за прошлое деяние, нарушившее пра­вовое пред­писание. Ответственность в позитивном плане – это осозна­ние личностью своего долга перед другими людьми, обществом, госу­дарством, осознание смысла и значения своих поступков.³ Взаимосвязь позитивной и ретроспективной ответ­ственности про­является в оценке поведения индивида.⁴ При правомерном поведении лица по сути дела реализу­ются правовые предписания в настоящем; та­кое пове­де­ние поощряется и санкционируется государством. Не­пра­во­мерное пове­дение человека подлежит пресечению и по­лучает негатив­ную оценку со стороны общества и го­су­дарства.

Не смотря на возражения сторонников теории «по­зитивной» или «единой» ответственности, при рассмот­рении вопроса об уголовно-пра­во­вом иммунитете пред­почтение должно быть отдано позиции ответст­венно­сти за уже совершенное деяние. Тем более, что «есть от­расли, ко­торые в объективно-правовом плане имеют ис­ключительно ретроспек­тивную от­ветственность… И на­обо­рот, есть отрасли преимущественно регулятив­ного со­держания и опирающиеся преимущественно на пози­тив­ную юри­дическую ответственность. Полярными в этом смысле яв­ляются такие от­расли, как уголовное и госу­дарствен­ное право».⁵

Данное положение прямо вытекает из ст. 8 УК РФ, где основа­нием уголовной ответственности называется «совершение деяния, со­держащего все признаки состава преступления, предусмотренного на­стоящим Кодек­сом». Следовательно, закон, говоря об уголовной ответ­ст­вен­ности, имеет ввиду ее ретроспективное проявление.

В науке уголовного права не выработано единого понятия ретро­спективной уголовной ответственности. Из имеющихся концепций сле­дует выделить две, наибо­лее распространенных.

Во-первых, уголовная ответственность рассматри­вается как реак­ция государства на преступление. При этом ее главной характеристикой явля­ется наказание, кара.⁶ Согласно другой точке зрения, уголовная от­вет­ст­венность определяется как наличие у преступника юридической обязанно­сти подвергнуться государствен­ному принуждению.⁷ В литера­туре под­черкивалось, что, в принципе, нет серьезного противоречия ме­жду пони­ма­нием уголовной ответственности как обязанности лица под­вергнуться мерам государственного принужде­ния за совершенное пре­ступное деяние и пониманием ее как фактического применения этих мер.⁸ Действи­тельно, оп­ределение ответственности как юридической обязанности субъекта в конечном итоге переводится в практическую плоскость и рассматривается как реали­зация уголовной ответственно­сти. А суть такой реали­зации как раз и состоит в применении государст­венных принудительных мер уго­ловно-правового характера. Та­ким об­разом, под уголовной ответственно­стью понима­ются все меры уго­ловно-правового воздействия, приме­няемые к лицу, со­вершившему преступле­ние.⁹

С философской точки зрения любая юридическая от­ветствен­ность как правовое явление представляет собой единство содержания и формы, то есть не только опре­деленное состояние правового статуса правонару­шителя, но и «особую процедуру ее возложения (приме­нения), исполнения и осуществления».¹⁰

Обязанность лица претерпевать уголовную ответ­ст­венность должна возникать в момент совершения пре­сту­пления. Уголовное пра­воотноше­ние существует по­тому, что свершился юридический факт – произошло преступле­ние. Необнаружение преступления нисколько не умаляет его существования, а следовательно, и су­ществования уголов­ной ответствен­ности. Развитие и реализация уголовной ответственности происходит в определенных законодательством уго­ловно-процессуальных формах. В момент совершения преступле­ния уголовная ответственность возникает как обязан­ность лица дать ответ за содеянное и подверг­нуться мерам го­сударственного принуждения.

Нормы уголовного права устанавливают «абстракт­ную вину абстрактного человека», «вину в принципе».¹¹ Вина конкретного человека в совершении им конкрет­ного преступления уста­навливается при помощи уго­ловно-про­цессуальных норм, регламенти­рующих процесс расследо­вания и судебного разрешения уголовного дела. По су­ществу процессуальные нормы – это нормы процедурного характера, ставящие своей целью пра­вильное применение предписаний материаль­ного закона.

Таким образом, про­цессуальная форма не обра­зует самостоя­тельной юриди­ческой ответственности. Не яв­ля­ется она и стадией уголов­ной ответственности, пред­ставляя собой лишь «внешнее выражение дви­жения» уго­ловно-материального правоотношения – ведь уголов­ный процесс «всецело посвящен вы­явлению материаль­ного правоотношения от­ветственно­сти».¹²

Следовательно, в качестве основного, исходного правоотношения для уголовного процесса выступает уго­ловное правоотношение ответст­венности. Уголовно-про­цессуальное правоотношение является произ­вод­ным от предписаний уголовного права, выполняя служебную функ­цию. Возникновение, развитие, изменение, прекра­щение процессуаль­ного пра­воотношения зависит от раз­вития уголовно-материального от­ношения от­ветственно­сти. Любое процессуальное правоотношение является произ­водным от уголовно-материального. Из этого сле­дует, что установление того или иного запрета на про­изводство процессуальных действий (задер­жания, ареста и т.д.) в отношении ряда определенных катего­рий лиц выте­кает из особо предписанного порядка на­ступления уголовной ответствен­но­сти для указанных лиц. Но уго­ловная ответственность, преступность и наказуе­мость деяния определены исключительно в нор­мах уголовного права. И особый порядок наступления уголовной ответ­ственности носит, безус­ловно, уго­ловно-материальный характер. Будучи определен в нор­мах уго­ловного права (а в ряде случаев – других от­раслей), он вызывает к жизни особый процессуальный статус ряда лиц.

Применение процессуальных мер к предполагаемому преступ­нику на досудебных стадиях не противоречит презумпции невиновно­сти. До вынесения обвинительного приго­вора суда, при­знающего лицо виновным в соверше­нии преступления, су­ществует «презумпция материаль­ного правоотношения ответствен­ности»,¹³ то есть пред­положение уголовной ответственности.

Без материальной презумпции от­ветственности не может возник­нуть уголовный процесс. Действительно, невозможно, например, предста­вить применение мер про­цессуального принуждения к предпо­лагаемому преступ­нику вне со­бытия преступле­ния, поро­дившего уголовную ответст­венность.

Согласно предписаниям УПК РСФСР и других зако­нов, процес­су­альный иммунитет сводится к особому по­рядку возбуждения уголов­ного дела, применения мер принуждения (задержания и меры пресече­ния в виде за­ключения под стражу), а также осуществления следст­вен­ных действий (обыска, выемки и ряда других). Та­ким образом, процес­суальный иммуни­тет «выражается в уста­новлении изъятий из общего порядка судопроиз­вод­ства для отдельных категорий российских и ино­стран­ных гра­ждан», нося по сути дела процедурный харак­тер.¹⁴ Но все эти процессуальные действия в конечном итоге под­чинены одной цели – законной реализации уголовной от­ветственности согласно установлений уго­ловно-матери­аль­ного права. Именно поэтому можно ут­верждать, что уголовно-процессу­альные иммунитеты яв­ляются производ­ными от уго­ловно-материальных. Дейст­вительно, в любом правовом источнике осо­бая проце­дура проведе­ния про­цессуальных действий увязывается с тем или иным изъя­тием лица из сферы действия уго­ловного закона (уго­лов­ной юрисдикции).

Производность уголовно-процессуальных иммуните­тов от уго­ловно-правовых наглядно подтверждается ука­занием ч. 3 ст. 72 УК Рос­сии о том, что время со­дер­жания лица под стражей до судебного разби­ратель­ства засчитывается в сроки назначенного наказания в виде лише­ния сво­боды, содержания в дисциплинарной воинской части, ареста, ог­раничения свободы, испра­вительных работ, ограничения по военной службе и срок обяза­тельных работ. То есть, при вынесении об­вини­тельного при­говора меры процессуального принуж­дения стано­вятся составной частью уголовной ответст­венно­сти. Сам собой напра­шивается естественный вы­вод о том, что, если лицо так или иначе изъ­ято из-под дей­ствия уголовного закона, к нему не могут быть приме­нены меры процессу­ального принуж­дения. Опять-таки уголовно-правовой им­мунитет выступает в каче­стве изначального по отноше­нию к уголовно-процессу­альным иммуните­там. В связи с этим представляется ошибочной точка зрения об отсут­ствии в уго­лов­ном праве института иммунитета.¹⁵

Иногда в литературе признается существование уголовно-право­вого иммунитета, определяемого как «изъятие» из уголовного права,¹⁶ исклю­чение из прин­ци­пов дейст­вия Уголовного за­кона.¹⁷

А.В. Наумов предложил определить иммунитет как «нераспро­странение общих пра­вил об ответст­венности за правона­рушения на определенных лиц, вклю­чая осво­бож­дение их от ответственности».¹⁸ И.И. Лукашук также счи­тает, что под иммуните­том «чаще всего имеется ввиду ос­вобождение от ответствен­ности».¹⁹ Большинство авто­ров, признавая на­личие иммунитета в уголов­ном праве, вообще не дает никакой его дефи­ниции.

В современном зарубежном законодательстве под иммунитетом понимается ос­вобождение (release) от пра­вовой обязанности (legal duty) или от­ветственно­сти (legal liability), данное индивиду или группе людей по причине их спе­циального статуса.²⁰ Нетрудно за­ме­тить, что «правовая обязан­ность, предусмотренная в уго­ловном законе», является ничем иным, как обя­занно­стью лица нести уголовную от­ветст­венность за совер­шенное преступление. Иммунитет в конечном итоге сво­дится к исключению из общего пра­вила ответствен­ности, связанному с особым правовым положением лица.

На основе вышеизложенного, уголовно-правовой им­мунитет можно определить как совокупность особых пра­вил, относящихся к специ­ально оговоренным в за­коне лицам, регулирующих порядок наступ­ления уголов­ной от­ветственности, отличный от общеприня­того. В та­кой по­рядок безусловно включается и освобождение от уго­лов­ной ответст­венности лиц, обладающих тем или иным им­мунитетом.

Наличие того или иного иммунитета от уголовной ответственно­сти ни в коем случае не декриминализи­рует деяния. Преступление про­должает оставаться та­ковым. А особенности наступления уголовной от­ветст­венно­сти вы­ражаются в наличии тех или иных установ­ленных в за­ко­нодатель­стве препятствий. Последние, в свою очередь, можно разде­лить на:

- непреодолимые: в этом случае иммунитет стано­вится абсолют­ным, то есть лицо не может быть привле­чено к уголовной ответственно­сти за совершенное пре­ступление ни при каких условиях;

- преодолимые: здесь иммунитет является относи­тельным, и лицо, совершившее преступление, может быть привлечено к уголовной ответст­венности после преодо­ления указанных в законе «барьеров».

Как уже говорилось, иммунитет от уголовной юрис­дикции может быть прямо установлен в Уголовном законе (например, в примечании к ст. 308 УК РФ ука­зано, что к уголовной ответственности по этой статье не привле­каются супруг или близкие родственники, от­казавшиеся дать пока­зания против лица). Но в подав­ляющем боль­шинстве случаев уго­ловно-правовой иммуни­тет вытекает из положений иных отраслей права.

С точки зрения отраслевой принадлежности нормы, устанав­ли­вающие тот или иной иммунитет, рассмат­рива­лись исключи­тельно с позиций международного²¹, госу­дар­ствен­ного²² и иных отраслей права.

Однако, в силу указания п. «о» ст. 71 Конститу­ции РФ, приме­няе­мые в уголовном законе нормы иных от­раслей права должны подчи­няться федеральному от­расле­вому юридическому режиму уголовного права (нельзя за­бывать определенное в ч. 4 ст. 15 Консти­туции РФ пра­вило конкуренции норм международного права и собст­венно уголовно-пра­вовых норм: «Если ме­ждународным до­говором Российской Федерации уста­нов­лены иные пра­вила, чем предусмотренные законом, то применяются правила между­народного договора»).