Острые дебаты по внешнеполитическому вопросу были продолжены на заседании кадетского ЦК 8 мая 1918 г. Первым на нем выступил Б. Э. Нольде - «горячий поклонник сговора с Германией» [2, с. 112], с серьезным обоснованием необходимости проведения «германской ориентации». Положение России, заявил он, «изо дня в день все ухудшается». Главным фактором, оказывающим влияние на ее состояние, является Брестский мир. При условиях этого мира страна «физически продолжать жить не может»; она разваливается. Собственными средствами «при господстве большевиков и немцев» это сделать невозможно. Союзники как фактор русской жизни «начисто сейчас отсутствует», поэтому «путь соглашения с Германией является единственным путем, по которому нам следует идти ради воссоздания русского государственного единства» [15, с. 437-439].
Выступивший после докладчика Ф. И. Родичев подверг критике изложенную позицию, заявив, что нельзя «положить измену и предательство в основу нового государственного строительства, в основу будущей государственности новой России», но «это- то и есть то самое страшное, что заключается в германской ориентации». В последующих выступлениях Н. И. Астрова, Н. М. Кишкина, М. М. Винавера, П. Д. Долгорукова идея пересмотра внешнеполитической ориентации также не нашла поддержки. Участвующий в дискуссии сторонник германофильской позиции П. И. Новгородцев на этот раз не стал ее защищать, а по существу выступил в поддержку устряловской политики «открытых рук». Он отметил, что Россия перешла в разряд слабых держав, и потому «она нуждается теперь в изощренной дипломатии и во вневраждебных отношениях с обеими сторонами» [там же, с. 441]. Итоговая резолюция вновь подтверждала необходимость следовать прежней ориентации «на союзников» [там же, с. 442].
Дошедшая до Москвы информация о событиях на Украине (вхождение местных кадетов в правительство Скоропадского, которое полностью ориентировалось на Германию) заставила кадетское руководство вновь вернуться к известной проблеме на заседании ЦК 12 мая 1918 г. Основными докладчиками на этот раз были М. М. Винавер и П. И. Новгородцев. Вина- вер был, как всегда, категоричен: «Никто из нас не считает возможным делать то, что сделала Рада, т. е. призвать немцев и оставить союзников... С какой бы стороны ни взглянуть на вопрос, во всех отношениях, - подчеркивал он, - морально, политически и практически - нам необходимо оставаться на своей позиции.» [там же, с. 444-445].
Лидер правых кадетов Новгородцев опять старался вывести обсуждение вопроса в компромиссное русло. Он заявил, что в дискуссионной разноголосице крайне важно «найти объединяющее мнение». Нельзя сразу нападать на германскую ориентацию и отстаивать во что бы то ни стало противоположную точку зрения, основываясь на моральных доводах. Надо пользоваться и политическим предвидением. Вечных договоров нет. Надо искать выход из новых объективных данных, исходя из того, что было совершено большевиками. Нельзя рвать с союзниками, но также неразумно «стоять в прежней гордой позе., необходимо. балансированье в сторону других планет.». Всякое решение (в ту или иную сторону) «только свяжет нам руки и может испортить нашу будущность» [там же, с. 446-447].
Обмен мнениями по дискуссионному вопросу состоялся также в комиссии иностранных дел при ЦК кадетской партии, в работе которой принял участие Н. В. Устрялов. В повестке дня ее заседания было обсуждение тезисов доклада М. М. Винавера, которому было поручено выступить на предстоящей конференции по проблеме внешнеполитической ориентации партии народной свободы. Из членов ЦК в обсуждении участвовали Н. М. Кишкин, Н. И. Астров, М. М. Винавер и П. И. Новгородцев. Туда же были приглашены соратники Н. В. Устряло- ва - Ю. В. Ключников и Е. А. Коровин. Во вступительной речи Винавер, по словам Устрялова, отстаивал антантофильские тезисы своего доклада. После него предоставили слово наканунцам, которые аргументированно доказывали необходимость проведения политики «открытых рук». Основные формулировки сводились к следующему: признать, что Россия вышла из войны; в Германии зреет «восточная ориентация»; необходимо выходить на контакты с немцами; не исключена возможность добиться пересмотра Брестского договора в пользу России и переориентировать симпатии немцев с большевиков «на русские умеренные группы»; ориентация на союзников означает войну с Германией, и уже потому она безнадежна. Задача выступавших, пишет Устрялов, состояла не в том, чтобы в корне изменить мнение участников по спорному вопросу, ибо победа «союзнического» течения была «предрешена самим фактом выступления Винавера в качестве докладчика», а в том, чтобы «несколько смягчить его тезисы». В этом стремлении приглашенных наканунцев всецело поддерживал Новгородцев [там же]. В ответном слове Винавер был весьма сдержан, даже отчасти соглашался с некоторыми доводами оппонентов. По достаточно мягкому резюме председательствующего Кишкина у приглашенных, по словам Устрялова, создалось впечатление, что своей цели они добились: «грубоватая острота первоначальных тезисов и общего тона доклада будет в меру сглажена» [там же; 16, с. 163].
Конференция партии кадетов проходила нелегально в Москве 13-15 мая 1918 г. Н. В. Устрялов участвовал в ее работе, имея делегатский мандат от Калуги, где он возглавлял кадетскую партийную организацию. В первый же день конференции прозвучала длинная речь М. М. Винавера, пронизанная патетическим призывом устоять в неизменной верности союзникам. Призыв этот сопровождался горячей критикой оппонентов в партии. Докладчик сформулировал основные аргументы в защиту своей позиции: в войне победит антигерманская коалиция; союзническая ориентация русских национально-государственных кругов повлечет за собою помощь им со стороны союзников и быстрое падение большевиков; военная победа Антанты, при условии «верности» ей со стороны названных кругов, «принесет собою воссоздание Великой России на основе старых союзных соглашений» [17, с. 18-32].
В своей речи Винавер эффектно использовал выступления наканунцев в комиссии для разоблачения малейших попыток пересмотреть внешнеполитическую ориентацию партии. Он предлагал партии вести себя так, будто ничего не случилось, факт выхода России из войны игнорировать, советские акты и договоры не замечать. В итоге у партии никакого маневра в этой области не оставалось: все надежды возлагались только на союзников. Все это было подано «чрезвычайно искусно», с пафосом и произвело на аудиторию сильное моральное и политическое впечатление [9, с. 44-45].
После удачно выстроенной и произнесенной речи опытного оратора, неоднократно прерывавшейся бурными овациями, выступил Устрялов. Он обстоятельно изложил делегатам конференции сущность политики «свободных рук», но успеха его аргументация не имела. Огромное большинство ораторов поддержало Винавера, некоторые критически высказывались в адрес устряловской группы - «молодых ученых из журнала "Накануне”, которые, вместо того, чтобы помочь партии, только вносят в нее сумятицу» [16, с. 164]. Из всех выступавших только три делегата оппонировали докладчику и склонялись к оппозиционной точке зрения. Среди них был известный кадетский публицист Петр Рысс из Петербурга. Остальные же члены ЦК, не согласные с докладчиком, вынуждены были «молчать по долгу дисциплины и солидарности» [9, с. 45-46]. По мнению видного кадетского деятеля П. П. Юренева, именно партийная дисциплина и интересы сохранения единства партии, а не аргументация М. М. Винавера, основанная на «соображениях морального порядка», не позволили Новгородцеву на конференции выступить с критикой антантофильской позиции [18, с. 135]. Победа сторонников традиционной внешнеполитической линии в кадетской партии нашла отр ажение в итоговых документах конференции [17, с. 33-36].
Причиной поражения группы, отстаивавшей «политику свободных рук» (как, впрочем, и сторонников германофильской ориентации), было, безусловно, очевидное господство антантофильских настроений большинства делегатов конференции, и доклад М. М. Винавера полностью отвечал этому настрою партийной массы. По мнению Устрялова, принятая резолюция в поддержку союзнической ориентации партии имела большое общественно-политическое значение. После нее отпала возможность поссорить немцев с большевиками. Посольство Мирбаха воочию убедилось, что «единственной опорой Германии в России является советская власть» [9, с. 45-46].
Оценивая внешнеполитическую концепцию «открытых рук», Н. В. Устрялов признавал, что существенной ошибкой ее инициаторов было то, что они преувеличивали возможности и потенциал Германии. Поэтому предлагалось считаться с ней более серьезно, чем того хотели антантофилы. И в этом, несомненно, они оказались правы. Год спустя (в 1919 г.) все вполне единодушно ориентировались на Антанту как на реальную силу, способную помочь белым армиям в их борьбе с советской властью [там же, с. 42].
Но острие политики «свободных рук», замечает Устрялов, не лежало все же исключительно в плоскости проблемы силы или слабости Германии. Оно заключалось в утверждениях того, что, во-первых, Россия прочно вышла из мировой войны, попытки вернуть ее на военные позиции безнадежны, и необходимо признать состояние мира. Во-вторых, для быстрейшего успеха в борьбе с большевизмом союзническая ориентация не приводит к действенным результатам, поэтому необходимо приложить усилия для аннулирования германо-советского альянса и установления новых договоренностей с Германией, достойных национальной России. Эти тактические рецепты, по мнению Устрялова, в условиях тогдашней обстановки были «достаточно рациональны», и отказ кадетской партии их поддержать не стал «благотворным для России». Последующие события, отмечает Устрялов, так и не прояснили вопроса, «кто же был прав в нашем ориентационном споре 18 года». Ан- тантофилы в полной мере апробировали свою союзническую ориентацию, и она привела к провалу. Нет основания утверждать, что «и наш путь не привел бы туда же». Скорее всего оба пути были «хуже», так как «недооценивали степень напряженности, мощи и органичности русской революции». Тем не менее, по мнению Устрялова, «в своем основном диагнозе мы не ошиблись». Россия, действительно, тогда прочно вышла из мировой войны. А союзники оказались бессильны реально помочь в борьбе с большевизмом [там же, с. 42-43].
Таким образом, весной 1918 г. в кадетской партии в условиях противостояния между антантофилами и германофилами по вопросу о внешнеполитической ориентации сформировалась альтернативная им политика «свободных рук» - точка зрения Н. В. Устря- лова и его сторонников из еженедельника «Накануне». Она ориентировала партию кадетов на свободу действий в международной сфере, предусматривала и возможность продолжения связей со странами Антанты, и поиск новых союзников, не исключая предполагаемых контактов с немцами. Главной ее целью было «освободить руки» кадетской партии во внешнеполитических ориентирах в новых международных условиях после Брестского мира и продолжения борьбы с большевистской властью. Провозглашая ее, инициаторы исходили из факта выхода России из мировой войны, нежелания страны воевать и безнадежных попыток вернуть ее к войне с Германией. Политика «открытых рук» поддерживалась некоторыми видными кадетскими деятелями из числа сторонников германофильской ориентации, но была обречена на неудачу в условиях доминирования внутри кадетской партии антантофильских настроений и принципа, которым руководствовались многие оппозиционно настроенные кадеты - «молчать по долгу дисциплины».
Литература
Иоффе Г. З. Крах российской контрреволюции / Г. З. Иоффе. - М., 1977. - 321 с.
Думова Н. Г. Кадетская контрреволюция и ее разгром (октябрь 1917 - 1920) / Н. Г. Думова. - М., 1982. - 416 с.
Канищева Н. И. Кадетская партия после большевистского переворота / Н. И. Канищева // Политические партии России : история и современность. - М., 2000. -
С. 301-322.
Шелохаев В. В. Конституционно-демократическая партия в России и эмиграции / В. В. Шелохаев. - М.,
- 863 с.
Селезнев Ф. А. Революция 1917 года и борьба элит вокруг вопроса о сепаратном мире с Германией (19141918 гг.) / Ф. А. Селезнев. - СПб., 2017. - 260 с.
Кустов В. А. Конституционно-демократическая партия (партия народной свободы) : разработка и реализация внешнеполитической доктрины : 1905-1920 гг. : автореф. дис. ... канд. ист. наук / В. А. Кустов. - Саратов, 2004. - 26 с.
Лысенко Е. А. История идеологии национал-большевизма Н. В. Устрялова : 1900-е гг. - 1925 г. : дис. ... канд. ист. наук / Е. А. Лысенко. - СПб., 2007. - 307 с.
Голинков Д. Л. Крушение советского подполья в СССР : в 2 кн. Кн. 1 / Д. Л. Голинков. - 3-е изд., доп. - М., 1980. - 335 с.
Устрялов Н. В. Из прошлого / Н. В. Устрялов // Русская жизнь. - 1922. - № 3. - С. 39-58.
Васюков В.С . Предыстория интервенции. Февраль 1917 - март 1918 / В. С. Васюков. - М., 1968. - 296 с.
Спирин Л. М. Классы и партии в гражданской войне в СССР / Л. М. Спирин. - М., 1968. - 437 с.
Кроль Л. А. За три года (воспоминания, впечатления и встречи) / Л. А. Кроль. - Владивосток, 1921. - 212 с.
Романовский В. К. Еженедельник «Накануне» (1918 г.) : поиски альтернативы кадетизму и большевизму / В. К. Романовский // Клио. - 2007. - № 2 (37). - С. 55-62.
Союзники и мы // Накануне. - 1918. - № 6. - С. 1.
Протоколы Центрального Комитета и заграничных групп конституционно-демократической партии. 1905 - середина 1930-х гг. : в 6 т. - М., 1998. - Т. 3. Протоколы Центрального Комитета конституционно-демократической партии. 1915-1920 гг. - 590 с.
Устрялов Н. В. Былое - Революция 1917 г. (1890-е - 1919 гг.). Воспоминания и дневниковые записи / Н. В. Устрялов. - М., 2000. - 246 с.
Съезды и конференции конституционно-демократической партии : в 3 т. - М., 2000. - Т. 3, кн. 2. - 246 с.
М. М. Винавер и русская общественность начала XX века : сб. статей. - Париж, 1937. - 221 с.