Дипломная (вкр): Избирательный процесс и партии в российских регионах 2011-2012 г.

Одним из таких отличий является то обстоятельство, что создаваемые в 2001-2003 гг. партии должны были сразу дебютировать на выборах в Государственную Думу (либо пропустить цикл). До декабря 2003 г. региональные выборы по партийным спискам не были обязательными, и за весь период 2001-2003 гг. такие выборы прошли лишь в трех субъектах РФ. Сейчас ситуация иная. Даже если частота основных выборов сократится до одного раза в год, что уменьшит возможности новых партий постепенно «набирать вес», то и в этом случае до выборов в Госдуму предстоят единые дни голосования с большим числом региональных и муниципальных выборов в 2013, 2014 и 2015 гг.[78]. Напомним, что по ныне действующему законодательству обязательно проведение выборов по партийным спискам не только в региональные парламенты, но и в представительные органы городских округов с населением не менее 30 тыс. человек, а также иных городских округов и муниципальных районов, где эти органы насчитывают не менее 20 депутатов.

В связи с этим возможны две крайние стратегии для политиков, создающих новые партии. Первая - активно участвовать в региональных и муниципальных выборах, приобретая опыт и добиваясь максимально возможного успеха, чтобы к 2016 г. сформировать имидж успешной партии, который на выборах в Госдуму позволит привлечь популярных лиц в список, деньги спонсоров, а также внимание СМИ[13]. Вторая - до 2016 г. не участвовать ни в каких кампаниях и выйти на думские выборы в качестве абсолютно нового игрока, надеясь обратить эту новизну в свою пользу. В этом случае они могут сейчас не спешить создавать свои партии.

Какая из двух стратегий окажется более успешной, зависит от многих обстоятельств, которые трудно предусмотреть заранее. Прежде всего - от того, как будут меняться в ближайшие годы настроения электората. Но не менее важны также настроение и поведение власти. Если сохранится линия на исключительную поддержку «Единой России» и губернаторам по-прежнему будут спускать «плановые показатели» (к тому же завышенные) в виде процентов, которые «Единая Россия» должна получить на выборах, шансы новых партий на региональных выборах будут невысоки.

Если же позиция власти вернется к положению 2004 г., когда губернаторам позволялось «раскладывать яйца по разным корзинам», ситуация на региональных и муниципальных выборах станет более интересной. В регионах начнется борьба разных «партий власти» - «Единая Россия» против «партии губернатора», «партии мэра» и т.п. Скорее всего, в этом случае каждый губернатор будет стремиться выбрать «эксклюзивный» партийный проект, и у новых игроков (в том числе у партий - бизнес-проектов) появятся реальные перспективы. Наиболее привлекательными при этом окажутся партии с красивыми «всеядными» названиями (Народная партия России, «Города России» и т.п.).

Что касается идеологических партий, то к ним власть при любой погоде относится плохо, и потому их шансы зависят главным образом от симпатий электората.

.3 Участие политических партий в избирательных процессах российских регионов

К настоящему моменту известны три основных модели проведения выборов: «командная» (ее еще называют военной), «коммерческая», и «цифровая». Остановимся подробнее на данных моделях, чтобы лучше представить характер избирательного процесса и соответственно выделить некоторые типологические особенности поведения СМИ в регионах в период выборов.

Зарождение «командной» модели проведения и освещения президентской предвыборной кампании произошло в начале XIX века. «Командная» модель предвыборной кампании означала фактическую зависимость кандидата от лидеров выдвигавшей его партии. Именно партийные боссы руководили ходом избирательной кампании. Их влияние было обеспечено связями с крупными промышленниками и финансистами, чьи интересы партийные лидеры по сути и выражали. Политические боссы при подготовке к выборам больше полагались на практику подкупа голосов, чем на методы воздействия на общественное мнение с помощью прессы. Однако с расширением влияния прессы на общество и затем с появлением радио роль средств массовой информации в предвыборном процессе усилилась. В результате кандидаты получили возможность несколько дистанцировать от себя лидеров политических партий и обратиться к помощи консультантов по СМИ, специалистов в области паблик рилейшнз.

Переход от «командной» модели организации и проведения выборов к «коммерческой» начался в середине 1920-х гг., когда радио стало мощным и влиятельным СМИ, обеспечивающим кандидатам непосредственный доступ к огромной аудитории избирателей в обход партийных боссов. Полностью переход от одной модели организации избирательной кампании к другой завершился только в начале 1950-х гг. Сутью «коммерческой» модели стала идея предлагать кандидата избирателям с помощью тех же методов, какие используются для продвижения обычного товара с помощью коммерческой рекламы. Полностью переход от «командной» модели проведения предвыборной кампании к «коммерческой» завершился в эпоху телевидения. Именно в 1950-е - 1970-е гг. значительно возросла роль телевизионной политической рекламы в процессе успешного проведения предвыборной кампании кандидатов. Соответственно и кандидаты начали тщательно разрабатывать стратегию своей предвыборной кампании с учетом возможностей телевидения. Использование «коммерческой» модели привело к тому, что главную роль в организации и проведении избирательной кампании стала играть собственная команда кандидата [40, с.67].

Однако при этом кампания выросла в цене, стала протяженнее во времени, и, главное, акцент переместился с партийной программы на личные характеристики кандидата. В 1970-е гг. видеокультура в мире стала заметно преобладать над вербальной культурой, а телевидение в системе видеокультуры заняло главное место. Информация, полученная избирателями из телевизионной политической рекламы и информационных телепрограмм, стала определяющим фактором в процессе принятия решения в день выборов. По этой же причине роль консультантов по вопросам телевидения и политической телерекламы стала ключевой. Специалисты в этой области получили такой же социальный статус, как и известные адвокаты и продюсеры.

Технологическая революция конца 1980-х - начала 1990 гг. способствовала началу процесса формирования новой модели организации и проведения выборов, «цифровой» модели.

После повсеместного введения спутниковых технологий, распространения цифровой коммуникации, мобильных средств связи увеличилась скорость передачи информации. Журналисты стали использовать новейшие достижения коммуникационной техники: спутниковые телефоны, факс-модемы, персональные компьютеры и факсы. Возникло новое понятие рабочего кабинета журналиста - «виртуальный офис». Это означало, что журналист получил возможность работать в режиме реального времени своей аудитории вне зависимости от собственного местонахождения в данный момент. Принципы виртуального кабинета следом за журналистами стали использовать и кандидаты. Благодаря современным коммуникационным технологиям кандидаты перестали зависеть от времени и расстояния: спутниковые телефоны и персональные портативные компьютеры позволяют им работать в режиме реального времени.

Переход к «цифровой» модели свидетельствует и об интенсификации использования возможностей так называемых «новых» СМИ, основное преимущество которых интерактивность. Например, онлайновых изданий, существующих только в Интернете, компьютерных бюллетеней, цифровых спутниковых телепрограмм. Благодаря широкому использованию «новых» (цифровых) СМИ кандидаты сумели обеспечить себе прямой доступ к избирателям. Освоение цифровой модели привело также к попыткам кандидатов с помощью цифровых спутниковых и компьютерных технологий установить непосредственный контакт с избирателями, что уже некоторые исследователи массовой коммуникации называют начальным этапом реализации концепции «прямой» демократии. «Прямая» демократия, иначе демократия без посредников (лидеров политических партий, журналистов), - процесс, позволяющий установить непосредственный контакт между избирателями и кандидатами. Одновременно и у избирателей появляется возможность установления контакта с кандидатом без посредников.

Однако, несмотря на то, что наступила новая эра коммуникационных технологий, она не изменила полностью весь электоральный процесс. Время от времени наблюдается возврат к «коммерческой» и даже «командной» моделям. Это происходит в зависимости от политической ситуации.

Российская политическая реальность последнего десятилетия указывает на полное или частичное использование обозначенных моделей в организации и проведении выборов. Если до финансового кризиса 1998 года как кандидаты, так и их консультанты и помощники старались следовать более современной «коммерческой» модели, то послекризисная ситуация способствовала возврату к тактике «командной» модели. Хотя следует заметить, что наблюдаются и попытки совершить скачок от «командной», минуя «коммерческую», непосредственно к «цифровой» модели (практика ФЭП в кампании 2000 г). Правда, такие попытки носят пока эпизодический характер и не стали системой.

Поскольку доминирующей моделью выборов в регионах Российской Федерации на настоящий момент (после 1998 года) является «командная», то свойственные ей черты это:

во-первых, низкий доступ избирателей к информации о кандидатах и их программах, контроль региональных СМИ со стороны властных структур или влиятельных финансово-промышленных групп;

во-вторых, высокая степень фальсификаций в процессе выборов, использования административного и судебного ресурсов как средства давления на кандидатов;

в-третьих, регулирование процесса волеизъявления граждан с помощью все тех же административных ресурсов.

Степень применения на практике командной модели напрямую зависит от экономического положения регионов, которые заметным образом отличаются один от другого. Можно выделить пять основных групп регионов Российской Федерации:

экономически развитые центры - города Москва, Санкт-Петербург;

регионы-доноры;

дотационные регионы;

регионы, зависящие от одного предприятия (концерна, холдинга), расположенного на их территории;

национальные автономии.

Соответственно степень использования ресурсов командной модели возрастает от первой обозначенной группы к последней.

Основная тенденция в развитии предвыборных стратегий на сегодняшний день заключается во все возрастающем внимании к местным выборам. Это и неудивительно - распад империи привел к децентрализации во многих сферах общественной жизни, включая коммуникации, управление производством, осуществление властных полномочий.

Команды «сверху» сегодня не очень действенны - практически брошенные на произвол судьбы регионы пытаются самостоятельно организовать свое существование, набирают силу и начинают влиять на курс «государственного» корабля. От того, какой «цвет» приобретут на политической карте страны субъекты федераций, будут зависеть результаты выборов национального масштаба. С другой стороны - обладание властью на местах предоставляет неограниченные возможности для самореализации политикам всех мастей и является отличной стартовой площадкой на пути к вершинам этой самой власти. Поэтому все чаще в списках местных кандидатов появляются столичные политические и общественные деятели.

Организация предвыборных кампаний в областных и краевых масштабах в целом базируется на общих правилах разработки рекламных стратегий, однако существует ряд особенностей.

Эффективность использования маркетинговых технологий применительно к избирательной ситуации наконец-то оценена отечественными политиками, и строится в соответствии с классическим маркетинговым принципом - принципом сегментирования аудитории. Но правильное определение сегментов с целью адресного воздействия на различные электоральные группы (как, собственно, и разработка эффективных обращений) невозможно без проведения серьезных социологических исследований, с чем проблемы практически у всех команд претендентов на высокие посты. Дело даже не в объеме и стоимости исследований, а в их правильном выборе и качестве исполнения, в соответствии получаемых данных реальной картине.

Как правило, решая участвовать в выборах, претендент уже обладает определенной информацией из «своих» достоверных источников. Однако для того, чтобы ориентироваться в проблемах округа, кандидат не должен пренебрегать никакой информацией. Он может нацеливаться на ту ее часть, которая представляется ему необходимой, но кандидат, притязающий на широкий обзор проблем, должен работать с самыми различными материалами. Сбор информации начинается задолго до выборов и заканчивается уже после оглашения выборных результатов. Информационные ресурсы можно разделить на несколько групп: исследование «пространства» (округа), на котором будет разворачиваться выборная кампания; исследования избирателей (общественного мнения); исследования по средствам массовой информации; исследования кандидатов-оппонентов; исследования команд и спонсоров оппонентов; исследование прошлых выборов [45, с.69].

Российский избиратель имеет ряд особенностей.

Прежде всего он соотносит любого политического лидера с тем набором идеологических ценностей, который свойственен ему самому, выбирает из среды «себе подобных» - поэтому определение ведущих идеологий в регионе необходимо. В ряде случаев нет необходимости проводить специальное исследование, «цвет» того или иного края или области уже известен, и поскольку основные параметры электорального пространства уже определены в предыдущих кампаниях, разумнее воспользоваться этими сведениями - и попытаться либо совместить свои возможности с реальностью, либо выбрать округ «по себе».

Существует некий набор черт, характеризующий российского избирателя в целом. На местах эти особенности проявляются особенно ярко в силу устойчивости традиций и достаточно трудного внедрения в массовое сознание каких бы то ни было новаций. Российский электорат в большинстве своем обладает так называемым типом срединного мышления и характеризуется конформизмом, непротивлением насилию, архаическими обычаямиверноподданичества. Вдали от центра активнее проявляется автократическая традиция русской политической культуры, устойчивее представление о российской государственности, связанной с обликом сильного государства и вождя. Это объясняется, в частности, тем, что в провинции значительнее ощущается распад ролевой структуры социальной среды, активизируется мифологическое сознание, в котором уважение к власти одновременно основывается на представлении о святости и силе этой власти, что ставит лидера-вождя как бы над любыми законами и нормами морали.

Характерные для русского избирателя в целом стереотипы политического поведения - склонность искать причины неудач во внешнем окружении, а не внутри себя, ориентация сознания на будущее, вера в социальное чудо - в «глубинке» особенно актуальны. Там также все еще сильны убеждение в исключительности страны и ее исторического пути (расцениваемых как в положительном так и в отрицательном смысле), склонность считать способность идти на компромиссы признаком слабости, стирание граней между политическим и неполитическим, общественным и личным.