Интересно, что за десять лет до этого сходные чувства испытал великий русский художник К. П. Брюллов. Об этом факте упоминает
О. А. Кривцун: «<...> Можно только догадываться, какое унижение должен был испытать Брюллов, возвратившись после своего “пансионерства” в Россию. В городах Италии, где выставлялась картина “Последний день Помпеи”, Брюллова носили на руках по улицам с музыкой, цветами и факелами, ему устраивали торжественные приемы, посвящали стихотворения. Слава мастера была уже европейской, когда, прибыв в Россию, он вдруг узнал о немотивированном отклонении Николаем I присвоения ему звания профессора. Сохранившиеся документы доносят до нас образ несколько растерявшегося и, пожалуй, испуганного художника, еще не забывшего о безмятежном периоде итальянского творчества. Видевшийся и подружившийся с ним в эти дни П. В. Нащокин сообщает в письме о совместном обеде с Брюлловым Пушкину: “очень желает с тобою познакомиться и просил у меня к тебе рекомендательного письма. Каково тебе покажется? Знать, его хорошо у нас приняли, что он боялся к тебе быть, не упредив тебя. Извинить его можно - он заметил вообще здесь большое чинопочитание, сам же он чину мелкого, даже не коллежский асессор. Что он гений - нам это нипочем - в Москве гений не диковинка...” <...>» [6, с. 119-138].
Возвращаясь к случаю с Антоном Рубинштейном, нельзя исключить, что этот случай не только подтолкнул его к необходимости решения собственной утилитарной проблемы - выхода из податного сословия, к которому он относился, - но и в конечном счете стимулировал его на продвижение идеи по организации консерватории, открытой впоследствии благодаря деятельности Русского музыкального общества. В этом смысле показательно письмо А. Г. Рубинштейна Великой княгине Елене Павловне, известной своим покровительством талантам и искусству, при дворе которой он находился на службе в качестве аккомпаниатора (1852). Именно ей он с уверенной надеждой на поддержку поведал свои сокровенные мысли о желаемом создании Музыкального отдела при Императорской Академии художеств. В своем письменном обращении Рубинштейн в несколько минорных тонах оценил общее состояние отечественного музыкального образования в России, которое «<...> не дает больше замечательных музыкантов <...>», - и далее, возможно, подразумевая и собственное положение, отмечает: «<...> правительство не предоставляет г р а ж д а н с к и х п р а в тем, кто хотел бы заняться исключительно этим искусством». По его мнению, условием полноценной музыкальной деятельности должно было стать включение музыкантов в «гражданскую иерархию», в противном случае занятия искусством не возможны. Он писал, что тот, кто хотел бы заняться музыкой «<...> по призванию <...> и не был бы включен в гражданскую иерархию <...> был бы вынужден заниматься другими делами наряду со своим искусством - либо служить на государственной службе, либо выбрать военную карьеру <...>, и это непременно заставило бы его пренебрегать своим искусством <...>». Далее Рубинштейн резюмирует и подводит к главному: «<...> Быть на должности в императорских театрах, что рассматривается как государственная служба, - это единственное убежище <...>. Но театру требуются лишь исполнители; следовательно, тот, кто занимается композицией - наивысшей ступенью в искусстве Педагогическую и концертную деятельность он расценивал для себя как вынужденную работу для ма-териального обеспечения (см. письма разных лет к ма-тери: № 31, 80, 87 [12]), считая только композиторское творчество наивысшей музыкальной деятельностью (см. письма № 40, 87 [12])., - не пользуется никакими гражданскими правами <...>. Все другие виды искусств <...> пользуются этими правами, и ученики императорской Академии художеств по окончании курса обучения приобретают положение, узаконенное государством <...>». И следует важное дополнение: «<...> Можно было бы также основать на тех же принципах учреждение, которое бы входило в состав Академии под названием М у з ы к а л ь н ы й о т д е л, ученики которого, выполняя те же условия, пользовались теми же привилегиями. <...>». И вывод: «<...> Следовало бы пожелать, чтобы Закон удостаивал музыканта положением, отмеченным в государственной иерархии <...>» [7, с. 40-42].
Как известно, так и случилось, и учреждение высшего специального музыкального учебного заведения, готовившего свободных художников, которые в дальнейшей своей деятельности и при необходимости могли быть удостоены желаемых гражданских прав, имело большое значение не только лично для него, но и для многих лиц податных сословий.
Вскоре после открытия консерватории А. Г. Рубинштейн и его учитель А. И. Виллуан обратились (в 1863 году) за дозволением быть удостоенными диплома свободного художника. И когда пришло время первого выпуска в Петербургской консерватории, в заседании Главной дирекции РМО от 9 апреля 1865 года такое решение было вынесено «<...> вследствие произведенного сим лицам испытания в Музыкальном Училище 20 февраля 1863 года <...>» [10, л. 63-63 об.].
Напомню, что «московскому» Рубинштейну, Николаю Григорьевичу, получение звания не требовалось, поскольку после окончания Московского университета (в середине 1850-х годов) он приобрел аттестат на звание действительного студента, хотя и невысокое (предназначалось тем, кто только прослушал курс), но привязанное к гражданскому чину Губернского секретаря и 12-му разряду (служил чиновником в канцелярии Московского Гражданского губернатора).
В Московском РМО также два лица, не имевшие консерваторского образования, получили дипломы со званием свободного художника. Это были Н. Д. Кашкин (10 мая 1875 года) и К. К. Альбрехт (май 1877), которые удостоились их при поддержке Совета профессоров в знак признания их творческих достижений без экзамена.
Случилось это незадолго до появления нового устава консерваторий Императорского Русского музыкального общества 1878 года, по которому только свободным художникам дозволялось становиться ординарными профессорами. Такое «своевременное» получение дипломов сделало легитимным их службу в учебном заведении на высоких должностях (так, Кашкин завершил свою деятельность в звании заслуженного профессора). Также диплом со званием свободного художника получил Н. А. Губерт, учившийся в Петербургской консерватории одновременно с П. И. Чайковским, но не сдававший там экзамена (с 1881 по 1883 годы он занимал пост директора Московской консерватории) [1].
Для девушек звание свободного художника имело особое значение, так как позволяло получить место по службе с дальнейшим карьерным ростом, причем не только в начальных и средних учебных заведениях, но и в высших. Это придавало им безусловную независимость и материальную обеспеченность. В плане же социального положения, используя современное понятие, приводило к гендерному равенству.
Принципиальной победой на пути признания социального положения статуса свободных художников консерваторий РМО/ИРМО стало утверждение в 1902 году положения о приравнивании их к государственным служащим с соответствующим чином и разрядом.
Таким образом, результатом образовательной деятельности Общества было воспитание свободных художников, наделенных высоким социальным статусом. В 1901 году термин «свободный художник» вошел в словарь Римана (перевод Б. П. Юргенсона): «Свободный художник (от лат. ате 1Шега1к - свободное искусство) - звание, даваемое обеими русскими консерваториями И.Р.М.О. лицам, окончившим полный курс музык. образования по специальному предмету (пение, игра на инструментах, композиция) и по ряду обязательных предметов (общенаучные предметы, история и теория музыки, сольфеджио и др.). Звание с. х. может быть дано и лицам, не учившимся в консерв., но выдержавшим все необходимые для сего испытания. Звание это, по мысли его инициатора (1862), А. Рубинштейна, должно было оградить и поднять общественное значение представителей музыкальной профессии в России в то время, когда профессия эта по крепостническим традициям считалась еще отчасти предосудительной. Первым с. х. был А. Рубинштейн, выдержавший экзамен на это звание при основании СПб. Консерват. С 1886 звание с. х. (на тех же основаниях, как и в консерваториях) дается окончившим полный курс музык. Училища Москов. Филармонического Об-ва» [14, с. 1170].
Постепенно с увеличением количества свободных художников, подготовленных консерваториями РМО/ИРМО вплоть до революции 1917 года Петербургской (1862), Московской (1866), Са-ратовской Алексеевской (1912), Киевской и Одесской (1913), Харьковской и Тифлисской (1917). и распространением их деятельности по стране, ими было образовано профессиональное сообщество, некое сословие, объединившее исполнителей, композиторов, педагогов, музыкальных ученых и критиков, музыкально-общественных деятелей.
К началу XX века работа Русского музыкального общества и его консерваторий, в частности Московской [2], принесла грандиозные успехи. Русское музыкальное искусство получило широчайшее признание в мире и стало играть одну из главенствующих ролей в мировой культуре. Всем известны блистательные выступления в Америке и Европе А. Г. Рубинштейна, П. И. Чайковского,
В. И. Сафонова, А. Н. Скрябина и С. В. Рахманинова, имена великих певцов и певиц. Многие выпускники русских консерваторий - свободные художники - вошли в плеяду величайших музыкантов.Литература
Глушкова О. Р. Жизнь и деятельность Николая и Александры Губерт: по страницам неизвестных архивных материалов // Московская консерватория в прошлом, настоящем и будущем: сб. ст. по мат-лам Междунар. науч. конф. к 150-летию Московской консерватории. - М.: Москов. консерватория, 2018. - С. 482-493.
Глушкова О. Р. Из истории Московской консерватории: «эффективный контракт» с преподавателями // Актуальные проблемы высшего музыкального образования. - 2016. - № 4 (42). - С. 19-23.
Глушкова О. Р. Московское Синодальное училище в 1880-1890-е годы. Вопросы музыкального образования // Вестн. Православ. Свято-Тихонов. гуманитар. ун-та. Серия V: Вопросы истории и теории христианского искусства. - 2016. - Вып. 2 (22). - С. 105-113.
Зилоти А. И. Мои воспоминания о Листе. - СПб., 1911. - 55 с.
Кондаков С. Н. Устав Императорской академии художеств // Юбилейный справочник Императорской Академии художеств. 1764-1914 / сост. С. Н. Кондаков: в 2 т. Часть историческая. - СПб.: Товарищество Р. Голике и А. Вильборг, 1914. - Т 2. - С. 175.
Кривцун О. А. Художник в истории русской культуры: эволюция статуса // Человек. - М., 1995. - № 1. -
С. 119-138.
Письмо 29. [Елене Павловне]. Петербург, 15/27 октября 1852 // Рубинштейн А. Г. Литературное наследие. - Т 2. Письма (1850-1871). - М.: Музыка, 1984. - С. 40-42.
РГАЛИ. - Ф. 661. - Оп. 1. - Ед. хр. 60. - 65 л.
РГАЛИ. - Ф. 2099. - Оп. 3. - Ед. хр. - 674.
РНММ. - Ф. 80. - № 3569. - 146 л.
Рубинштейн А. Г Автобиографические рассказы (1829-1889). - СПб.: Композитор СПб., 2005. - С. 47.
Рубинштейн А. Г. Литературное наследие. Т. 2. Письма (1850-1871) / сост., текстолог, подготовка, коммент. и вступ. ст. Л. А. Баренбойма. - М.: Музыка, 1984.
Русское музыкальное общество (1859-1917): История отделений / авт. идеи и ред.-сост. О. Р. Глушкова. - М.: Языки славянской культуры, 2012. - 536 с.
Свободный художник // Г Риман. Музыкальный словарь / пер. с нем. и доп. рус. отд. Б. П. Юргенсона. - М.: Директ Медиа Паблишинг, 2008. - С. 1170.
References
Glushkova O.R. Zhizn' i deyatel'nost' Nikolaya i Aleksandry Gubert: po stranitsam neizvestnykh arkhivnykh materialov [Life and work of Nicholas and Alexandra Hubert: through the pages of unknown archival materials]. Moskovskaya konservatoriya v proshlom, nastoyashchem i budushchem: sbornik statey po materialam mezhdun- arodnoy nauchnoy konferentsii k 150-letiyu Moskovskoy konservatorii [Moscow Conservatory in the past, present and future. Collection of articles on the materials of the international scientific conference on the 150th anniversary of the Moscow Conservatory]. Moscow, Moskovskaya konservatoriya Publ., 2018, pp. 482-493. (In Russ.).
Glushkova O.R. Iz istorii Moskovskoy konservatorii: “effektivnyy kontrakt” s prepodavatelyami [From the history of the Moscow Conservatory: “an effective contract” with teachers]. Aktual'nye problemy vysshego muzykal'nogo obrazovaniya [Actualproblems of higher musical education], 2016, no. 4 (42), pp. 19-23. (In Russ.).
Glushkova O.R. Moskovskoe Sinodal'noe uchilishche v 1880-1890-e gody. Voprosy muzykal'nogo obrazovaniya [Moscow Synodal School in the 1880-1890s. Questions of music education]. Vestnik Pravoslavnogo Svyato- Tikhonovskogo gumanitarnogo universiteta. Seriya V: Voprosy istorii i teorii khristianskogo iskusstva [Bulletin of the Orthodox St. Tikhon Humanitarian University. Series V: Questions of History and Theory of Christian Art], 2016, iss. 2 (22), pp. 105-113. (In Russ.).
Ziloti A.I. Moi vospominaniya o Liste [My memories ofthe Liszt]. St. Petersburg, 1911, pp. 55. (In Russ.).
Kondakov S.N. Ustav Imperatorskoy akademii khudozhestv [The Charter of the Imperial Academy of Arts]. Yubileynyy spravochnik Imperatorskoy Akademii khudozhestv. 1764-1914. V 2-kh t. T. 2. Chast' istoricheskaya [Jubilee Directory of the Imperial Academy of Arts. 1764-1914. In 2 volumes. Volume 2. Part of the historical]. Ed by S. N. Kondakov. St. Petersburg, Tovarishchestvo R. Golike i A. Vilborg Publ., 1914, p. 175. (In Russ.).
Krivtsun O.A. Khudozhnik v istorii russkoy kul'tury: evolyutsiya statusa [Artist in the history of Russian culture: evolution of status]. Chelovek[Man]. Moscow, 1995, no. 1, pp. 119-138. (In Russ.).
Pis'mo 29. ([Elene Pavlovne). Petersburg, 15/27 oktyabrya 1852 [Letter 29. (To Elena Pavlovna). St. Petersburg, October 15/27, 1852]. Rubinshteyn A.G. Literaturnoe nasledie. T. 2. Pis'ma (1850-1871) [Rubinstein A.G. Literary heritage. T. 2. Letters (1850-1871)]. Moscow, Muzyka Publ., 1984, pp. 40-42. (In Russ.).
Rossiyskiy gosudarstvennyy arkhiv literatury i iskusstva [Russian State Archive of Literature and Art], F. 661, Op. 1, Ed. hr. 60, p. 65. (In Russ.).
Rossiyskiy gosudarstvennyy arkhiv literatury i iskusstva [Russian State Archive of Literature and Art], F. 2099, Op. 3, Ed. hr. 674. (In Russ.).
Rossiyskiy natsional'nyy muzey muzyki [Russian National Museum of Music], F. 80, no. 3569, p. 146. (In Russ.).
Rubinshteyn A.G. Avtobiograficheskie rasskazy (1829-1889) [Autobiographical stories (1829-1889)]. St. Petersburg, Kompozitor SPB Publ., 2005, p. 47. (In Russ.).
Rubinshteyn A.G. Literaturnoe nasledie. T. 2. Pis'ma (1850-1871) [Literary heritage. Vol. 2. Letters (1850-1871)]. Moscow, Muzyka Publ., 1984, pp. 40-42. (In Russ.).
Russkoe muzykal'noe obshchestvo (1859-1917): Istoriya otdeleniy [Russian Musical Society (1859-1917): History ofthe Departments]. Ed by O.R. Glushkova. Moscow, Yazyki slavyanskoy kul'tury Publ., 2012. 536 p. (In Russ.).
Svobodnyy khudozhnik [Free artist]. G. Riman. Muzykal'nyy slovar'. Perevod s nemetskogo i dopolnenie russkim otdelom B.P. Yurgensona [G. Riemann. The musical dictionary. Translation from German and supplemented by the Russian department of B.P. Jurgenson]. Moscow, Direkt Media Publ., 2008, p. 1170. (In Russ.).