Присоединение к евразийскому движению, переезд в Париж в 1926 году и руководство Евразийским семинаром в 19261927 годах дали новый импульс Карсавину для развития историософских и персо- налистических идей. В записке «Церковь, личность и государство», затем опубликованной отдельной брошюрой (Париж, 1927), Карсавин в своих размышлениях о личности и государстве опирается на понятие Церкви. Для него Церковь есть идеал, к которому стремится мир и человечество. Как писал Карсавин, мир - «материя Церкви, материал, из коего должно быть создано и созидается Тело Христово» [6, с. 403]. Церковь содержит единую Истину как симфонию её индивидуальных проявлений. Она есть образ всеединства. После Церкви второе понятие, на котором основывает свои размышления Карсавин, это личность, которая понимается как божественное начало.
Таким образом, стремление и приобщение к Церкви одновременно означает причастие к личному бытию. Между Церковью и индивидуальной личностью Карсавин признавал наличие соборных, или симфонических, личностей, к которым относил народ, культуру, государство. Карсавин полагал, что государство есть необходимая форма личного бытия. Целью государства является превращение в церковную личность.
В понимании государства резко разошлись Л. П. Карсавин и Н. С. Трубецкой, между которыми состоялась полемика на эту тему.
В первоначальном варианте записки Карсавин назвал государство «народно-культурной личностью» [7, с. 116]. Н. С. Трубецкой настаивал на том, что личностью можно назвать человека и народ («хоровая личность»), но никак не культуру и государство. Культуру Трубецкой понимал как «плод творчества личностей». Ещё более критичен Трубецкой по отношению к понятию государства у Карсавина. По мнению Трубецкого, государство есть «географически-волевая» категория, то есть складывается из общности территории и воли власти. Таким образом, у Трубецкого как индивидуальная личность, так и «хоровая личность» (народ) сохраняют свою субстанциальность. Именно народ является тем духовным центром, который порождает государственность и культуру. Трубецкой подчёркивал: «Существом, субстанцией, на которой происходят все эти процессы, и притом субстанцией одушевлённой, являются народы» [7, с. 135]. Для Карсавина субстанцией, причём абсолютной, является Бог, поэтому в соответствии с метафизикой всеединства всё бытие пронизано субстанциальностью, идущей от Бога. Из допущения, что существуют коллективные личности (у Трубецкого - «хоровые личности») Карсавин строит иерархию личностей: «индивидуум-народ-человечество, причём лишь первое единично, а прочие хоровые» [7, с. 143]. А далее Карсавин доказывает, что между народом и человечеством существуют ещё другие коллективные личности или, по крайней мере, формы личного бытия. Диалектика Карсавина вполне последовательна: между индивидуумами внизу иерархии и Вселенской Церковью есть культуры и государства, которые есть разные типы личностного бытия. Коллективный субъект развития существует в форме государства, культуры, цивилизации, то есть не народ порождает культуру или государство, а они являются, по сути, условиями для индивидуальной и коллективной личной жизни. Диалектика Трубецкого и Карсавина развивается в разных направлениях. Тем не менее Трубецкому и Карсавину, несмотря на противоречия, удалось согласовать общие позиции. Карсавин под влиянием критики Трубецкого изменил или исключил ряд формулировок. Он даже согласился не называть государство личностью. Кроме того, Карсавин в окончательный текст «Церкви, личности и государства» ввёл, по аналогии с «хоровой личностью» Трубецкого, понятие «симфоническая личность» (в первоначальном варианте этого понятия не было, хотя были выражения «симфония», «симфонический акт»).
Однако при всех уступках историософские учения Трубецкого и Карсавина представляют собой альтернативные варианты: для Трубецкого личность действует в истории и творит культуру, для Карсавина главную роль в истории играет Бог, который воздействует на историческое развитие через иерархию «симфонических личностей». Карсавин развивал историософию, в которой исследование исторических проблем получает завершение в метафизических выводах, то есть его историософия имела основой метафизику. Личный метафизический выбор Карсавина определил его историософскую диалектику, взгляды на соотношение Божественного и человеческого в истории, сущность государства и культуры.
Карсавин использовал концепцию всеединства для того, чтобы на её основе объединить в общую систему свои исторические и религиозно-философские взгляды. Историю и культуру он рассматривает с метафизической точки зрения, делая их материалом для своей оригинальной философии. Частично Карсавину удаётся исто- рическо-философский синтез, который, в свою очередь, порождает множество проблем. Историческое и культурное развитие имеет различные индивидуальные, частные аспекты, философия же тяготеет к универсальным и обобщающим концепциям. Решить проблему частного и общего особенно сложно, если пытаться сделать это одновременно как в истории, так и в философии. Карсавину неизбежно пришлось упрощать данную проблему, отдав предпочтение религиозно-философской системе и подчинять ей исторический материал. Тем не менее научно-исторический и религиозно-философский опыт Карсавина очень полезен для понимания взаимодействия между историей культуры и философией, показывает проблемы, значимые для междисциплинарных исследований.
Примечания
1. Карсавин Л. П. Восток, Запад и русская идея // Сочинения. Москва : Раритет, 1993. С. 157-216.
2. Карсавин Л. П. Джордано Бруно. Санкт-Петербург : Наука, 2016. 272 с.
3. Карсавин Л. П. Культура средних веков. Киев : Символ, 1995. 208 с.
4. Карсавин Л. П. Основы средневековой религиозности в ХІІ-ХІІІ веках. Санкт-Петербург : Алетейя, 1997. 432 с.
5. Карсавин Л. П. Философия истории. Санкт-Петербург : Комплект, 1993. 352 с.
6. Карсавин Л. П. Церковь, личность и государство // Сочинения. Москва : Раритет, 1993. С. 403-442.
7. Карсавин Л. П. Церковь, личность и государство; Соображения Н. С. Трубецкого по поводу записки Л. П. Карсавина «О Церкви, личности и государстве»; Ответ Л. П. Карсавина на письмо Н. С. Трубецкого; Дискуссии о Церкви в переписке евразийцев, 1925-1927 // Исследования по истории русской мысли : ежегодник за 2001-2002 гг. / под редакцией М. А. Колерова. Москва : Три квадрата, 2002. С. 74-174.
8. Лев Платонович Карсавин / под ред. С. С. Хоружего. Москва : Российская политическая
Аннотация
В статье рассмотрена историософия Л. П. Карсавина в контексте истории культуры и метафизики. Сделано сопоставление исторических взглядов Карсавина с его философскими работами 1920х годов, идеями платонизма и философией всеединства. Дан анализ философской эволюции Карсавина, формирования его историософской концепции. На примере работы Л. П. Карсавина «Восток, Запад и русская идея» (1922) прослежена философская интерпретация всеединства применительно к историософии. В книге «Джордано Бруно» (1923) Карсавин продемонстрировал основы своего религиозно-философского мировоззрения. Завершением историософских размышлений 1920-х годов стала работа «Церковь, личность и государство» (1927), обобщающая взгляды автора на отношения между Церковью и личностью. С критикой идей Л. П. Карсавина выступил Н. С. Трубецкой, который считал неприемлемым применение понятия «личность» к государству и культуре. Персонализм Трубецкого стал альтернативной концепцией по отношению к историософии и метафизике всеединства Карсавина. Автор статьи делает вывод о том, что Карсавин и Трубецкой предложили две разные версии христианской историософии и персонализма. Учение о «симфонической личности» Л. П. Карсавина есть результат его личного метафизического выбора.
Ключевые слова: русская философия, историософия, метафизика всеединства, евразийство, христианство, платонизм, персонализм, симфоническая личность, государство, культура.
The article devoted to L. P. Karsavin's historiosophy in the context of cultural history and metaphysics. The author of article compared Karsavin's historical views with his philosophical works of the 1920th, the ideas of platonism and philosophy of “vseedinstvo”. He analyzed Karsavin's philosophical evolution, formation of his historiosophical concept. The author of article researched Karsavin's philosophical interpretation of “vseedinstvo” in relation to historiosophy on the example of work “East, West and Russian idea” (1922). Karsavin showed the bases of religious and philosophical worldview in the book “Giordano Bruno” (1923). Karsavin's work “Church, Personality and State” (1927) is the end of his historiosophical reflections of the 1920th, the views to the relations between Church and personality. N. S. Trubetskoy criticized Karsavin's ideas; he considered unacceptable application of the concept “personality” to the state and culture. Trubetskoy's personalism is alternative concept in relation to Karsavin's historiosophy and metaphysics of “vseedinstvo”. The author of article concluded that Karsavin and Trubetskoy offered two different versions of Christian historiosophy and personalism. Karsavin's doctrine about “symphonic personality” is result of his personal metaphysical choice.
Keywords: Russian philosophy, historiosophy, metaphysics of “vseedinstvo”, eurasianism, Christianity, platonism, personalism, symphonic personality, state, culture.