Если иметь в виду сферу существования информации не в реальности, а в научном знании, то фактически уже стал общепризнанным тезис, который я предложил несколько десятков лет тому назад, полагая обретение этим понятием общенаучного статуса. Этот тезис был выдвинут, когда я разрабатывал и обосновывал новый тип научного знания, который пришлось выделить из философского и частнонаучного знания - общенаучного знания. Понятие информации, которое только появилось в науке, стремительно распространялось по научным дисциплинам представлялось мне тогда в качестве одного из самых приемлемых кандидатов на обретение общенаучного статуса. Этот процесс распространения концепции информации по пространству научного знания можно назвать кратко «информационизацией» науки в отличие от информатизации, связанной с внедрением новых информационных технологий. А можно и дальше использовать термин «информатизация», но уже в более широком смысле.
Замечу, что когда я предположил возможность становления общенаучного статуса информации, то обращал внимание, что речь идет в основном об использовании информационных подходов и методов, которые в определенной степени абстрагируются от того, существует ли информация в неживой природе. Однако более полноценный общенаучный статус зависит от того, признается ли информация всеобщим свойством материи или же существует только в живой и неживой природе.
Поэтому следует различать гносеологический аспект общенаучного статуса, следующий из использования понятия информации и информационных подходов, и онтологические основания общенаучности, что уже зависит от признания атрибутивного характера информации. Но, если по гносеологическому аспекту общенаучного характера информации споров практически нет, то по онтологическому статусу существует достаточно выраженные точки зрения, основные из них квалифицируются как атрибутивная, функциональная и социоцентрическая (соответственно трем упомянутым выше концепциям информации), о чем выше шла речь в ином контексте.
Функциональная (кибернетическая) концепция информации, связывает информацию с управлением и самоуправлением (но не с самоорганизацией, которая имеет место и в неживой природе), ограничивая сферу распространения информации только биологической и социальными ступенями эволюции. Социоцентрическая ( а, по сути, семантическая) точка зрения считает информацию свойством человеческого сознания, что еще более существенно сужает сферу и возможности применения информации и информатики.
Как функциональная, так и социоцентрическая концепции информации, по сути, априори заявляют, что в неживой природе информация отсутствует. Такой вывод делается не на основе анализа довольно обширной литературы по использованию концепции информации и информационного подхода в науках о неживой природе. Ясно, что с теоретико-познавательной точки зрения накладывание упомянутых ограничений сразу же отсекает возможные попытки исследования информации и информационных процессов в неживой природе. И здесь возникает вопрос, почему об этом судят представители тех наук, которые не занимаются этой проблемой? Как может судить представитель наук об обществе существует ли информационная физика (или физическая информатика), не будучи специалистом в этой области знания? Ясно, что это будет не знанием и даже не гипотезой, а мнением данного автора.
Но этим мнением пользуются лишь сами упорные сторонники ограничительных концепций. Для атрибутивистов подобные ограничения неубедительны и вряд ли какой-то ученый-естественник найдет что-то позитивное в любых ограничительных подходах и императивах исследования информации. Однако, несмотря на желание функционалистов (а тем более - социоцентристов) ограничить сферу приложения концепции информации, все больше появляется ученых, которые находят свои собственные пути обоснования существования информации в неживой природе (вспоминают, что и кибернетику когда-то те же или им подобные деятели от науки также отрицали) .
Ограничительная позиция в эпистемологическом смысле оказывается уязвимой: ведь все, что оказывается позитивным в функциональной и социоцентрической концепциях, признают и атрибутивисты, кроме, естественно отрицания информации и информационных процессов в неживой природе. В действительности функциональная и социоцентрическая концепции информации оказываются в роли «матрешек», вложенных в более широкую атрибутивную концепцию информации, кроме, опять-таки, эмоционально-психологического отрицания атрибутивного характера информации.
Вот почему я полагаю, что доказательство всеобщности существования информации - это одна из задач или даже целей информатики, хотя само доказательство этого тезиса лежит не столько на информатике, сколько на всей науке в целом и, особенно, на науках о неживой природе. Ведь в большинстве случаев попытки и опыт применения концепции информации и информационного подхода в науках о неживой природе «падает» на специалистов в области этих наук, а не на специалистов в области информатики. Эти специалисты больше занимаются своими «внутренними» проблемами, и, скорее всего, углубляют это стремительно развивающееся направление, чем распространяют знания и методы информатики на другие области знания. Однако полностью переносить задачу доказательства существования информации в неживой природе на «неинформатиков», вряд ли имеет смысл, поскольку основное научное знание об информации и информационных процессах все же концентрируется и систематизируется в информатике.
В значительной степени под влиянием информатики и использования информационного подхода многие научные направления уже начинают обретать свой информационный ракурс. В том числе и науки о неживой природе: появились информационная физика, информационная химия и т.д., стремительно внедряется информационный подход в космологию. Впрочем, не только информатика, но и другие научные исследования в целом генерируют знание об информации и информационных процессах, ведут к усиливающейся информатизации науки. Информатизация науки, понимаемая в широком смысле, выражается не только в использовании в ней новых информационных технологий, но и в появлении в науке в целом информационных характеристик и свойств, которые в «доинформатизационный период» отсутствовали либо еще не осознавались. Так, например, стало понятным, что такие области исследования как документоведение, архивоведение, библиотековедение, библиографоведение, книговедение и ряд других имеет смысл отнести к новому направлению научного знания - информационным наукам.
Информатизация науки (в смысле информационизации), прежде всего, выражается в появлении и развитии информатики и других информационных исследований в самом широком их понимании. Признаком отнесения таких исследований к информационным наукам можно считать то, что их предметом являются различные виды и формы информации, заключенные в различных документах и других носителях информации. Их влияние на остальную часть научного знания составляет существенную часть процесса информатизации науки, наподобие того как влияет математика (процесс математизации), только уже в гораздо большей степени.
Но не только в этом заключается процесс информатизации науки в её широком понимании: ведь «информационные ростки» в той или иной отрасли науки или проблеме могут появляться спонтанно, независимо от применения результатов уже проведенных информационных исследований и некоторое время и могут не вызывать появления информационных направлений областей исследования. Тем самым наука в принципе может постепенно «насыщаться» какими-то, может быть, еще не существенными знаниями об информации и информационных процессах, не приводя сразу к существенным «информационным трансформациям» типа становления новой информационной дисциплины.
Можно также констатировать, что происходит такой достаточно очевидный и важный процесс информатизации (в смысле информационизации, хотя это наименование не очень благозвучно) научного знания, когда к уже существующим наукам (дисциплинам) так или иначе добавляется «информационная приставка»: или форме одного из новых направлений информатики, или перед наименованием отрасли науки появляется термин «информационная», либо без этой приставки, но связанными с изучением специальных видов информации и информационных процессов, о чем пойдет речь далее.
Информатика и формирование информационных наук
Современная структура предметной области информатики, предложенная К.К. Колиным в Институте проблем информатики РАН еще в 1995 г., выглядит следующим образом:
1. Теоретические основы информатики.
2. Техническая информатика.
3. Социальная информатика.
4. Биологическая информатика.
5. Физическая информатика.
Эти достаточно крупные самостоятельные направления научных исследований, вполне естественно, будут и далее дифференцироваться. Что касается неживой природы, которая изучается естественными науками, то кроме физики, есть много других научных дисциплин и наименование новых видов информатики, скорее всего, будет продолжаться по соответствующим наукам, тем более, что в каждой из них уже имеются «информационные заделы». Может также появиться в плане дифференциации «физической информатики», например, астрономическая или даже космологическая информатика, когда Вселенная представляется в качестве супергигантской информационной системы, или даже космического суперкомпьютера.
Давая вышеприведенную структуризацию, К.К. Колин исходил из того, что в каждой из четырех видов информатики (кроме первого), существует своя разновидность информационной среды, в которой собственно и реализуются информационные процессы и которая оказывает существенное влияние на специфику проявления в этой среде общих информационных закономерностей, изучаемых наиболее общей - теоретической информатикой.
Правомерность предложенной К.К. Колиным структуризации информатики, подтверждают дисциплинарный и эволюционный подходы, которые вместе с тем также могут внести те или иные коррективы в приведенную выше структуризацию предметной области информатики. Это в основном касается той области, которая уже получила наименование «физической информатики», поскольку неживая природа, кроме чисто физических объектов, содержит и химические соединения, подчиняющиеся также своим собственным законам. Поэтому вполне можно выделить, наряду с физической информатикой также «химическую информатику», тем более, что работы в этой области ведутся уже более полувека, хотя и менее известны, чем в области физической информатики.
В свою очередь, возможно дальнейшее дробление указанных выше предметных областей, например, та же физическая информатика может включить в себя уже упомянутую астрономическую (космологическую) и другие виды (или подвиды) информатик. Признание всеобщности информации ориентирует на такое дальнейшее выделение новых видов информатик либо тем или иным научным дисциплинам (гносеологическая дифференциация) либо по эволюционным структурам неживой природы. Поэтому то, что сейчас крупным планом видится как «физическая информатика» скорее предстает как «информатика неживой природы», которая включает в себя, по меньшей мере, физическую и химическую отрасли информатики.
Вместе с тем, можно предвидеть появление научных направлений исследования в области информатики и в проблемно-интеграционном ракурсе. Ведь концепция информации и информационный подход хорошо «вписываются» в междисциплинарные исследования, число которых существенно возрастает и именно в этих направлениях научного поиска происходит сейчас самый быстрый рост научного знания, о чем свидетельствуют данные, полученные в результате обзора изданий по информационной проблематике.
Количественные результаты этого исследования свидетельствуют о возрастающей актуальности информационной тематики. Первую группу, включающую наибольшее количество публикаций (56,6%), составляют работы, в которых используются два ключевых термина: Information Studies и Information Aproach. Это свидетельствует о том, что изучение информации, а также использование информационного подхода как общенаучного междисциплинарного средства становятся быстро развивающимися направлениями в науке.
За счет этого происходит расширение числа информационных наук и других исследовательских направлений деятельности. Уже сейчас ФГБУ «Российская государственная библиотека» по итогам совещания «Библиотековедение, библиографоведение и книговедение в номенклатуре специальностей научных работников» предлагает «узаконить» следующую номенклатуру научных специальностей:
Информационные науки
28.01.00 Информатика
28.02.00 Информационные системы и процессы в природе
28.03.00 Информационные системы и процессы в сфере техники
28.04.00 Информационные системы и процессы в социальной сфере
28.04.01 Документоведение, архивоведение
28.04.02 Библиотековедение, библиографоведение
28.04.04 Книговедение
28.04.05 Музееведение
28.04.06 Журналистика (печать, радио, телевидение, интернет).
Еще одним примером интегративного направления, на котором я далее остановлюсь, является глобалистика, исследующая глобальные процессы и системы и использующая понятия и методы различных наук, в том числе и информационные средства (подходы и технологии). А поскольку такой процесс как информатизация обретает уже глобальный характер, то изучение синтеза глобализации и информатизации (информационизации) приводит к появлению «глобальной информатики» или «информационной глобалистики», идеи которой уже начали развиваться в отечественной литературе.
Информационный подход в глобальных исследованиях
Осознание важной роли глобализации, глобальных проблем и других общепланетарных феноменов, а также понимание перспектив дальнейшего развертывания совокупной глобальной деятельности стало важной вехой в формировании научного мировоззрения и научной картины мира. В нашей стране истоки глобального мышления и мировоззрения восходят еще к М.В. Ломоносову. Фундамент глобального мировоззрения закладывался многими мыслителями, однако, лишь начиная с В.И. Вернадского, с помощью науки развернулся процесс становления глобального сознания и мышления как нового способа освоения окружающего мира, имеющего свои особенности.