Статья: Исламские политические и неформальные организации России 1990-х гг. (на примере Среднего Поволжья)

Программные установки «Татар Кануны» стали идейной базой общественного движения «Мусульмане Татарстана», организованного в РТ в 1996 г., во главе с муфтием Г. Галиуллиным. Движение создавалось при поддержке «Иттифак» и Милли Меджлиса, представители которого вошли в Совет новой организации. Со стороны ДУМ РТ создание движения «Мусульмане Татарстана» являлось своего рода попыткой укрепить свои позиции.

Идеологическая платформа умеренного крыла отличается эклектичностью и размытостью. Ядро позиции умеренных пока сводится к акценту на различиях между Западом и Востоком и критический подход к «евразийскому проекту». Ф. Уразаев, один из идеологов ВТОЦ, считает, что «основу западной демократии образует «западная психология», управляющая через «сознание» и «противоречия»; на Востоке же действует «духовное начало» - ислам, опирающееся на принципы самоуправления. Р. Сафин, другой идеолог, призывает принять ислам как «некую философию, историческое наследие, доставшееся от предков, как модель и духовную силу нации» [8]. Идеологи ВТОЦ выступали за «татаризацию» ислама, т.е. за существование «татарского ислама», нерастворимого среди других мусульманских народов. Под исламом во многом понимается джадидизм, основной принцип которого «Религия должна служить нации».

Особое место среди неформальных объединений занимала мусульманская группа закрытого типа «Cаф ислами» («Чистый ислам»), отделения которой действовали в Татарстане, г. Москве, Петербурге, Ташкенте. «Cаф ислами» была образован в 1982-1983 гг. Члены группы придерживались ортодоксальных позиций в исламе; считали официальные ДУМ государственными структурами, нарушающими свободу верующих, в том числе и через жесткий контроль при назначении мулл со стороны муфтия. По их мнению, муфтий должен выбираться всеми мусульманами; руководители общины верующих (амиры) - членами общины из числа наиболее знающих и достойных людей, а не назначаться [9]. Деятельность группы прекратилась в 1991-1992 гг.

Необходимо отметить, что даже во время наивысшего подъема национального движения в 1989-1992 гг., влияние национальных политических и общественных организаций на общественное сознание не было существенным. Например, в августе 1991 г. 6% опрошенных считали себя последователями Всетатарского общественного центра (ВТОЦ), 2,5% - последователями партии «Иттифак» [10]. Кроме того, во время «подъема национального движения в программных документах наиболее серьезных национальных организаций ВТОЦ и «Иттифак» исламский компонент был декларативным и сводился, в основном, к признанию его роли в сохранении общечеловеческих ценностей, рассматривался как одна из основ национальной культуры и нравственного здоровья народа. А когда интерес к исламу со стороны национальных организаций возрос, и он уже рассматривался в контексте поставленных основных целей, национальное движение вступило в полосу кризиса» [11].

Несмотря на различные, в основном, декларативные, обращения к исламу в своих заявлениях деятельность и программные установки организаций национального татарского движения, в том числе и радикального крыла, носили, главным образом, светский характер. Лишь с середины 1990-х гг. в условиях кризиса и спада национального татарского движения возникла необходимость в более широком использовании ислама в своей деятельности, чтобы использовать исламский фактор для укрепления своего пошатнувшегося положения.

Библиография