Если социальность не обладает устойчивой семантической и синтаксической структурой и носит характер искаженного порядка, можно ли говорить об обществе как общности. Проблема некоммуникативности, недискурсивности ставится как проблема перестройки совместного человеческого сосуществования. Возможна ли в современном человеческом мире социальная форма и если да, то в каком виде?
ХХ столетие продемонстрировало распад различных социальных форм. Вместе с механистической (общественная система работает как отлаженный “часовой механизм”) и организмической (общество рассматривается по аналогии с единым биологическим организмом) концепциями социальности в прошлое уходит концепция коммуникативной социальности. Согласно последней, социальность конституируется целерациональной деятельностью социальныхакторов, а в качестве средства легитимации социальности выступают логически упорядоченные дискурсы и, прежде всего, дискурсы научного знания. Общество, таким образом, предстает неким рационально организованным устройством наподобие текста. Но поскольку в начале XXI в. таких “текстов” оказывается все больше, то возникают сомнения в самом устройстве социальной системы по принципу “словесного текста”. В обществе потребления с господством аудио-визуальной культуры сам социум (совместное существование человеческих индивидов), по нашему мнению, видится превратившимся в невербализованный текст, в котором отдельные элементы скорее взаимодействуют нежели взаимопонимают друг друга. Недискурсивность ведет к возникновению условий для развития новых форм социальных общностей.
Скажем, есть общество, которое строится на основе информационно-коммуникативных практик. Исходный, первоначальный смысл коммуникации (лат. communicatio, communico) - делаю общим, связываю, общаюсь. Есть параобщество, которое строится на основе информационно-интерактивных практик (недискурсивных взаимодействий), которые выступают мощным генератором искусственных имитаций социальности. Современный мир превращается в псевдоили квази-общество квазиобщественных индивидов. в котором ослаблена коммуникация и, соответственно, общность. Напротив, увеличивается значимость интерактивных контактов и совместности без общности. Генерирование и трансляция социального контента невербальными знаковыми средствами, возникновение новых агентов интерактивного (некоммуникативного) действия, формирование парадискурсивных знаково-символических областей реальности (парадискурсов) - эти и подобные им черты характеризуют социальность как псевдообщество, как паранормальное явление по отношению к “нормальному” обществу, неофициальный, “изнаночный” вариант общества. С. Жижекв статье “Что делать?” - 100 лет спустя” говорит о движении к нелингвистическому социуму [6]. В определенной мере, действительно, можно говорить о своего рода “нелингвистической социальности”.
Параобщество и общество ведут напряженный взаимопреобразующий диалог, составляя целостную в своей амбивалентности социальность. Иначе говоря, социальность репрезентирует себя сегодня в качестве коммуникативной дискурсивной реальности, которую сопровождает, дополняет или замещает искаженная некоммуникативная реальность с паралогикой, своим особым “словарём” и особой “грамматикой”. Социальный мир представляет собой весьма неустойчивую и нестабильную систему, в которой использование субъектами коммуникативных (рациональных) способов общественных взаимодействий во многом переплетено с интерактивными (внерациональными) контактами. Уместно использовать метафору “креализованного текста” для обозначения современного социального пространства как парасемиотической системы со множеством структурных и параструктурных элементов (внерациональных, внелогических, внеязыковых), связанных друг с другом теми или иными отношениями и образующими определенную целостность.
Концепция двухсторонней вербально-невербальной природы социальности, в которой наличиствует не одно, но множество самых различных типов и видов дискурсов, функционирующих одновременно и пронизывающих социальное пространство в виде автономных, гетерогенных и непрерывных информационных потоков, создает определенные сложности для современных гуманитарных исследований. Возникает необходимость создания иных методов исследования и осмысления социальной реальности, учитывающих вышеуказанные характеристики.
Во многих сферах общественной жизни наблюдается определенный рост использования невербальных знаков в процессах социальных коммуникаций. Между действительностью и сознанием индивидов выстраивается парадискурс, который активизирует внерациональные силы человеческой природы (провоцирует восприятие реальности через визуальные образы). Социальность сегодня представлена иначе. Прежняя социальность строилась на коммуникативном взаимодействии между социальными субъектами в рамках социально-географических пространств. Современная социальность принимает такую форму, которой малозначимы диалоговые, коммуникативные, понимающие и прочие подобные взаимодействия. Открытая коммуникативность и дискурсивность сменились техниками соблазна, заражения и подражания, а коммуникативные отношения - интерактивными контактами. Общество, которое строится на основе доминирования информационно-интерактивных практик, может трактоваться как псевдопорядок, как совместность без общности, как суррогатная форма общества.
Изменения в трактовке социальности указывают на радикальный поворот в методологии современного обществознания. Необходим новый теоретико-философский инструментарий для решения возникающих проблем, осмысления трансформаций в существовании современной социальности.
Список использованных источников
1. Бодрийар Ж. В тени молчаливого большинства, или конец социального / Жан Бодрийар ; [пер. с фр. Н. В. Суслова]. Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2000. 13 с.
2. Бодрийяр Ж. Соблазн / Жан Бодрийяр ; [пер. с фр. А. Гараджи]. Москва: AdMarginem, 2000. 48 с.
3. Луман Н. Реальность массмедиа / Никлас Луман ; [пер. с нем. А. Ю. Антоновского]. М.: Праксис, 2005. 256 с. (Серия “Образ общества”).
4. Большой психологический словарь / [сост. и общ. ред. Б. Г. Мещеряков, В. П. Зинченко]. СПб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2003. 672 с. (Проект “Психологическая энциклопедия”).
5. Толковый словарь иноязычных слов / [составитель Крысин Л. П.]. М.: Эксмо, 2008. 944 с. (Библиотека словарей).
6. Жижек С. “Что делать?” - 100 лет спустя / Жижек Славой // Художественный журнал. Москва, 2001. № 37/38. С. 7-8.