Тюменский государственный институт мировой экономики, управления и права
Глобальное сознание и его «собственник»
Сокол В. Б.
Современная эпоха совершенно отчетливо выделяется от всех предшествующих исторических эпох невиданной интернационализацией всей общественной деятельностью на планете. Человечество необратимо продвигается к единой системе социально-культурно-экономических, политических и иных связей, взаимодействий и отношений. Другими словами, в современном обществе неизмеримо возросло общепланетарное единство человечества [Ветошкин 2004: 504], которое представляет собой принципиально новую суперсистему, связанную общей судьбой и общей ответственностью. Поэтому, несмотря на разительные социальнокультурные, экономические, политические контрасты различных регионов, государств и народов, ученые и философы считают правомерным говорить о становлении единой цивилизации и необходимости нового планетарного стиля мышления.
Глобалистика, сформировавшаяся как особая область знания, направленная на разрешение планетарных (глобальных) проблем во второй половине 20 века, очень быстро преодолела социологизм и технократию в методологии научного поиска причин глобальных кризисов и однозначно пришла к так называемому «повороту к человеку». Теперь главной проблемой и одновременно главным средством решения проблем видится сам человек, его ценностные ориентиры и установки. Новый подход противостоит тому взгляду, который рассматривал глобальные проблемы как результат социального устройства, особенностей экономики и техники, а человека - как пассивную жертву хода мирового развития. Теперь стало ясно, что «судьбы мира в конечном итоге зависят от вопросов духовного порядка» [Шаповалов 2000: 590]. Это означает, что искомый планетарный стиль мышления должен сформироваться на антропологической основе, сконцентрировав в себе высшие достижения мировой философии человека.
В 1968 году создается так называемый Римский Клуб - организация западных ученых, бизнесменов, политиков и общественных деятелей, озабоченных выработкой мер по предотвращению глобальных угроз. Один из его основателей А. Печчеи ясно обозначил главенствующую роль культуры человека в динамике глобальных процессов на Земле: «Истинная проблема человеческого вида на данной ступени его эволюции состоит в том, что он оказался полностью неспособным в культурном отношении идти в ногу и полностью приспособиться к тем изменениям, которые САМ внес в этот мир» [Ветошкин 2004: 504].
Наконец, самое печальное «открытие» глобалистики вскрыло полную несостоятельность потенциала самого сознания современного человека, которое оказалось неспособным к элементарному восприятию глобальной проблематики. «Как будто бы глобальные проблемы, к которым мы стремились привлечь всеобщее внимание, касались вовсе не нашей планеты, а какой-то совсем иной, далекой планеты… Создавалось впечатление, что наши слова забывали еще до того, как слышали» [Печчеи 1980]. В большинстве случаев люди ведут себя так, как будто глобальные проблемы их не касаются или все образуется само собой. По мнению В.Ф. Шаповалова, смело взглянуть в лицо трудностям мешают психологические причины: страх обнаружить собственное бессилие перед лицом неумолимого рока. Это нередко рождает ядовитый цинизм, а также способствует распространению новоявленных лжеучений, обещающих легкий духовный путь. Однако главные трудности связаны не с психологическими причинами, а с ядром формирования мировоззрения в целом. Поэтому глобалистика пришла к необходимости выработки так называемого глобального сознания [Шаповалов 2000: 592]. Предполагается, что в рамках глобального сознания со всей очевидностью должна быть осознана задача выживания человечества, от которой зависит уже решения всех других задач. Глобальное сознание должно стать неотъемлемой частью культуры нового типа, суть которой не в возврате к прошлому и не в унынии и пессимизме, но в открытии оптимистической перспективы. Глобальное сознание утверждает, что стремление к господству как человека над природой, так и человека над человеком не могут более служить ничему позитивному. В то же время одинаково не может служить ничему позитивному и попытка вернуться к прошлым формам бытия человека и его отношения к природе. Другими словами, глобальное сознание - это феномен, связанный с критикой технологически-потребительской цивилизации не с позиций прошлого, а с позиций будущего. В рамках глобального сознания необходим пересмотр всех основных видов отношений: человека к природе, отношений между социальными общностями (классами, социальными группами, нациями и др.), отношений человека к человеку, отношения к прошлому, истории, предкам.
Итак, современная научно-философская мысль приходит к выводу, что планетарный стиль мышления, способный реализовать цельное бытие человечества, практически может осуществиться только как результат онтологического поворота в сознании каждого индивида, а конкретнее, поворота к глобальному сознанию.
Прообраз глобального сознания в ряде аспектов можно увидеть в концепции ноосферы, выдвинутой французским естествоиспытателем и философом П. Тейяр де Шарденом (1881-1955) и независимо от него русским ученым В.И. Вернадским (1863-1945). Человек создает особую сферу - ноосферу, или сферу разума, которая выступает завершающим этапом в развитии биосферы, что подразумевает возникновение особой ответственности человечества за весь строй природы, за ход и направленность дальнейшей эволюции природы. Значительная часть природного вещества в условиях современной цивилизации оказывается вовлеченной в сферу социальных взаимодействий, в круговорот культуры, духа. Человек должен научиться рассматривать происходящее с природой как происходящее с собой. Следовательно, от утилитарнопреобразующей деятельности необходимо перейти к любовно-преобразующей. Не хищнически потребительское, но и не пассивное, а любовно-заинтересованное отношение к природе - таков дух и смысл концепции ноосферы [Шаповалов 2000: 593]. В. Соловьев, С. Булгаков, П. Флоренский и другие отечественные философы писали о софийности природы, настаивая на том, что к природе следует относиться как к единому живому существу. В.Соловьев, например, полагал, что следует расширить сферу распространения кантовского категориального императива на все живые существа, не только на человека: «Поступай так, чтобы всякое живое существо рассматривалось тобою всегда как цель, но никогда только лишь как средство» [Шаповалов 2000: 594]. Н.Федоров также говорил о «братском отношении к Космосу», дав начало целому направлению в развитии отечественной мысли - «русскому космизму».
В настоящее время идеи расширения человеческого сознания получили новое развитие. Более того, следует сказать, что разговор теперь идет о радикальной трансформации качества, можно даже сказать, статуса сознания человека. Опыт современного развития обнаружил, что надежды на постепенное, «поэтапное» преображение человека не оправдались. ПРОБЛЕМА в том, что саму по себе декларацию идеи глобального сознания, как «прежде всего осознание того, что планета Земля наш общий дом, что люди не Боги, они несовершенны» [Шаповалов 2000: 596-597] и т.д., на поверку нельзя оценить даже как слабый шаг к реальному результату в изменении сознания людей. В действительности, эффективность подобных «холостых» речевых усилий сводится практически к нулю. Следовательно, необходимо радикальное «лечение» сознания в его наиболее глубинных структурах. Такой сложности «операции» над человеческим сознанием являются прерогативой исключительно фундаментальной философской онтологии, точнее, феноменологического и герменевтического анализа, в том виде, как они разработаны Э. Гуссерлем и Г. Гадамером.
С точки зрения «новой онтологии» (Dasein М. Хайдеггера, герменевтика Г. Гадамера), одной из существеннейших базовых причин ограниченности познавательной деятельности человека, в частности, его неспособность к пониманию Другого, есть непроницаемость так называемого «концептуального каркаса», заковывающего сознание каждого человека в своеобразную «интеллектуальную тюрьму» [Поппер 1983: 10].
Человек современного стиля мышления буквально не воспринимает информацию в рамках глобального масштаба, он «глух» к ней просто за неимением достаточной широты «диапазона» в потенциале индивидуального сознательного «слушания», что означает отсутствие онтологического «пред-понимания» (М. Хайдеггер) субъекта познания («слушания»). На языке феноменологического дискурса, сознание обладает имманентно присущей ему интенциональностью, то есть способностью направлять и фиксировать свое внимание на том или ином объекте. В зависимости от направленности сознания, меняется качество сознания и его содержание, что и означает изменение форм разнообразных «концептуальных каркасов», загоняющих сознание в ту или иную «камеру» интеллектуальной «тюрьмы». Другими словами, изменить сферу («диапазон») понимания человека невозможно без предварительного интенционального «поворота» его сознания, способного радикально перестроить его структурную архитектонику, включая и «пред-понимание». Чтобы понять, как возможно осуществление такой глубинной «операции» над сознанием, необходимо усвоить главное открытие философской феноменологии Э. Гуссерля - различение сознания и его «собственника» - того, кто это сознание направляет.
Еще Аврелий Августин указывал на сложность обнаружения собственного «Я». Он заметил, что, строго говоря, во мне есть то, что мне подчинено, управляется посредством моей воли - «Я», и то, что мне не подвластно - «не-Я». «Я» выражает мою самость, в то время как «не-Я» ее не выражает, а порой вступает с ней в противоречие. Августин положил начало различению в человеке «Я» и «не-Я». Это различение с тех пор прочно вошло в философию. Оно, в частности, зафиксировано в формуле Р.Декарта Cogito ergo sum («Я мыслю, следовательно, существую»). Очевидно, что эта формула имеет смысл, только если под «Я» понимать то, что в самом человеке противопоставлено его «не-Я». По Р.Декарту, непосредственная данность мысли есть решающее свидетельство существования «Я». Э. Гуссерль, основатель феноменологии, идет дальше и обозначает мышление как «внешнее» по отношению к единственно реальным феноменам сознания. Поэтому он заключает мышление «в скобки», то есть выводит его в «не-Я». Русский последователь Гуссерля, Густав Густавович Шпет, в своей работе «Сознание и его собственник» (1916 г.) проводит весьма интересный поиск истинного «Я» как раз в контексте принципиального размежевания сознания и того, ктоимеет это сознание. Истинное «Я» человека не сводится даже к его сознанию, а является прерогативой исключительно владельца («собственника») сознания. Именно поэтому даже наше сознание может оборачиваться против нас самих, вводя нас в иллюзию посредством навязывания ложных самоотождествлений, суть которых в подмене какого-либо «не-Я» на истинное «Я» [Шпет 1994: 20-117].
Итак, прежде всего, необходимо принять феноменологический факт того, что человеческое «Я» не сводится к сознанию. Это значит, что сознание благодаря интенциональности может «отвлекаться» в самые различные сферы бытия, в том числе весьма отдаленные даже от своего «владельца», что приводит к «зависанию» сознания относительно истинной реальности, то есть своего истинного «Я». Именно в степени размежевания сознания с его «собственником» кроется разгадка всех погрешностей познавательной деятельности сознания. Проще говоря, центральная проблема трансформации сознания, - это проблема самоотождествления: с кем (чем) отождествляет себя сознание человека?
Следовательно, ключевая практическая задача реального формирования глобального сознания сводится к целенаправленной переориентации интенциональной потенции человеческого «Я» в сторону такого отождествления, которое автоматически позволит ему осознавать себя гражданином планеты, чувствовать Землю как свой дом, а все человечество со всем разнообразием его культур и мировоззрений, как свою семью. Интересно, что форма самоотождествления, которая с необходимостью возвышает человека до глобального сознания, достаточно четко сформулирована уже давно, у того же В.Вернадского: «Человек впервые реально понял, что он житель Планеты. Он может и должен мыслить не только в аспекте отдельной личности, семьи или рода, государства или их союзов, но и в планетном аспекте» [Вернадский 1977: 24].
Итак, ключ к новому глобальному сознанию дал еще В.Вернадский. Этот ключ - отождествления «Я» с «жителем (представителем) Планеты». Однако Вернадский не дал реальный метод закрепления «гражданства» Планеты в сознании каждого из представителей ее ноосферы. Как уже указывалось, этот метод разрабатывает феноменология в лице ее основателя Э. Гуссерля.
В соответствии с методологией философской феноменологии, неполноценный «концептуальный каркас» преодолевается вынесением «за скобки» всякого эмпирического и теоретического опыта в рамках данного каркаса посредством так называемой феноменологической редукции. Применимо к нашей задаче, это означает необходимость выяснения в первую очередь тех отождествлений, которые должны быть однозначно отброшены (вынесены «за скобки») именно по причине того, что они сужают горизонт сознания далеко от требований, налагаемых к сознанию глобальному. Очевидно, что самые болезненные «блоки сознания» в современном общечеловеческом менталитете, которые, тем не менее, в первую очередь должны быть преодолены на пути к глобальному сознанию, - это отождествления, опосредующие понимание своего «Я» в связи с нацией, государством, той или иной религиозной традицией. Уже В.Соловьев увидел, что безответственная манипуляция столь священными для современного человека понятиями, как «русский», «американец», «христианин», «мусульманин» и пр., в реальной действительности рождает семя разрушения всеединства мироздания. «Мы должны рассматривать человечество в его целом, как великое собирательное существо или социальный организм, живые члены которого представляют различные нации. С этой точки зрения, очевидно, что ни один народ не может жить в себе, через себя и для себя, но жизнь каждого народа представляет лишь определенное участие в общей жизни человечества» [Соловьев 1911: 4]. В 21 веке уже совершенно ясно, что Соловьев оказался пророком катастрофичного воздействия «национализации» человеческого сознания. Вне всяких сомнений, наше время - непосредственная демонстрация глобальной угрозы именно на основе конфронтации цивилизаций, разъединяющих планету, прежде всего, по национальным и религиозным признакам (С. Хантингтон).