Жанровые характеристики бытовой сказки (на материале современных русских, английских и итальянских сказок)
О.С. Костарнова
старший преподаватель кафедры романских языков Дипломатической академии МИД России;
аспирант кафедры общего и сравнительного языкознания
Московского государственного лингвистического университета
В статье рассматриваются лингвистические особенности современных бытовых сказок на примере русского, английского и итальянского языков. Высказывается предположение, что несмотря на языковое многообразие, современные сказки содержат общие ярко выраженные характеристики. Особое внимание уделено вербализации данных признаков в культурно-исторических условиях разных языковых сообществ. Отмечается элиминирование гендерного фактора в сказках на английском языке, в то время как в итальянской и русской лингвокультурах сохраняется традиционное распределение гендерных ролей.
Ключевые слова: интертекстуальность; номадизм; гендер; стереотипы; бытовая сказка; патриархальное общество.
O. S. Kostarnova
Senior Lecturer, Department of Romance Languages,
Diplomatic Academy of the Ministry of Foreign Affairs;
PhD Student, Department of General and Comparative Linguistics,
Moscow State Linguistic University
GENRE CHARACTERISTICS OF A DOMESTIC TALE (based on modern Russian, English and Italian domestic tales)
The article focuses on the linguistic features of modern domestic tales based on the Russian, English and Italian languages. The author suggests that, despite the linguistic diversity, modern domestic tales contain common characteristics. Particular attention is paid to the verbalization of these features in the cultural and historical conditions of different linguistic communities. Elimination of the gender factor is noted in English tales, while Italian and Russian linguocultures preserve the traditional distribution of gender roles.
Key words: intertextuality; nomadism; gender; stereotypes; modern domestic tale; patriarchal society.
Введение
лингвистический бытовая сказка гендерный фактор
Жанровые классификации сказок, предложенные учеными различных направлений и отражающие различные научные интересы авторов, включают описание событий, героев, погруженных в них, а также наиболее типичные для жанра сказки сюжеты и мотивы. Анализ классификаций, а также наименований типов сказок свидетельствует о том, что жанр бытовой сказки присутствует в большинстве классификаций с учетом вариаций ее названий: бытовая, социальнобытовая, житейская, новеллистическая, авантюрно-новеллистическая, семейно-бытовая, романическая [Афанасьев 1985; Пропп 1984; Aarne, Thompson 1973; Сравнительный указатель сюжетов: Восточнославянская сказка 1979; Костюхин 2008] и др. Традиционно сказки бытового содержания характеризуются тесной связью с повседневной жизнью, бытовой культурой и отличаются реалистичным сюжетом. Так,
В.Я. Пропп отмечает, что «новеллистические сказки содержат большое количество бытовых элементов, метко схваченных наблюдений, жизненных деталей» [Пропп 2000, с. 288].
В ходе анализа эмпирического материала мы установили, что несмотря на языковое многообразие современные бытовые сказки характеризуются наличием следующих общих элементов: интертекстуальностью, гендерной спецификой, номадизмом. Далее остановимся на каждом из перечисленных элементов.
Феномен интертекстуальности в бытовых сказках
Явление интертекстуальности обусловлено динамичностью системы современной культуры, в основе которой лежит непрерывное взаимодействие различных культурных сообществ, обладающих своими ценностными ориентациями. В современной предметно-специальной литературе существует несколько подходов к феномену интертекстуальности. Так, например, данные подходы Г. В. Денисова условно делит на три типа: 1) параграмматический, в основе которого лежит один из типов анаграмм - параграмма, «описывающая выработку речи текста и указывающая, что каждый элемент функционирует как движущаяся «грамма», которая скорее порождает, нежели выражает смысл» [Денисова 2020, с. 29]); 2) диалогический; 3) эволюционный. Рассмотрим далее проявление каждого типа в современных бытовых сказках.
Иллюстрацией параграмматических связей в анализируемом нами материале служат ценности, значимые для представителей конкретного этносоциума. Напомним, что «ценности - высшие ориентиры поведения - являются, как известно, концентратом культуры. В рамках аксиологической лингвистики выделяются три основных подхода к изучению и описанию ценностей: 1) моделирование лингвокультурных концептов, одним из компонентов которых является ценностное содержание; 2) моделирование оценки в содержании слов и фразеологических оборотов; 3) моделирование дискурсивных образований с маркированным оценочным содержанием» [Карасик 2015, с. 25-26].
Вышеприведенное описание позволяет определить ценностные ориентации, а также способы их вербализации в исследуемых нами сказках. Например, в современной русской сказке «Девочка Нюша и самый главный герой» автор упоминает праздник Первомай, смысл которого пока непонятен главной героине, однако этот день вызывает у нее приятные ассоциации, связанные с приближением лета.
А тут подоспели столь любимые всеми Майские Праздники! Шумно и весело прошел по двору Первомай, - праздник не очень понятный, но радостный: первый день самого весеннего из весенних месяцев, когда вот-вот уже настанет распрекрасное лето, с теплынью, купанием, каникулами!
Из примера следует, что главная героиня радуется природе, испытывает предвкушение от предстоящего праздника, хотя историческое содержание его ей неизвестно. Приятные ассоциации вербализованы при помощи положительно окрашенной лексики: любимый, весенний, распрекрасный, теплынь, каникулы и др. Такое обилие позитивно окрашенных лексем порождает эмоцию радости и способствует возникновению у читательской аудитории хорошего настроения. В итальянской сказке установлены случаи отсылок к известным в Италии телепередачам, помогающим найти близких людей тем, кто отчаялся отыскать родственников самостоятельно. Так, главная героиня в сказке «Il Nano Ninja» обращается в итальянскую телепередачу «С'е posta per te» (аналог российской телепередачи «Жди меня») в попытке найти родную душу, восстановить семейные связи. Lattina ando a “C'e postaper te” con la speranza di poter rintracciare la sua famiglia. «Латтина отправился на передачу «C'e posta per te» в надежде найти свою семью» (перевод авт. - О. К). Так, наиболее ярко в итальянских и русских сказках представлен основной актуальный признак ценности, где подчеркивается его современная трактовка, а историческое происхождение и первоначальное наполнение представлено слабо. Подобное проявление культурных ценностей в анализируемых сказках связано с эмоциональной составляющей аксиологических систем, которые содержатся в их актуальном компоненте. Как утверждает В. И. Шаховский, «эмоции данной языковой общности социологизированы и психологизированы, т. е. обобщены видовым национальным опытом данного народа, поэтому они не только являются формой оценивания среды обитания того или иного языка, но и составляют значительный фрагмент этой среды обитания и картины мира» [Шаховский 2008, с. 5]. Иными словами, эмоции провоцируют реакцию, положительную или отрицательную ассоциацию без опоры на глубинное значение культурных ценностей.
Интертекстуальные связи параграмматического характера присутствуют в анализируемом нами материале, где параграмма выступает как стимул, призванный породить определенную реакцию на прочитанное: принятие или неприятие героя, согласие или несогласие с ценностной системой, понимание или отрицание поступков героев. Примечательно, что в современных исследуемых нами сказках разных народов, написанных на разных языках, одобрение ценностей и отторжение поступков героев происходит на одних и тех же основаниях. Традиционно в героях ценятся ум, доброта, отзывчивость, любовь, храбрость, в то время как коварство, обман, зависть, злоба вызывают неодобрение и осуждение.
Под диалогическим подходом к изучению интертекстуальности понимаются исследования, восходящие к теории диалога М.М. Бахтина, такие, как работы Р. Барта, Ю. М. Лотмана, а также Ю. Кри- стевой. Напомним, что, по мнению М.М. Бахтина, диалогичность существует не только внутри одного текста, но и между текстами. При описании диалектики бытия литературы ученый подчеркивал, что кроме данной действительности, автор имеет дело также с предшествующей и современной ему литературой, с которой он находится в постоянном «диалоге». Рассмотрим следующие примеры: в русской сказке «Возьми меня с собой» главная героиня отправляется к озеру как к месту уединения и спокойствия. Озеро представляется ей местом мистическим, о котором ходят странные слухи.
Побежала с горя девочка к голубому озеру. Решила она посидеть у воды, унять тоску-печаль. А надо сказать, с давних пор поговаривали в народе, что озеро то волшебное было, и всякие странные случаи там приключались. Толком никто не знал какие, но слухи нехорошие ходили, и поодиночке туда захаживать люди побаивались.
Как известно, с водой в отечественных произведениях связано много необычного и загадочного, например, в сказках А. С. Пушкина «О рыбаке и рыбке», «Сказке о царе Салтане», в народной сказке «Морской царь и Василиса Премудрая».
В рамках описанных выше подходов интертекстуальность понимается в широком смысле слова, где «смысл художественного произведения полностью или частично формируется посредством ссылки на иной текст, который отыскивается в творчестве того же автора, в смежном искусстве, в смежном дискурсе или в предшествующей литературе» [Смирнов 1995, с. 11]. Так, интертекстуальность - это фактор своеобразного коллективного бессознательного, который неосознанно для автора предопределяет его деятельность независимо от его желания.
В основе эволюционного подхода лежат теории Ю. Н. Тынянова, Я. Мукаржовского и Ж. Женетт. «По теории Ю. Тынянова, интертекст формируется в пародии, которая выступает как двуплановый текст, вбирающий в себя трансформированный текст (предшественник) со смещенной смысловой стороной» [Безруков 2005, с. 17]. В рамках подобного подхода феномен интертекстуальности рассматривается в узком смысле - как литературный прием, намеренно используемый автором.
На наш взгляд, эволюционный подход к интертекстуальности применительно к сказочному материалу широко используется современными авторами для «осовременивания» классических произведений, в частности сказок, где основной задачей писателя является адаптация реалий, а также межличностных отношений к актуальным для современного общества тенденциям развития. Так, например, в современной сказке о Красной Шапочке реалии современного мира вписаны в традиционную канву сказочного повествования:
В некотором царстве, в некотором государстве жила-была девочка. Звали ее Красная Шапочка. И была у нее бабушка. Жили они не тужили. В общем, хорошо жили, потому что в этом царстве все жили хорошо и одинаково. Но потом стали жить хуже. А всё потому, что завелся в этом царстве страшный-престрашный зверь под названием инфляция. Раньше эта инфляция жила далеко-далеко, за лесами и болотами, в загнивающих странах. <...> А питалась эта нечисть заморская не «вискасом» и не «сникерсами», а зарплатами и пенсиями, которые выдавались вовремя и без задержек.
Подобные современные вставки в сказочном контексте провоцируют объединение двух известных читателю и прежде непересе- кающихся между собой миров, чем вызывают комический эффект. Подобный прием достигается с помощью эволюционного подхода к интертекстуальности.
Феномен номадизма в бытовых сказках
В интертекстуальности проявляется определенный репертуар мотивов, кочующих из одной сказки в другую и присутствующих во всех сказках. Мы считаем возможным обратиться в данном случае к термину «номадизм».
Термин «номадизм» и его ризомная структура нашли в современной науке широкое применение. Понятие «ризома» (фр. rhizome - «корневище, клубень, луковица, грибница») впервые было применено в рамках гуманитарных наук в совместной работе Ж. Делеза и Ф. Гват- тари «Rhizome» в 1976 г. и стало одним из ключевых понятий философии постмодерна. Ученые описывают ризому как нелинейный способ организации целостности, противопоставляя его ограниченным и лишенным динамики линейным структурам. «В ризоме нет точек или позиций, которые мы находим в структуре, дереве или корне. Есть только линии» [Делез 2010, с. 14]. Однако данный термин давно вышел за рамки философии и филологии и широко употребляется современными специалистами в области цифровых наук, экономики, методики преподавания и других наук. Сетевая структура ризомы, не имеющая единого центра, позволяет говорить о горизонтальном и летучем характере распространения предметов и явлений, в том числе культурных смыслов, идей, а также о возможном взаимодействии этих явлений с другими звеньями того же порядка: «Идеал оригинального авторского произведения сменяется идеалом конструкции как стереофонического коллажа явных и скрытых цитат, каждая из которых отсылает к различным и разнообразным сферам культурных смыслов, каждая из которых выражена в своем языке, требующем особой процедуры `узнавания', и каждая из которых может вступить с любой другой в отношения диалога или пародии, формируя внутри текста новые квазитексты и квазицитаты» [Новейший философский словарь 1999, с. 829].