Встречаются в исследованном дискурсе элементы языковой игры, приобретающие особый смысл в политическом контексте. Представленные примеры демонстрируют ироничное отношение к идеологическим оппонентам посредством обыгрывания слов культура - бескультурье (Обратился с открытым письмом к министру бескультурья), включения хиазма, использующегося при создании афоризма (Тех, кто искореняет историю, история может искоренить в ответ), трансформации названий литературных произведений (Кому в Москве жить хорошо?). В примере - Запугивание и карательные меры в отношении оппозиции - вот к чему движется страна после оглушительной «чурровой победы» - мы наблюдаем видоизменение крылатого выражения «пиррова победа». Победа античного царя Пирра над войском римлян высокой ценой человеческих жертв соотнесена здесь с ситуацией, произошедшей с В. Е. Чуровым, председателем Центральной избирательной комиссии РФ, отвечающим за взаимодействие с политическими партиями. Известен факт, что в январе 2012 г. КПРФ внесла проект постановления о недоверии главе Центризбиркома.
Словообразовательные особенности твитов обусловливаются компрессией и проявляются в виде инициальных аббревиатур (ЦК КПРФ, КНДР, ПАСЕ, ГД, РАН, СПК, РОСНАНО, ГСМ, ВНИИХТ), сложносокращенных слов (пленарка, генсек, партконференция, погранвойска, политсистема), сокращения на графем- ном уровне с использованием специальных символов (нефте$). Особый интерес представляет употребление аббревиатур «инициального» типа, состоящих из начальных букв фамилий, имен и отчеств В. Путина (ВВП) и Д. Медведева (ДАМ), приобретающих в контексте ироничной песни и образа Б. Ельцина саркастический смысл: От ВВП и ДАМ мы слышим: «Все хорошо, прекрасная маркиза! Будем и дальше двигаться курсом вороватого и спившегося Ельцина». Нет уж, хватит.
В большинстве твитов используются неполные синтаксические конструкции с пропущенным подлежащим (личным местоимением 1-го лица), которые начинаются, как правило, с глагола совершенного вида в прошедшем времени и актуализируют семантику свершившегося события: Провел встречу с группой советских и российских военачальников; Направил поздравительную телеграмму ЦК Компартии Чили в честь 100-летия создания партии; Наградил грамотами финалистов конкурса детского творчества «Салют, пионерия!». В результате у аудитории складывается образ деятельного политика, который исполняет ежедневные партийные поручения и занят общенародными проблемами: Потребовал от президента Якутии и Генпрокуратуры восстановить трудовые права уволенных лидеров независимого профсоюза.
В дискурсе языковой личности синтаксические конструкции иногда осложняются инвективными высказываниями грубого характера: Выборы в Раду не признаем - там не пахнет демократией, пахнет нацизмом. Работать с психопатами и педерастами не будем.
Текст сообщений испытывает влияние синтаксической компрессии. Уменьшению размера высказывания, а также особой экспрессивности синтаксических построений способствуют парцеллированные конструкции в виде расчленения синтаксических построений, воспроизводящих особенности речевой манеры автора повествования (Провел встречу с группой советских и российских военачальников. Все согласны, что СССР - наша общая Родина. Наша гордость. Наша будущая мечта), эллипсис (Главный кризис не в финансах, а в кадровой политике! Вам - самые теплые поздравления и самые добрые пожелания в день 95-летия ВЛКСМ!), членение (В 2014-й - с большевистским оптимизмом! Хоть и заканчивается 2013-й под гром сражения за будущее страны).
Подводя итоги, отметим, что Твиттер необходим Геннадию Зюганову не только как модный сервис, как канал для общения и распространения информации, но, прежде всего, как «идеологический рупор». В личном микроблоге Г. А. Зюганова доминируют сообщения с установкой на информативность и воздействие с проявлением агрессии и дискредитации оппонентов.
Потенциал твиттинга не использован Г. Зюгановым в полной мере: в сообщениях отсутствует активное взаимодействие с гражданами в форме открытого диалога, которое положительно бы влияло на имидж политика. Твиттер предполагает горизонтальное [Какорина, 2007, с. 69] ведение межличностной коммуникации по открытой схеме «адресант - адресат - адресант - адресат - ...», однако политик воспринимает читателей в статичной вертикальной плоскости «адресант - адресат», что образует замкнутый коммуникативный канал между отправителем и получателем. Несмотря на то, что автор выстраивает общение по типу институционального дискурса, где должна соблюдаться официальность и иерархичность между участниками коммуникации, он же нарушает официальный характер твит- тинга языковыми средствами выражения оценки.
Твит-сообщениям Г. Зюганова присущ контаминированный характер: в них сочетаются черты делового, публицистического и разговорного стилей. Последнее, возможно, объясняется ориентацией на массового читателя, желанием быть ближе к народу. Коммуникативное пространство твиттинга в дискурсе политика полифункционально, поскольку помимо этикетного автором публикуются сообщения информативного, императивного и императивно-оценочного характера.
Список литературы
1. Амурская О. Ю. Языковая личность чат-коммуниканта в современном мире: сопоставительный аспект. Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2010. 209 с.
2. Атягина А. П. Твиттер как новая дискурсивная практика: Дис. ... канд. филол. наук. Омск, 2014. 151 с.
3. Баркович А. А. Интернет-дискурс: компьютерно-опосредованная коммуникация: Учеб. пособие. М.: Флинта: Наука, 2015. 288 с.
4. Галичкина Е. Н. Общая характеристика компьютерно-опосредованного дискурса // Интернет-коммуникация как новая речевая формация: Коллективная мо- ногр. / Науч. ред. Т. Н. Колокольцева, О. В. Лутовинова. 2-е изд., стер. М.: Флинта: Наука, 2014. С. 53-72.
5. Горошко Е. И., Землякова Е. А., Полякова Т. Л. Жанры 2.0: проблема типологии и категоризации на примере коммуникативного сервиса «Твиттер» // Жанры речи. Саратов; Москва: Лабиринт, 2012. Вып. 8. С. 344-357. иКЬ: http://www.textology.ru/article.aspx?aId=236 (дата обращения 15.07.2015).
6. Измайлов А. З. Языковая креативность личности. Смоленск: Смоленская городская типография, 2011. 97 с.
7. Какорина Е. В. СМИ и интернет-коммуникация (области пересечения и проблемы взаимодействия) // Язык современной публицистики: Сб. ст. / Сост. Г. Я. Солганик. 2-е изд., испр. М.: Флинта: Наука, 2007. С. 67-99.
8. Колокольцева Т. Н. Диалог vs диалогичность в интернет-коммуникации // Интернет-коммуникация как новая речевая формация: Коллективная моногр. / Науч. ред. Т. Н. Колокольцева, О. В. Лутовинова. 2-е изд., стер. М.: Флинта: Наука,
9. 2014. С. 139-158.
10. Левоненко О. А. Языковая личность в электронном гипертексте (на материале экспрессивного синтаксиса ведущих электронных жанров): Автореф. дис. ... канд. филол. наук. Таганрог, 2004. 26 с.
11. Осетрова Е. В. Анонимная новость в пространстве городского общения // Филология и человек. 2009. № 3. С. 37-45.
12. Седов К. Ф. Типы языковых личностей по способности к кооперации в речевом поведении // Проблемы речевой коммуникации. Саратов, 2000. С. 6-12.
13. Стексова Т. И. Речевой жанр обещания в политическом дискурсе // Политическая лингвистика. 2011. № 4(38). С. 63-66.
14. Трофимова Г. Н. Языковой вкус интернет-эпохи в России. Функционирование русского языка в Интернете: концептуально-сущностные доминанты: Моногр. М.: РУДН, 2011. 436 с.
15. Усачева О. Ю. Анализ дискурса диалогической коммуникации в Интернете. М.: Изд-во МГОУ, 2011. 370 с.
16. Федоров А. О., Юрик И. В. Как продвигать библиотеку в Твиттер. Секреты «кухни» библиотечного микроблога. М.: Пашков дом, 2013. 80 с.
17. Шмелева Т. В. Речевой жанр. Возможности описания и использования в преподавании языка // Russistik. Русистика: Научн. журн. актуальных проблем преподавания рус. яз. Berlin, 1990. № 2. С. 20-32.
18. Шпильман М. В. Коммуникативная стратегия «речевая маска» (на материале произведений А. и Б. Стругацких): Дис. ... канд. филол. наук. Новосибирск, 2006. 229 с.