В контексте этого приведем примеры, связанные с доказательственным значением генетических экспертиз.
В области уголовного процесса проведение генетических экспертиз подчинено общим правилам проведения экспертиз (гл. 27 УПК РФ), а ст. 1 УПК РФ указывает на то, что порядок уголовного судопроизводства определяется именно настоящим Кодексом . Поэтому издание подзаконных актов в данной сфере является недопустимым.
Следователь назначает экспертизу по своему усмотрению, однако встает вопрос о получении образцов для исследования. Процессуальный институт получения образцов отсутствует, и на практике нередко приходится либо принимать отказ от проведения экспертизы, либо прибегать к различным «ухищрениям». Так, например, с обвиняемым, находящимся в СИЗО, провести судебную экспертизу проще, так как можно отправить его в медицинский пункт при следственном изоляторе для прохождения осмотра. При таком подходе встает вопрос легализации доказательства. Возможно, в данном случае помогло бы создание института, подобного институту привода, суть которого заключается в принудительном доставлении лица к дознавателю, следователю или в суд.
При этом надо понимать, что генетическое исследование является не единственным доказательством по делу, но может играть решающую роль. Убедить лицо добровольно принять участие в проведении генетической экспертизы (исследовании образцов) -- задача следователя, и разрешается она в рамках кри-миналистической тактики проведения экспертиз. Важно дать правильную оценку балансу интересов и прав подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего с целями предварительного расследования. Как следствие, единая мера права в данной сфере не сформирована.
Несколько иной подход правоприменителя наблюдается в отрасли семейного права. Семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства, это одно из основных начал семейного законодательства РФ. Исходя из этого, в целях защиты детей в семейном праве существует институт установления отцовства, которое осуществляется судебными органами.
Суд принимает во внимание любые доказательства, с достоверностью подтверждающие происхождение ребенка от конкретного лица. При этом все возможные доказательства, такие как объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, а также заключения экспертов, формально равны. Однако единственным доказательством, которое позволяет установить отцовство с высокой степенью точности, является молекулярно-генетическая экспертиза (но стоит отметить, что она не имеет заранее установленной юридической силы и оценивается в совокупности с другими доказательствами).
Проблема получения сравнительных образцов остается, однако в случае если экспертизу провести невозможно либо лицо уклоняется от ее проведения, суд, учитывая все факторы, а также в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, вправе признать факт отцовства установленным либо опровер-гнутым. Данным правилом суды руководствуются в силу постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.05.2017 . В данном случае мера свободы ограничена в силу приоритетной защиты интересов детей. В целом приоритет защиты интересов детей установлен не только Семейным кодексом РФ, но и междуна-родными актами: Декларацией прав ребенка ООН 1959 г. и Конвенцией о правах ребенка ООН 1989 г.
Генетические исследования являются одним из интересных срезов междисциплинарного познания . Применительно к правовой плоскости они служат индикатором меры свободы научного творчества и форм его выражения как юридически значимого поведения. На современном этапе генетические исследования приобретают практическое значение и все больше начинают влиять на процесс правореализации. На современном этапе трансформация меры свободы исследователя генетических процессов и его поведения в профессиональной деятельности во многом сопряжены с потребностями правоприменительной практики.
БИБЛИОГРАФИЯ
1. Вавилов Ю. Н. В долгом поиске. Книга о братьях Николае и Сергее Вавиловых. -- М. : ФИАН, 2008. -- 368 с.
2. История развития генетики в России // URL: http://biofile.ru/chel/847.html (дата обращения: 10.02.2019).
3. Лакеев А. Е. Проблемы законодательного закрепления порядка проведения неклинических биомедицинских исследований в Российской Федерации // Биомедицинское право в России и за рубежом. -- М. : Проспект, 2019. -- С. 69--86.
4. Лобашев М. Е. Генетика. -- Л. : Изд-во Ленингр. ун-та., 1967. -- 752 с.
5. О положении в биологической науке : стенографический отчет сессии Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В. И. Ленина // Сессия ВАСХНИЛ-1948. О положении в биологической науке. ики http://lib.ru/ DIALEKTIKA/washniil.txt (дата обращения: 10.02.2019).
6. Полищук А. М. Медицинская генетика в России // Химия и жизнь. -- 2010. -- № 2.
7. Фандо Р А. Становление генетики человека в СССР в первой половине ХХ в.: теоретические и социокультурные аспекты : автореф. дис. ... д-ра биол. наук / РАН, Институт истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова. -- М., 2011. -- 50 с.
8. Фандо Р А. Становление генетики человека в СССР в первой половине ХХ в.: теоретические и социокультурные аспекты : дис. ... д-ра биол. наук / РАН, Институт истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова. -- М., 2011. -- 512 с.
9. Zakharova M. V., Voronin M. V. Measure of Freedom in the Context of Legal Regulation of Genomic Research: Foreign Experience // Revista Dilemas contemporaneos: Educacion, Polttica y Valores. Year VI. Special Edition. December 2018. URL: https://dilemascontemporaneoseducacionpoliticayvalores.com/_ files/200004128c6b43c7b2e/EE%2018.12.16%20Medida%20de%20libertad%20
en%20el%20contexto%20de%20la%20regulaci%C3%B3n%20legal%20de pdf
(accessed: 12.02.2019).