В таком случае, казалось бы, имеет смысл отнести анализируемые фразеологизмы к «правой» периферии - сектору пересечения ЛСП представления (ЛСК воображения) и ЛСП интеллектуальной деятельности. Этому способствует употребление в лексикографическом толковании значения данных фразеологических единиц существительных мысль и идея.
Второе значение номинатива мысль («2. То, что явилось в результате размышления, идея» [Там же, с. 372]) объясняется посредством имён размышление («1. см. размышлять. 2. Дума, мысль»: размышлять - «Углубляться мыслью во что-н.» [Там же, с. 648]; дума - «1. Мысль, размышление» [Там же, с. 185]) и идея («1. Сложное понятие, представление, отражающее обобщение опыта и выражающее отношение к действительности. 3. Мысленный образ чего-н., понятие о чём-н. (книжн.). 4. Мысль, намерение, план» [Там же, с. 236]).
Если девербатив размышление, на наш взгляд, не раскрывает когнитивной сущности мысли, то полисемант идея указывает на её синкретизм - совмещение в ней наглядно-чувственного и понятийного компонентов. И этот синкретизм прослеживается в значениях всех существительных, вербализующих в совокупности семантику номинатива идея: понятие («1. Логически оформленная общая мысль о классе предметов, явлений; идея чего-н. 2. Представление, сведения о чём-н.» [Там же, с. 559]), представление («1. см. представить, представиться. 4. Воспроизведение в сознании ранее пережитых восприятий (спец.)»: представить - «6. Воспроизвести в мыслях, вообразить»; представиться - «3. Явиться в мысли, в воображении» [Там же, с. 580]), образ («3. Живое, наглядное представление о ком-чём-н.» [Там же, с. 433]), намерение («Предположение сделать что-н., желание, замысел» [Там же, с. 386]: предположение - «1. Догадка, предварительное соображение. 2. Предварительный план, намерение» [Там же, с. 581]; догадка - «1. Предположение о вероятности, возможности чего-н.» [Там же, с. 170]; вероятность - «2. Возможность исполнимости, осуществимости чего-н.» [Там же, с. 79]; возможность - «1. см. возможный» - «1. Такой, который может произойти, мыслимый, осуществимый, допустимый» [Там же, с. 96]; соображение - «1. Сопоставление в уме, взвешивание (во 2 знач.) (устар.). 2. Ясное понимание, способность соображать (разг.). 3. Мысль, продуманное предложение» [Там же, с. 745]; понимание - «2. Способность осмыслять, постигать содержание, смысл, значение чего-н.” [Там же, с. 559]; замысел - «1. Задуманный план действий, деятельности, намерение» [Там же, с. 215]), план («3. Предположение, предусматривающее ход, осуществление чего-н.» [Там же, с. 521]).
Учитывая тот факт, что в философии идея - это «в собственном смысле слова зрительный образ, наглядный образ» [12, с. 170], можно утверждать: сема «Идея» в значении субстантива мысль проявляет наглядночувственный характер мысли.
Однако же, несмотря на синкретизм семантики имён мысль и идея, используемых в лексикографическом толковании значения фразеологизмов взбредать (ударять), взбрести (ударить, стукнуть) в голову (в башку) и взбредать (взбрести) на ум, «прикрепить» последние к «правой» периферии мы не можем, поскольку всё-таки есть приведённый нами ранее пример реализации данными фразеологическими единицами семантики воспоминания.
Если же говорить о включении рассматриваемых фразеологизмов в некий сегмент пересечения, то в самом широком смысле: в зону пересечения ЛСП восприятия (1) [1] и ЛСП интеллектуальной деятельности (3). В этой зоне пересечения и находится ЛСП представления (2), поскольку сама когнитивная категория является переходным звеном от восприятия к понятию, объединяя в систему чувственные и абстрактные формы отражения действительности в сознании человека [4].
Итак, мы рассматриваем тождественные по значению фразеологизмы взбредать (ударять), взбрести (ударить, стукнуть) в голову (в башку) и взбредать (взбрести) на ум как экспоненты ЛСП представления, поскольку в художественной прозаической речи они преимущественно реализуют весьма актуальную для носителей русского языка семантику представления - воспоминания/воображения.
При этом данные фразеологические единицы характеризуются уникальной подвижностью в рамках указанного ЛСП и не могут быть отнесены к какому-то одному его сектору. Анализируемые фразеологизмы способны выражать и общее, нейтральное значение представления, т.е. тяготеть к ядерной и околоядерной зоне (этому способствует использование в их лексикографическом описании бытийных глаголов появляться и возникать), и частные значения воспоминания и воображения, демонстрируя коммуникативно обусловленную принадлежность к соответствующим ЛСК.
Кроме того, экспоненты взбредать (ударять), взбрести (ударить, стукнуть) в голову (в башку) и взбредать (взбрести) на ум обнаруживают свою «сопричастность» с ЛСП восприятия и ЛСП интеллектуальной деятельности. И если связь с первым осознаётся только ассоциативно, через выявление сем тактильного и слухового восприятия в лексических значениях некоторых слов (ударить, стукнуть), условно «вырванных» из состава фразеологизмов, то связь со вторым очевидна и опосредована употреблением в толковании фразеологического значения лексических единиц (мысль, идея), совмещающих в своей семантике наглядночувственный и понятийный компоненты. Поэтому при невозможности рассмотрения названных фразеологизмов в зоне пересечения с ЛСП восприятия это вполне правомерно по отношению к «правой» периферии - сектору пересечения с ЛСП интеллектуальной деятельности. Последнее подчёркивает особенное притяжение данных фразеологических единиц к ЛСП интеллектуальной деятельности, что доказывается также их функционированием в художественной прозе в качестве семантических эквивалентов глагола думать.
Такое свободное «поведение» фразеологизмов взбредать (ударять), взбрести (ударить, стукнуть) в голову (в башку) и взбредать (взбрести) на ум в рамках ЛСП представления мотивируется их полисемантичностью, фундируемой, в свою очередь, полисемантичностью соответствующей когнитивной категории.
Подобные синкретичные единицы являются предметом специальных исследований в рамках структурно-семантического направления в современной русистике [2]. Следуя его основным постулатам - вниманию к проблемам взаимодействия языка и мышления, многоаспектности изучения языковых/речевых фактов и учёту явлений синхронной переходности в системе языка, - мы квалифицируем категорию представления как структурно-семантическую [4], поскольку богатые когнитивные смыслы передаются средствами практически всех уровней русского языка, и прежде всего лексико-фразеологического [5; 6].
Список литературы
1. Авдевнина О. Ю. Перцептивная семантика: закономерности формирования и потенциал художественной реализации: монография. Саратов: Изд-во Саратовского ун-та, 2013. 340 с.
2. Бабайцева В. В. Структурно-семантическое направление в современной русистике // Бабайцева В. В. Избранное. 2005-2010: сб. науч. и науч.-методич. ст. М. - Ставрополь: Изд-во СГУ, 2010. С. 61-73.
3. Голайденко Л. Н. Глаголы быть, бывать как лексико-морфологические средства выражения семантики представления в художественной прозаической речи // Вестник Челябинского гос. пед. ун-та. Челябинск: ЧГПУ, 2015. № 4. С. 74-86.
4. Голайденко Л. Н. Категория представления как структурно-семантическая (на материале художественной прозы) // Вестник Томского гос. пед. ун-та. Томск: ТГПУ, 2013. № 3 (131). С. 140-145.
5. Голайденко Л. Н. Лексика со значением представления в современном русском языке (на материале художественной прозы): монография. Уфа: Изд-во БГПУ, 2013. 142 с.
6. Голайденко Л. Н. Лексико-фразеологические средства выражения семантики представления в современном русском языке (на материале художественной прозы): монография. Уфа: Издательство БГПУ, 2012. 72 с.
7. Голайденко Л. Н. ЛСП представления в современном русском языке: ядро, лексико-семантический класс воображения и периферия (на материале художественной прозы) // Гуманитарные науки: вопросы и тенденции развития: сб. науч. тр. по итогам междунар. науч.-практ. конф. (10 ноября 2015 г.). Красноярск: ИЦРОН, 2015. Вып. 2. С. 34-44.
8. Голайденко Л. Н. ЛСП представления в современном русском языке: ядро, лексико-семантический класс воспоминания и периферия (на материале художественной прозы) // Филологические науки. Вопросы теории и практики. № 10 (52): в 2-х ч. Тамбов: Грамота, 2015. Ч. 2. С. 64-71.
9. Голайденко Л. Н. Фразеологизмы-экспоненты ЛСП представления: ядра, ЛСК воспоминания и периферии (на материале художественной прозаической речи) // Актуальные вопросы современных гуманитарных наук: сб. науч. тр. по итогам междунар. науч.-практ. конф. (10 марта 2016 г.). Екатеринбург: ИЦРОН, 2016. Вып. 3. С. 52-64.
10. Жуков В. П., Сидоренко М. И., Шкляров В. Т. Словарь фразеологических синонимов русского языка. М.: Рус. яз., 1987. 448 с.
11. Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений / Институт русского языка им. В. В. Виноградова РАН. Изд-е 4-е, доп. М.: ООО «ИТИ Технологии», 2008. 944 с.
12. Философский энциклопедический словарь / ред.-сост. Е. Ф. Губский, Г. В. Кораблёва, В. А. Лутченко. М.: ИНФРА-М, 2006. 576 с.
13. Фразеологический словарь русского литературного языка конца XVIII-XX вв.: в 2-х т. / под ред. А. И. Фёдорова. Новосибирск: Наука, 1991. Т. 1. А - Н. 340 с.
14. Фразеологический словарь русского литературного языка конца XVIII-XX вв.: в 2-х т. / под ред. А. И. Фёдорова. Новосибирск: Наука, 1991. Т. 2. О - Я. 274 с.
15. Фразеологический словарь русского языка / под ред. А. И. Молоткова. Изд-е 3-е, стереотип. М.: Русский язык, 1978. 543 с.
16. http://book-online.com.ua/read.php?book=3407&page=5 (дата обращения: 25.04.2016).
17. http://knizhnik.org/jurij-nevskij/zheleznye-igrushki-magnitnyj-potolok/24 (дата обращения: 25.04.2016).
18. http://lib.ru/RUSSLIT/AWERCHENKO/rasskazy.txt_with-big-pictures.html#21 (дата обращения: 25.04.2016).
19. http://m.tululu.org/bread_9331_197.xhtml (дата обращения: 25.04.2016).
20. http://tarranova.lib.ru/authors/t/truskin/silafrag.txt (дата обращения: 25.04.2016).
21. http://www.e-reading.club/bookreader.php/11805/Voiinovich_-_Zhizn%27_i_neobychaiinye_priklyucheniya_soldata_Ivana_ Chonkina._Lico_neprikosnovennoe.html (дата обращения: 25.04.2016).