Философский анализ сельского туризма
Туров Ростислав Сергеевич
В статье исследуется явление сельского туризма с позиций его ключевых, базовых характеристик. Показано место сельского туризма в контексте новой экономики, где над рациональным выбором превалируют эмоции. Характеризуется степень разработанности философских проблем туризма в целом и сельского туризма в частности. На основании анализа теоретических исследований и нормативно-правовых актов субъектов федерации, регулирующих сферу государственной поддержки туризма, сделан вывод относительно понимания сельского туризма в качестве некоего эксплуатируемого экономического ресурса. Показана противоречивость такого понимания сельского туризма. Автор приходит к выводу о преобразующем характере сельского туризма и описывает направления данных преобразований.
Ключевые слова и фразы: туризм; сельский туризм; сельское хозяйство; постиндустриальная экономика; агротуризм; поддержка сельского туризма; сфера услуг; развитие территорий.
Общим местом в актуальных исследованиях хозяйствования является характеристика современной экономики как постиндустриальной. Признаком, одной из характерных черт постиндустриальной экономики (ввиду определенной противоречивости термина «постиндустриальная экономика» в дальнейшем будем употреблять понятие «новая экономика») заявляется рост сектора услуг в общем объеме национального и общемирового продукта и структуре экономики. Другим признаком новой экономики является автоматизация производства, что ведет к изменению структуры располагаемого времени - остается больше времени на досуг. Неравномерность экономического развития в различных странах вносит коррективы в выраженность признаков постиндустриальной экономики в каждом конкретном случае. Однако следует признать, что даже самые консервативные виды экономической деятельности (либо отрасли народного хозяйства) изменяются под влиянием новых глобальных тенденций. Очевидны изменения, которым подвергается сельское хозяйство (являющееся консервативным видом экономической деятельности), особенно когда речь заходит об эффективности обработки земель, повышении урожайности, выведении новых, более совершенных пород сельскохозяйственных животных. Однако новая экономика проявляется не только в этом.
При характеристике контуров будущего и особенностей организации функционирования экономики в новом обществе современные исследователи концентрируются на изучении потребителя: его желаний и намерений, так как в конечном итоге выбор делает он. Он уже не тот “Homo economicus”, каким его представляли экономисты классической школы, который действует эгоистично и рационально, соотнося выгоды и потери, принимает решения. Для современного потребителя важны эмоции и истории, которые ему «рассказывает» товар, о чем в книге «Общество мечты» написал скандинавский исследователь Рольф Йенсен: «Сегодняшнее общество характеризуется научностью и рационализмом, анализом и практицизмом, аналитики занимают высшие позиции, но наступил момент, когда на сцену возвращаются эмоции, истории и ценности. Термин “общество мечты” возник спонтанно. Рынок мечтаний постепенно перерастет рынок реальности, основанной на информации. Рынок чувств затмит рынок вещей» [3, с. 8]. Примечательно, что для иллюстрации этого постулата Йенсен приводит пример из сферы сельского хозяйства, а именно фермерских экологически чистых продуктов. Прогнозы, сделанные этим представителем Стокгольмской экономической школы в начале 2000-х годов, в полной мере реализовались за эти неполные два десятилетия: в какой-то стране раньше, а в какой-то - позднее (рынок органических продуктов в России). Значение впечатлений и эмоций в мире экономики, а в частности, процессов формирования спроса по достоинству было оценено научным сообществом: в 2017 году американский экономист Ричард Таллер получил Нобелевскую премию за вклад в развитие поведенческой экономики. Предметом исследования выступила ограниченная рациональность индивида, а также влияние эмоций на осуществление последним выбора (подробнее см. об этом в его совместном с бихевиористом Кассом Санстейном труде «Nudge: архитектура выбора» [15]).
Несмотря на кажущуюся революционность такого подхода, можно также сказать, что владельцы современного бизнеса, создавая и продавая «историю» компании, вкладываясь в бренд, воздействуя на эмоции потребителя, создают добавленную стоимость. Нюанс состоит в том, что её создание осуществляется за счет манипуляции даже не с нематериальными активами, а с еще более эфемерными явлениями - такими как образ, восприятие, впечатление. Манипуляция эта осуществляется за счет рекламы во всех её формах, иных мероприятий по поддержанию связи с потребителем. Современные сельскохозяйственные предприятия применяют не менее широкий спектр данных технологий, чем коммерческие организации, связанные с другими секторами экономики. Как представляется, создание добавленной стоимости сельскохозяйственного предприятия возможно за счет использования такого явления как сельскохозяйственный (аграрный) туризм.
Туризм также непосредственно связан с новой экономикой: его развитие и широкое распространение понимается как следствие взаимовлияния структуры изменения личного времени и роста объемной доли сферы услуг. Одной из его форм выступает сельский туризм, который ввиду своей сложности и важности для современной экономики нуждается в качественном философском осмыслении. Во многих научных работах, посвященных сельскому туризму, он рассматривается с точки зрения сферы услуг и комплексной отрасли, обеспечивающей развитие сельской территории. В качестве примеров подобного качественного исследования можно привести работы Е. Б. Казьминой [4], А. Б. Здорова [2]. Однако, как представляется, явление сельского туризма как системы необходимо осмыслить с точки зрения философии, выявляющей наиболее общие закономерности и обладающей надлежащим для решения этой исследовательской задачи инструментарием. Помимо своих аналитических возможностей, философия, в силу своего антропоцентрического характера, позволяет, во-первых, создать предпосылки для лучшего понимания мотивации участников хозяйственной и досуговой деятельности сельского туризма, понять, какой смысл в неё вкладывают её участники, во-вторых, позволяет рассматривать сельский туризм как возможность контакта двух разных ценностных систем и нахождения общего, понимания Другого. Следует отметить, что указанными выше познавательные возможности философии применительно к проблематике функционирования сельского туризма не ограничиваются, но для нас приоритетными являются именно они.
Из доступных исследований нам не удалось найти фундаментальных работ, посвященных философии сельского туризма. Можно упомянуть работу М. Г. Клевченкова, где автор утверждает, что «философские аспекты развития сельского туризма входят в сферу научных интересов профессорско-преподавательского состава некоторых кафедр туристского, экономико-управленческого и социально-гуманитарного профиля Санкт-Петербургского государственного университета сервиса и экономики» [5, с. 213]. Однако специфика приведенной формулировки не позволила выявить степень реализации этих интересов и оценить её результаты. Особая «деревенская философия» представлена как предмет сохранения и государственной политики Германии в сфере агротуризма - эта мысль множество раз встречается в специализированных статьях, сборниках конференций, посвященных проблеме агротуризма, как правило, без указания авторства и источника цитирования. Предполагаем, что впервые это положение появилось в 2003 году в докладе Н. С. Лащенко «Современная концепция функционирования агротуристического сектора: анализ существующего международного опыта агротуризма и возможность его применения в малых городах России» на семинаре «Изучение возможностей муниципальных образований в области эко- и агротуризма и знакомство с международным опытом». Текст самого доклада впервые в 2003 году был опубликован на сайте Межрегиональной ассоциации по социально-экономическому взаимодействию малых и средних городов России «Муниципальное Экономическое Развитие», доступ к которому сейчас возможен по ссылке интернет-проекта Internet Wayback Machine, архивирующего копии веб-страниц на определенную дату [6]. К сожалению, автор не раскрывает сущности «деревенской философии» и не оперирует этим концептом в дальнейшем. Первичные поиски в попытках сформулировать адекватный немецкоязычный термин также ни к чему не привели, что позволяет предполагать, что это авторский концепт Н. С. Лащенко, так и не получивший дальнейшей разработки.
В целом явление сельского туризма следует признать объективно существующим и потому подлежащим философской рефлексии, дефицит которой очевиден. Важно отметить, что если следовать соотношению общего и частного, то сельский туризм как отрасль экономики может пониматься двояко: как частное явление более общих понятий - либо сельского хозяйства, либо туризма. Философское же понимание предполагает понимание этого явления во всей его сложности, без привязки к конкретным отраслям, что позволяет нивелировать это противоречивое его положение.
Само по себе явление туризма изучается философами сравнительно подробно, в основном в рамках исследований культуры или социальных взаимодействий. Можно упомянуть диссертацию М. В. Соколовой, исследующей туризм как культурно-исторический феномен: она характеризует соотношение туризма и странствий, основных культурных функций туризма. Особенно следует отметить темпоральные и пространственные характеристики этого явления, выделенные автором: объективное и субъективное измерения пространства и времени в туризме как форме движения [13]. Также интерес представляют исследования, в которых туризм рассматривается в аспектах межкультурной коммуникации. К примеру, С. Н. Сычанина полагает, что в основе туризма как социального феномена «лежит пространственно-временная локализация индивида в рамках бинарной оппозиции “свой/чужой”, позволяющей выбирать модель поведения человека в инаковой социокультурной среде применительно к детерминантам, обусловленным целым рядом факторов, в том числе социализацией, включенностью в социально-коммуникативные сети, принадлежностью к тому или иному типу культуры» [14, с. 7]. Однако исследователи рассматривают туризм как общее явление, не выделяя частных его признаков и потенциала, которым обладает тот или иной вид туризма, в частности сельский туризм.
Философская методология определения понятия предполагает выявление его основных признаков. При определении видов и форм туризма, разделении одного сложного объекта на более простые множества целесообразно обратиться к профильным исследованиям и нормативно-правовой базе Российской Федерации. В 2017 году в издательстве Российского университета сервиса и туризма - ведущего научного учреждения России, занимающегося проблематикой туризма, - увидела свет монография «Энциклопедия туризма». Авторский коллектив данного труда разработал собственную классификацию видов туризма в зависимости от аттракции - некоего явления, вызывающего интерес со стороны туризма. Сельский туризм относится авторами к разновидности, основанной на организации-аттракции, и, в свою очередь, также разделяется на следующие подвиды туризма, сгруппированные по тому, что является конкретной аттракцией: сельский туризм философский
- использование результатов сельскохозяйственного производства (гастрономический туризм; туризм, предполагающий участие в сельскохозяйственном производстве);
– ресурсы и инфраструктура сельской местности (усадебный, рекреационный сельский туризм, краеведческий и этнографический туризм);
– промысловая деятельность (охота, рыбалка, собирательство в сельской местности) [17, с. 249].
Родственным данному подходу выступает отраженный в государственном стандарте «Услуги малых средств размещения. Сельские гостевые дома. Общие требования» подход к определению сельского туризма: сельский туризм определяется как «деятельность по организации отдыха в сельской местности или в малых городах (при отсутствии промышленных зон и многоэтажной застройки) с предоставлением услуг гостеприимства в частном секторе, ориентированная на использование природных, культурно-исторических и других ресурсов, традиционных для данной местности» [1, с. 1]. Общим для этих двух подходов выступает возможность эксплуатации некоего ресурса, характерного для данной сельской местности, как основы и предпосылки для организации туристической деятельности. Турист этим ресурсом пользуется в рекреационных целях, владелец ресурса извлекает прибыль. Закреплению такого понимания сельского туризма способствует раскрытие термина «сельский туризм» во взаимосвязи с ресурсами в региональном законодательстве России. Власти субъектов федерации заинтересованы в развитии туризма, создании нормативноправовой базы государственной поддержки и функционирования этой отрасли экономики. В свою очередь, отсутствие в федеральном законодательстве термина «сельский туризм» вынуждает для корректного применения законодательства вводить собственные определения в региональных законах о поддержке туризма. Об использовании ресурсов сельской местности в определении сельского туризма говорится, в частности, в законах Владимирской области [12], Краснодарского края [10], Московской области [7]. В прочих случаях региональный законодатель, указывая на сущность сельского туризма, определяет его, прежде всего, как осуществление поездок, отдых. Возможность принятия участия в деятельности сельскохозяйственного предприятия указывается в региональном законодательстве Воронежской [8], Тамбовской областей [11]. Возможность ознакомления с «особенностями жизни, культурно-историческими традициями сельской местности, местной культурой и обычаями» заявляется целью сельского туризма в Тамбовской области, «со спецификой (с особенностями) местного сельскохозяйственного природопользования, традиционным деревенским бытом» - в Калининградской области [9].
Следует согласиться, что туризм в целом как явление современной жизни выступает способом освоения пространства и времени. По оценкам ООН, сейчас больше половины жителей Земли проживают в городах, и эта пропорция будет только возрастать в ближайшее время. Повседневная жизнь среднего городского человека структурируется в контексте перемещений «работа - дом» и организацией времени в соответствии с рабочим графиком и чередованием выходных. Все прочее пространство и время остается для городского человека отчужденным, и только часы досуга, свободного времени дают возможность на его обратное присвоение. Способом такого присвоения становится туризм в целом и сельский туризм в частности как потенциально наиболее осуществимая и доступная (за счет близости объектов туристической аттракции) разновидность туризма. Поездка за пределы стандартных ежедневных маршрутов способствует изменению территориального поведения. Более того, у современного горожанина есть потребность периодического изменения территориального поведения, о чем пишет О. М. Ушакова: «…современный город по ряду параметров на самом деле напоминает зоопарк - жить есть где, тепло, еда в изобилии - но очень тесно. Значительная часть горожан живет в крайне тесных квартирах, к тому же в многоэтажных домах - нет чувства обладания землей, на которой стоит дом. Удовлетворение инстинкта обладания большой территорией горожанин осуществляет за счет постоянных перемещений по городу на индивидуальном транспорте. Но территория города (“индустриальный пейзаж”) сильно отличается от естественной, предположительно записанной в генетической программе» [16, с. 134]. Помимо изменения пространственного поведения при туристических поездках меняется и рутинное расписание: вместо чередования времени, проводимого на работе, со временем, проводимым вне её, возникает совершенно иная картина распределения времени, зависящая от планирования туристической поездки. Сельский туризм, предполагающий ознакомление с деятельностью сельскохозяйственных предприятий и сельским бытом, позволяет горожанину сравнить организацию своего времени со временем сельских жителей.