В 1929 г. выборы ректоров, деканов были заменены их назначением сверху, что означало полную ликвидацию самоуправления в учреждениях высшего профессионального образования. Технические образовательные учреждения стали изыматься из ведения Наркомпроса и передаваться в ведение ВСНХ и отраслевых наркоматов. В 1932 г. был образован Всесоюзный комитет по высшему техническому образованию, который (при сохранении за ведомствами непосредственного руководства учреждениями высшего профессионального образования) осуществлял контроль над организацией учебно-воспитательной работы, качеством подготовки специалистов по техническим дисциплинам, утверждал учебные планы, программы и методы преподавания. При комитете существовал постоянно действующий высший учебно-методический совет (ВУМС) из крупных ученых и специалистов, решавший все вопросы программно-методического обеспечения. В 1935 г. был создан Всесоюзный комитет по делам высшей школы (ВКВШ), в ведение которого передавались все учреждения высшего профессионального образования, независимо от ведомственного подчинения, за исключением военных и связанных с искусством. Позже деятельность ВКВШ была распространена на все учреждения высшего профессионального образования.
В то же время постепенно приходило понимание невозможности регулирования всех аспектов образования только (и главным образом) государственными инстанциями. Например, до 1936 г. численность профессорско-преподавательского состава определялась на основе ежегодных расчетов Наркомпроса учебной нагрузки учреждений высшего профессионального образования и нормативов учебной нагрузки на преподавательскую должность на базе предоставляемого самими учреждениями сводного расчета на следующий учебный год. Однако в связи с ростом числа учреждений высшего профессионального образования в начале 30-х годов объем работы министерства по расчету штатов значительно увеличился, что привело к изменению методики расчета численности преподавателей: для расчета использовался среднегодовой приведенный контингент студентов по каждой форме обучения и фактически сложившееся на 1 января 1936 г. соотношение числа студентов и преподавателей в каждом учреждении высшего профессионального образования. Учреждениям высшего профессионального образования было рекомендовано самостоятельно устанавливать эти нормативы на основе расчета учебной нагрузки по утвержденным министерством нормам и выделенного учреждению штата профессорско-преподавательского состава. В конце 80-х годов произошло расширение самостоятельности учреждений высшего профессионального образования по организации, содержанию и структуре подготовки специалистов, что, в свою очередь, вызвало рост учебной нагрузки и трудозатрат. В этих условиях министерство уменьшило число видов работы, подлежащих нормированию, а самим нормам времени был придан рекомендательный характер. Конкретные нормативы каждое учреждение высшего профессионального образования устанавливало самостоятельно, чтобы обеспечить выполнение всего объема учебной работы выделенным ему штатом.
Пик расцвета высшей школы в СССР пришелся на 50-60-е годы, когда страна занимала одно из ведущих мест в мире по числу студентов на 10 тыс. жителей и по качеству подготовки специалистов в области математики, естественных наук и техники, что в значительной степени было определено хорошим финансированием образования (в 1950 г. СССР тратил 10% национального дохода на образование). В 1953 г. в СССР было 890 учреждений высшего профессионального образования, в которых обучались 1,527 млн. человек. С 1953 г. число этих учреждений в стране почти не изменялось (в 1988 г. -- 898), а число студентов стабильно росло до середины 80-х годов, достигнув в 1984 г. 5,280 млн. человек, а затем стало постепенно снижаться (1988/89 учебный год -- 4,999 млн.). По данным ЮНЕСКО, к концу 80-х годов СССР занимал только 39-е место в мире по числу студентов на 10 тыс. жителей. Выраженной также была проблема деформированности подготовки специалистов различных специальностей, сопровождаемая игнорированием гуманитарных основ образования. Среди многих причин такого неудовлетворительного положения можно выявить следующие:
а) недостаточное бюджетное финансирование (в 1988 г. финансирование образования составило 7% национального дохода) при отсутствии возможностей зарабатывать или привлекать средства из других источников, а следовательно, слабая материально-техническая база учреждений высшего профессионального образования;
б) низкий уровень и неэффективное использование технических средств, автоматизированных и компьютерных систем обучения;
в) слабый общественный и государственный контроль над качеством подготовки специалистов при отсутствии рынка образовательных услуг, который мог бы заставить сами учреждения высшего профессионального образования активнее бороться за престиж своих дипломов и качество подготовки специалистов;
г) отсутствие эффективной системы мониторинга качества образования;
д) ведомственная разобщенность, межведомственные барьеры между учреждениями высшего профессионального образования, научными учреждениями Академии наук и производственными предприятиями. Однако, необходимо выделить и ряд достижений высшей школы советского периода: высокие темпы ликвидации неграмотности, многократное увеличение числа и расширение дисциплинарного спектра учебных заведений высшей школы. Стремительная индустриализация, при всех ее издержках, обеспечила широкую и универсальную по составу техническую базу. Расширение сети академических научных учреждений, создание отраслевой науки наряду с ростом числа учреждений высшего профессионального образования -- все это в конечном счете сформировало научно-технический потенциал, который своими масштабами был сопоставим с потенциалом других развитых государств мира, а по некоторым критериям и превосходил его. В СССР в целом была разрешена проблема предоставления бесплатного образования на всех уровнях, в результате чего социальная база науки стала несравненно шире, чем в дореволюционной России. Система образования являлась организационно однородной.
В силу всеобъемлющего характера государственной власти и приоритета государственных интересов на протяжении всей советской эпохи высшее образование регулировалось нормами и методом советского административного права, которое в 30-40-е годы XX в. приобрело значение общей теории советского государственного управления. Таким образом, в этот исторический период, как и в предыдущий, государственное управление фактически превалировало над внутривузовским.
В то же время многими исследователями признавалось особая область административно-правовых отношений, сформировавшихся без участия органа государственной власти. Эти отношения возникают «не в процессе осуществления государственной власти»; они складываются между гражданами и социально-культурными учреждениями как «равноправными» субъектами. Одновременно они обладают признаками административно-правовых отношений, так как носят государственный, официальный характер, являются средством реализации особых государственных функций.
Однако подобное было применимо только к «педагогическим отношениям», которые, несмотря на то, что возникают «на основе административно-правовых норм... не имеют управленческого характера... их существование возможно без участия органов управления».
Следует заметить, что «специфика правоотношений в области народного образования хотя и отмечалась советскими исследователями, но не была системно осмыслена и изучена. Это в значительной степени объясняется тем, что присущие им особенности не могли отчетливо проявиться, поскольку ни на практике, ни в советском праве не были реализованы принципы приоритета прав человека и свободы образования. Изучение «правоотношений по народному образованию» в рамках административно-правового поля позволяло лишь констатировать наличие особенностей данных правоотношений как разновидности «административно-правовых отношений горизонтального типа».
Что касается теории непосредственного (внутривузовского) управления, то публикации по этой проблеме начинают появляться с 20-х годов XX в., так как наметилась тенденция к созданию тесной связи практики и науки. В это время развиваются первые научные подходы к управлению, которые явились оформлением успешной управленческой практики. Руководящими в этой области стали идеи и принципы инженерии. Базовым методом социальной инженерии стал экспериментальный, который начал повсеместно применяться в образовательной сфере.
В 1920 г. в Москве создается Центральный институт организаторов народного образования, который явился первым в мире научно-исследовательским и учебным центром, занимающимся вопросами управления образованием. Создаются опытно-показательные школы и методические кабинеты, которые являются «перенесением в социальную область тех же экспериментально-абораторных методов, которыми располагает и которыми сильна инженерия техническая». Однако с 1925 г. разработки в области управления были свернуты, а затем полностью прекращены. Только с 60-х годов XX в. вновь начинают анализироваться различные подходы, их приемлемость к управлению учреждениями высшего профессионального образования, была реабилитирована кибернетика, достижения которой успешно применялись за рубежом.
«Первоначально в отечественных публикациях затрагивались только вопросы управления процессом образования (обучения, воспитания, или формирования личности). Это объясняется отчасти тем, что вышедшая из-под запрета кибернетика, ставшая модой в научных кругах, наиболее успешно применялась для решения проблем оптимального управления именно процессами. С другой стороны, существовавшая тогда командно-административная централизованная система государственного управления (образованием, в частности), когда государство, по сути, было единственным субъектом управления образованием, реальное наличие других субъектов не предусматривала, и только там, где государство не могло принимать непосредственное участие -- в процессе образования, обучения, воспитания, - имелась возможность (это даже поощрялось) говорить об управлении.»
управление учреждение профессиональный образование