128
Альманах современной науки и образования
ЭТАПЫ ИННОВАЦИОННОЙ РЕВОЛЮЦИИ И ВЫСШАЯ ШКОЛА
Николаев К.В.
Соответственно аморальные свойства «героя» приятной наружности могут восприниматься как положительные, достойные подражания, тогда как высоконравственные черты не вызывающей симпатии личности легко отторгаются [Зосимовский 1998: 75]. К тому же, идеал младших подростков характеризуется еще и тем, что многие школьники находят наиболее привлекательные для себя образцы среди сверстников, которые могут олицетворять собой как положительные, так и отрицательные стороны личности. По сравнению с взрослыми ровесник оценивается подростками как образец, который ближе, понятнее, доступнее. Подростки объясняют это преимущественным общением со сверстниками, совместной деятельностью, осознанием своего сходства с ним, большей легкостью познания сверстника и себя в сравнении с ним. В силу равенства возможностей подросток осознает доступность для себя достижений сверстника. Ошибки сверстника помогают подростку скорректировать собственные действия, избежать просчетов. Преимущественное равнение на сверстника определяется не только тем, что товарищ ближе и понятнее, но и тем, что он может помочь советом и делом.
Таким образом, закономерностью содержания нравственного идеала младшего подростка является наличие в его структуре образов положительных, личностно значимых для него лиц из микро- и макросред, в которых персонифицируются известные нравственные ценности. Эти структурные образования являются эталонами анализа и оценки учащимися окружающих людей, их поступков, действий и решений, а также критерием своего собственного поведения.
Изменения, произошедшие со времени окончания «холодной войны», сложно сравнить с переменами, наблюдаемыми в предыдущий период. Эти перемены свидетельствуют о том, что мир вступил в инновационную стадию развития, когда благодаря постоянно усиливающейся взаимозависимости развития самых разных, порой весьма отдаленных друг от друга областей жизнедеятельности создаются условия для постоянного экспериментального обучения и появления на основе освоения новых знаний столь же новых продуктов. Они, в свою очередь, применяясь на практике, формируют базу для образования новых знаний.
Протоинновационный этап развития развернулся еще в годы «холодной войны». Он начался в самом конце 70-х гг. и охватил почти все следующее десятилетие. Благодаря новым информационным технологиям огромные электронно-вычислительные машины (ЭВМ) были заменены миниатюрным персональным компьютером. Буд-то, пародируя классическую форму научного прорыва, очередное яблоко на этот раз в виде продукции Apple Computer изменило базисные основы взаимодействия человечества и окружающей его действительности. Говоря о создании условий для инновационного прорыва, следует напомнить, что Apple заняла исключительные позиции в высших учебных заведениях, правительственных организациях, в издательском деле и дизайне.
Возник уникальный инновационный кластер, получивший название Кремниевой долины - Silicon Valley [Карлтон 2001]. Появление этого кластера обязано близкому расположению ведущих университетов, крупных городов, источников финансирования новых компаний. Уже тогда обнаружились принципиальные отличия между инновациями и операциями, которые, по сути, представляют собой отработанный процесс, управляемый на основе имеющихся знаний. Если операции создают ценность настоящего, то инновации закладывают возможности для будущих ценностей. Поэтому управление инновациями решительным образом отличается от управления операциями. Оно потребовало лидеров нового типа, которые сочетали бы качества изобретателя и предпринимателя, были способны не только совершить революцию на рынке, но и быстро повести за собой остальных. Таких лидеров надо было вырастить. И лучшей среды для этого роста, чем в вузах было не найти.
Старт инновационному процессу был дан на Западе. Но это не означало, что в странах Центральной и Восточной Европы или СССР отсутствовал инновационный потенциал. Он был скрыт в вузовских аудиториях, лабораториях, студенческих экспериментальных предприятиях. Тип инноватора, который формировался внутри академической системы бывших социалистических стран можно было классифицировать, как «инноватор - изобретатель». Инновационный капитал там переживал латентный период своего развития, продолжительность которого зависела от модальности и интенсивности внутренних и внешних раздражителей, от готовности носителей этого потенциала к быстрой и неожиданной реакции. Внутренними раздражителями выступала политика правящих марксистско-ленинских партий и ведомых ими союзов молодежи в отношении высшей школы. Она направлялась на социальное регулирование состава студенчества, идеологизацию обучения, ориентацию его на стремительно устаревающие производственные потребности. Внешние раздражители приходили с новыми информационными потоками, которые смывали тонкий слой легитимности сложившейся системы управления, прорывали протоки в различных «стенах» и «занавесях».
Вторая инновационная волна накрыла мир в самом конце 80-х гг. На Западе она способствовала развитию типа «инноватор - предприниматель». Компании вынуждены были бороться с агрессивными поглощениями и проводить инновационную реорганизацию. В Западной Европе сказывались результаты приватизации государственных предприятий. Рынок требовал неожиданных решений и выпуска продуктов, которые могли отразить изменяющийся спрос. Одноразовый мир, представленный в виде шариковых ручек, чайных пакетиков, бритвенных станков и т.д., символизировал мгновенность трансформаций этой эпохи.
Точно такая же быстрота наблюдалась и в переменах в более сложных системах, чем организация быта. Скорость студенческой реакции на схождение в пиковых точках внутренних и внешних раздражителей в бывшей ГДР, Болгарии, Чехословакии в ноябре 1989 г. вызывала недоумение у наблюдателей и исследователей. Она определялась не только повышенной интенсивность этих раздражителей, но и мобильностью самой студенческой молодежи. Именно поэтому «бархатные революции» в этих странах в полной мере заслуживают определения по своей специфической инновационной движущей силе как «студенческие революции» [Вознесенская 1992]. Они заложили потенциал не только внутреннего развития стран региона, его достаточно успешных (если судить не по ходу, а по результату) постсоциалистических преобразований, а и условия для подъема следующей инновационной волны 90-х гг. в глобальном масштабе.
Инновационная волна 90-х гг., прежде всего, определялась новыми возможностями, обеспечиваемыми Интернетом. Стало возможным апробировать принципиально новые бизнес-модели на более широком пространстве. Новые идеи, возникшие на гребне этой волны, можно было из одной сферы инноваций переносить в другую, в том числе, в геополитическую. Также как крупные компании поняли выгоду от передачи научных исследований на аутсорсинг и сотрудничества с более мелкими компаниями, так и крупные государства поняли преимущества инновационной кооперации. Здесь можно привести пример Бангалора, как передового инновационного кластера. Однако в результате мы получаем мировую конфигурацию, в которой новые индустриальные страны занимают все более ответственное место с точки зрения дальнейшего инновационного процесса. университет инноваторство академический образовательный
Предыдущие этапы инноваций позволяют выявить несколько общих закономерностей и уроков, приемлемых и для других областей. Нельзя распылять инновационный потенциал только на те проекты, где незамедлителен результат. И точно также мы не можем оценить полученный результат лишь по тем показателям, которые уже имеем. Эти ошибки указывают на их общую природу, лежащую в существенной недооценке не просто человеческого фактора, а интеллектуального капитала. В инновационных условиях он успешно реализуется при учете факторов коммуникабельности и сотрудничества. А культура инноваций развивается только на открытом дискуссионном пространстве.
В этой связи следует рассматривать возможности, которые открывает перед высшей школой Болонский процесс [Болонский процесс: проблемы и перспективы 2006]. Это - процесс сближения и гармонизации систем образования европейских стран с целью создания единого европейского пространства высшего образования. Его старт приходится на середину 70-х годов, что совпадает с началом протоинновационной волны. Тогда Совет министров Европейских Сообществ принял Резолюцию о первой программе сотрудничества в сфере образования. Но официальной датой начала Болонского процесса является 19 июня 1999 г., когда в Болонье на специальной конференции министры образования 29 европейских стран Болонскую декларацию о создании «зоны европейского высшего образования». Россия присоединилась к Болонскому процессу в сентябре 2003 г. на Берлинской встрече министров образования европейских стран. Сейчас процесс объединяет 46 стран. Предполагается, что основные цели Болонского процесса должны быть достигнуты к 2010 г. Вместе с тем преподаватели, в частности Санкт-Галенского университета (Швейцария), первым перешедшим на новую систему, стали замечать, что стандартизация учебы и введение системы зачетных баллов ECTS (European Credit Transfer System) негативно отразились на образовательном процессе особенно по гуманитарным специальностям. Реализация положений Болонской декларации встречает сложности и в других странах. Немало критиков Болонского процесса в России. И все же следует признать, что без него подготовка инновационного класса если не невозможна, то крайне затруднительна. Болонский процесс создает новый механизм оценки знаний, а инновации не могут адекватно рассматриваться в системе прежних ценностей. Также этот процесс способствует интенсификации студенческих обменов. Он открывает новые рамки для того, чтобы вузы конкурировали на более широком рынке.
Издержки возникают в процессе развития в любой области. Чем сложнее сфера преобразований, тем труднее оценить их истинный ущерб. А высшая школа - сложная система. Ее сложность определяется уже тем, что она создает условия для инноваций, поскольку инновации - это идеи, работающие на будущее, а студенты - это люди, обучающиеся для будущего. Это подтверждается и историей инновационного развития, тесно связанного с высшей школой, и реализованной творческой активностью студентов вузов стран Центральной и Восточной Европы, которая, привела к кардинальным изменениям в геополитической картине мира, но также заложила основы для формирования нового инновационного пространства.
Список литературы
1. Болонский процесс: проблемы и перспективы / Под ред. М. М. Лебедевой. - М.: «Оргсерсис-2000», 2006.
2. Вознесенская Л. О. Истоки протеста (положение, психология и поведение студенчества стран Восточной Европы): Монография. - Майкоп: Адыгейское книжное издательство, 1992.
3. Карлтон Дж. Apple. Взгляд изнутри. История интриг, ошибок и эгоизма. - М.: Лори, Random House, 2001.