Центр гуманитарных проблем Баренц региона - филиал Федерального государственного бюджетного учреждения науки Федеральный исследовательский центр «Кольский научный центр Российской академии наук»
«Древнейшие верования» кольских саамов в работах советских этнографов В.В. Чарнолуского и Н.Н. Волкова
Олег Алимханович Зайцев
аспирант
В статье рассматривается проблема интерпретации этнографических фактов и влияющих на нее факторов. Исследование обусловлено актуальностью дискуссионных вопросов современной антропологии, связанных, во-первых, с языком описания того, что принято называть «религиозными верованиями», «религиозными представлениями», «религией», во-вторых, с методами полевой этнографии, изучающей данный предмет. Эти вопросы существовали и на этапе становления российско-советской этнографической науки. Цель исследования - выявление общего и специфического в описаниях и интерпретациях религиозных представлений кольских саамов учеными одного времени и одной социальной формации. Рассматриваются работы советских этнографов В. В. Чарнолуского и Н. Н. Волкова 1930-х годов. На этнографические исследования, помимо внешних историко-политических факторов, оказывали влияние социализация в рамках научной школы Л. Я. Штернберга и В. Г. Богораза и широта научных взглядов учителей, биографические траектории, обстоятельства полевых исследований, идеологический фактор и политические убеждения исследователей, уровень профессионализма, который позволял использовать возможности эволюционистской парадигмы. Впервые проводится сопоставление взглядов советских этнографов на религиозные представления кольских саамов. Сравнение работ двух исследователей приводит автора к выводу о том, что, находясь почти в одно время в одном и том же поле, обладая схожими сюжетами и материалами, ученые каждый по-своему интерпретируют одни и те же этнографические сюжеты и религиозные представления кольских саамов. Многофакторный подход и интерпретативный анализ текстов позволяют избавиться от стереотипных оценок трудов советских этнографов.
Ключевые слова: кольские саамы, советская этнография, верования, религия, эволюционизм, антропология религии
Oleg A. Zaytsev, Postgraduate Student, Barents Centre of the Humanities - the Branch of the Federal Research Centre “Kola Science Centre of the Russian Academy of Sciences”
“ANCIENT BELIEFS” OF THE KOLA SAMI IN THE WORKS OF SOVIET ETHNOGRAPHERS V.V. CHARNOLUSKIY AND N.N. VOLKOV
The paper deals with the problem of interpreting ethnographic facts and factors influencing such interpretation. The study is necessary due to the relevance of the debated issues of modern anthropology related, firstly, to the language of the description of what is commonly called “religious beliefs”, “religious notions”, and “religion” and, secondly, to the methods of field ethnography that studies this subject. These questions had already existed at the stage of the Russian and Soviet ethnography formation. The aim of the study was to identify common and specific features in the descriptions and interpretations of the religious ideas of the Kola Sami in the texts of researchers who lived during the same time period and belonged to the same social group. The works of Soviet ethnographers V. V. Charnoluskiy and N. N. Volkov written during the 1930s were studied. Ethnographic research was influenced not only by external historical and political factors but also by socialization within L. Ya. Sternberg and V. G. Bogoraz's school of thought, as well as the diversity of views and academic open-mindedness of the leading scholars, biographical trajectories, circumstances of field research, the ideological factor, political convictions of researchers, and the level of professionalism, which enabled to use the possibilities of the evolutionary paradigm. The article for the first times compares the Soviet ethnographers' views on the religious ideas of the Kola Sami. The comparison of the works of two researchers leads to the conclusion that they interpreted the same ethnographic subjects and religious representations of the Kola Sami in their own way, despite working in the same field with similar subjects, plots, and materials. A multi-factor approach and the interpretative analysis of texts enable us to overcome the stereotypical assessments of the Soviet ethnographers' works.
Keywords: Kola Sami, Soviet ethnography, beliefs, religion, evolutionism, anthropology of religion
ВВЕДЕНИЕ
Цель данной статьи - выявить сходства и различия в описании и интерпретации религиозных представлений и практик кольских саамов в работах советских этнографов одного времени и одной социальной формации.
В современной антропологии религии актуальными являются вопросы, во-первых, понятийного аппарата или языка описания того, что принято называть «религиозными верованиями», «религиозными представлениями», «религией» и т. п., во-вторых, методов полевой этнографии, изучающей данный предмет. В частности, насыщенным было обсуждение термина «религия», связанных с ним понятий и исследовательских проблем на площадке «Антропологического форума» в 2017 году [5], [15], [16], [17], [18]. Решению методологических вопросов помогает пристальное рассмотрение трудов конкретных исследователей, которые изучали верования того или иного народа, пытаясь встроить их в какие-то научные системы или просто стараясь достичь понимания.
Проблемы описания «верований» кольских саамов связаны с тем, как интерпретируются этнографами процесс и результаты их христианизации. В этом отношении этнография саамов не представляется уникальной, а фокус исследования перемещается на самих исследователей и их научные позиции, которые обусловлены временем, местом, биографией, личностным фактором и целым рядом других социальных обстоятельств.
Мы попытались сопоставить научные пути и работы двух советских этнографов - исследователей саамской культуры - Владимира Владимировича Чарнолуского (1894-1969) и Николая Николаевича Волкова (1904-1953).
НАУЧНАЯ ПАРАДИГМА
Научная парадигма, в рамках которой работали В. В. Чарнолуский и Н. Н. Волков, складывалась на рубеже XIX-XX веков и к 1920-м годам уже оформилась как специфическая школа этнографии. Ее главными основоположниками по праву считаются выдающиеся российско- советские этнографы - профессора Лев Яковлевич Штернберг (1861-1927) и Владимир Германович Богораз (1865-1936).
И В. В. Чарнолуский, и Н. Н. Волков обучались на этнографическом отделении Географического института (с 1925 года - географического факультета Ленинградского государственного университета), В. В. Чарнолуский с октября 1921 по декабрь 1925 года [10: 350], а Н. Н. Волков, находясь на службе в Балтийском флоте (19261930 годы), проходил обучение экстерном с 1928 по 1930 год [10: 353]. В это время на этнографическом отделении преподавали Л. Я. Штернберг и В. Г. Богораз, под руководством последнего с 1928 по 1934 год там же работал Николай Михайлович Маторин (1898-1936) [9: 185-221].
С. А. Токарев отмечал, что Л. Я. Штернберг был наиболее последовательным эволюционистом и «одним из видных организаторов со - ветской этнографической науки». Он отстаивал идею единства человечества и человеческой психики у всех народов и «верил в неуклонный прогресс» [11: 426-427]. Позиция В. Г. Богораза характеризуется особым вниманием к языку изучаемой народности для более качественного понимания процессов, происходящих в данной культуре [8: 101]. Д. В. Арзютов отмечает, что Л. Я. Штернберг и В. Г. Богораз заложили новый вектор отечественной этнографии, созданная ими «концепция поля сплеталась из трех основных линий: происхождение народов <...> вклад в собственно развитие национальной политики и собирание музейных коллекций» [2: 244]. По мнению исследователя, на основании их полевых программ произошло становление новой парадигмы научного описания традиции и традиционного («старого») общества, строгая и однолинейная модель описания была зафиксирована в серии «Народы мира» и сохранялась на протяжении всего XX столетия. «Дискурс описания, созданный Штернбергом и Богоразом, из полевой программы превратился в парадигму и отличительный характер отечественной этнографической школы» [2: 245-246]. А. Б. Панченко полагает, что вклад Л. Я. Штернберга и В. Г. Богораза в этнологическую теорию «заключался не столько в новых положениях, сколько в переосмыслении идей европейской и американской этнологии», так как «они полностью усвоили идеи эволюционизма, что ослабило их собственные теоретические искания», а впоследствии испытали большое влияние школы Ф. Боаса и немецких школ антропогеографии и культурных кругов. На основе анализа трудов ряда отечественных этнографов-народников (Л. Я. Штернберга, В. Г. Богораза, В. И. Иохельсона, Д. А. Клеменца и П. Л. Лаврова) А. Б. Панченко приходит к выводу о существовании преемственности между дореволюционной, советской и современной российской этнологией, в частности в отношении принципа культурного релятивизма или принципа объективизма при анализе элементов духовной культуры [7: 83]. В. Г. Богораз на рубеже веков во время эмиграции в США работал совместно с Ф. Боасом [7: 79].
В. В. Чарнолуский и Н. Н. Волков во многом опирались на труд Н. Н. Харузина «Русские лопари»1. Научная парадигма видного этнографа XIX века сочетала с теорией эволюционизма принцип триады Д. Н. Анучина (связь трех наук: археологии, физической антропологии и этнографии) и историзм В. Ф. Миллера, при которых сложилась российская школа эволюционизма [4: 75-315].
Н. Н. Волков начал исследовательскую работу под руководством этнографа и религиоведа профессора Н. М. Маторина [10: 342-368]. Сразу после окончания университета он поступил в аспирантуру Института этнографии АН СССР. В университете занимался исследованиями скопчества, опубликовал ряд работ2, а в дальнейшем его диссертация «Скопчество как социальноэкономическое и религиозное явление» получила высокую оценку Д. К. Зеленина, Е. Г. Кагарова и других видных специалистов [10: 353]. После службы в органах НКВД (с 1931 по начало 1935 года) Н. Н. Волков изменил тему исследования, начал заниматься этнографией саамов СССР, работал над кандидатской диссертацией. Консультировал его Д. К. Зеленин, с 1925 года профессор кафедры этнографии ЛГУ [10: 342-368].
Немалое влияние на формирование взглядов исследователей оказала политическая идеология. В свое время В. Г. Богораз и Л. Я. Штернберг, под руководством которых входил в науку В. В. Чар- нолуский, были активистами народнического движения. А Н. М. Маторин и Н. Н. Волков были последовательными сторонниками марксизма и членами ВКП(б). Их объединяло движение мысли в социалистическом ключе, что не могло не отразиться на ракурсе исследований. Вопрос о влиянии политических идеологий на становление советской школы этнографии рассмотрен в статье С. С. Алымова и Д. В. Арзютова, предваряющей публикацию стенограммы совещания этнографов в 1929 году в Ленинграде [1].
ПОЛЕВАЯ РАБОТА
Полевая работа обоих этнографов на Кольском Севере пришлась на 1920-е и 1930-е годы. В первый период своей научной деятельности (1926-1938) В. В. Чарнолуский совершил ряд поездок на Кольский полуостров. С 26 декабря 1926 года по 11 мая 1927 года он был командирован туда в составе Лопарской экспедиции от Государ - ственного русского географического общества (ГРГО), членом которого являлся. Экспедиция начала свою работу в Мурманске 11 января 1927 года после встречи ее членов: врача Ф. Г. Иванова-Дятлова и этнографа В. В. Чарнолуского, - с руководителем, профессором-антропологом Д. А. Золотаревым3 [6], [12: 4-5]. Осенью 1927 года Чарнолуский совершает поездку в восточную часть Кольского полуострова, становится научным сотрудником Кольской экспедиции АН СССР. Осенью 1928 года состоялась его поездка к мотовским саамам (северо-западный район Мурманского округа Ленинградской области - от западного берега Кольского залива до Мустатунтури и Мотовского залива); с 28 августа 1930 года по 28 января 1931 года Чарнолуский по поручению ГРГО организовал экспедицию по изучению оленеводства на Кольский полуостров4. В 1933 году исследователь в качестве научного сотрудника Всесоюзного Арктического института (ВАИ) участвовал в экспедиции на Терский берег Кольского полуострова, а в январе 1935 года он попал под сокращение штата. С 1935 года Чарнолуский начал систематическую работу в области фольклора и истории саамов. В 1936 году он предпринял экспедицию на Кольский полуостров от фольклорной секции Союза писателей с целью записи фольклора саамов [6]. Позже (после ареста в 1938 году, лагерей, освобождения, работы не по специальности и выхода на пенсию) В. В. Чарнолуский совершил последнюю свою экспедицию к саамам в 1961 году. Таким образом, его активная полевая деятельность пришлась на 1920-1930-е годы.
Н. Н. Волков осуществил серию экспедиций в Мурманский округ Ленинградской области для изучения саамов в 1935-1936, 1940 годах. Вместе с тем в качестве сотрудника Института антропологии, археологии и этнографии АН СССР (с 1937 года - Институт этнографии АН СССР) он с 1935 до лета 1941 года занимался сбором материала, подготовкой и написанием статей в сборник «Народы СССР». В списке народов, которые исследовал Волков, второе место по степени «изучаемости» после саамов занимают вепсы, а далее - карелы, ижоры, водь, эстонцы, финны (савакоты и эвремейсы), коми (пермяки и зыряне), цыгане, венгры, крымские татары и русские. Последнюю экспедицию Волков совершил в 1946 году к вепсам5.
В. В. Чарнолуский и Н. Н. Волков - полевые исследователи. Чарнолуский начал эту деятельность раньше, в составе одной из самых известных и результативных экспедиций к саамам, и завершил свою «полевую биографию» фактически уже в другую советскую эпоху. Однако в 1935-1936 годах, одинаково плодотворных для них в отношении полевых сборов, оба этнографа работали на Кольском полуострове в саамских погостах. К сожалению, на данный момент мы не располагаем достоверными сведениями о том, встречались ли они лично.
Были на пути полевой работы этнографов преграды, не зависящие от их воли: усиление политических репрессий к концу 1930-х годов (тогда был арестованы целый ряд исследователей, в том числе В. В. Чарнолуский) [6], Великая Отечественная война, прервавшая этнографические исследования на Кольском Севере (Н. Н. Волков ушел добровольцем на фронт) [10: 213-216].
ИНТЕРПРЕТАЦИИ РЕЛИГИИ И «ВЕРОВАНИЙ»
Сопоставляя позиции этнографов в отношении религии саамов, в первую очередь отметим, что оба исследователя придерживаются эволюционистской трактовки «первобытной религии» в виде известных составляющих: тотемизм, фетишизм, анимизм, шаманизм (магия). С точки зрения Л. Я. Штернберга, согласующейся с концепцией Э. Б. Тайлора, первичной формой религии был анимизм [11: 427]. В своих лекциях Штернберг утверждал:
«Институт религии принадлежит к самым универсальным, самым распространенным институтам всех времен и всех народов земного шара. В настоящее время не найдено ни одного народа, на какой бы низкой культурной ступени он ни стоял, у которого не было бы какой бы то ни было религии, и наука не знает такой древности, когда религиозные представления отсутствовали бы совершенно. Правда, одно время утверждали, что и теперь есть народы, которые не знают никаких религиозных верований, но это утверждение основывалось либо на предвзятой мысли, либо на недоразумении»6.