Статья: Дифференциация уголовной ответственности за мелкое взяточничество

ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА МЕЛКОЕ ВЗЯТОЧНИЧЕСТВО

Михаил Михайлович Алафьев

Аннотация. В статье исследуются вопросы о возможности дифференциации уголовной ответственности за мелкое взяточничество в зависимости от формы деяния - получения и дачи взятки в размере, не превышающем 10 тысяч рублей, а также наличия квалифицирующих признаков, используемых законодателем в нормах, предусмотренных ст. ст. 290, 291, 291.2 УК РФ. Отдельное внимание уделено определению статуса состава взяточничества «за незаконные действия (бездействие)» и обоснованности установления за него уголовной ответственности. Анализ научной литературы, норм российского уголовного законодательства об ответственности за взяточничество в их историческом развитии, судебной практики и статистических данных Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации позволил дать автору положительные ответы на поставленные вопросы и предложить собственный вариант ст. 291.2 УК РФ «Мелкое взяточничество».

Ключевые слова: мелкое взяточничество, дифференциация уголовной ответственности, квалифицирующие признаки, совершенствование уголовно-правовой нормы, получение взятки, дача взятки

мелкое взяточничество уголовная ответственность дифференциация

DIFFERENTIATION OF CRIMINAL LIABILITY FOR PETTY BRIBERY

Michael M. Alafyev

Annotation. The article examines the issues of the possibility of differentiation of criminal liability for petty bribery depending on the form of the act - receiving and giving a bribe in an amount not exceeding 10 thousand rubles, as well as the presence of qualifying signs used by the legislator in the norms provided for in Articles 290, 291, 291.2 of the Criminal Code of the Russian Federation. Special attention is paid to determining the status of bribery “for illegal actions (inaction)” and the validity of establishing criminal liability for it. The analysis of the scientific literature, the norms of the Russian criminal legislation on responsibility for bribery in their historical development, judicial practice and statistical data of the Judicial Department at the Supreme Court of the Russian Federation allowed the author to give positive answers to the questions posed and offer his own version of Article 291.2 of the Criminal Code of the Russian Federation “Petty bribery”.

Keywords: petty bribery, differentiation of criminal responsibility, qualifying signs, improvement of the criminal law norm, taking a bribe, giving a bribe

Дифференциация уголовной ответственности за мелкое взяточничество является важнейшим направлением совершенствования правовой регламентации ответственности за данное преступление. В основном критика выделения самостоятельной нормы о мелком взяточничестве и ее действующей редакции связана именно с ненадлежащей дифференциацией уголовной ответственности [1, с. 83; 2, с. 41]. Еще в 2018 г. Президент Российской Федерации поручил подготовить предложения по совершенствованию уголовного закона в части, касающейся установления дополнительных квалифицирующих признаков мелкого взяточничества [3], однако эта задача до сих пор не решена.

Дифференциация уголовной ответственности может осуществляться путем закрепления в качестве самостоятельных преступлений однородных деяний, отличающихся одним или несколькими признаками. Применительно ко взяточничеству законодатель установил самостоятельную ответственность за получение, дачу взятки, посчитав общественную опасность указанных деяний неравнозначной. Однако в рамках мелкого взяточничества подобная дифференциация уголовной ответственности осуществлена не была, что вызывает критику в научной литературе и предложения установить ответственности за дачу взятки в части первой ст. 291.2 УК РФ с более мягкой санкцией, чем за получение взятки, ответственность за совершение которой, в свою очередь, следует установить в ч. 2 указанной статьи [4, с. 69; 5, с. 48; 6, с. 141].

Таблица 1 - Количество осужденных за получение и дачу взятки с назначением конкретных видов наказаний, в том числе условно, и освобожденных от наказания в 2021 г.

Российский законодатель в различные исторические периоды получение и дачу взятки рассматривал как самостоятельные преступления, причем за первое деяние предусматривалось более строгое наказание. Исключение составляет УК РСФСР 1926 г.: получение взятки наказывалось до 2 лет лишения свободы (ст. 117), а дача взятки - до 5 лет лишения свободы (ст. 118).

Статистические данные Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации за 2021 г. о практике назначения наказания позволяют сделать вывод о том, что получение вятки наказывается строже, чем получение (при прочих одинаковых признаках состава преступления). Наглядно это можно представить в таблице 1 (сравниваем только наказания за преступления, предусмотренные теми частями статей 290 и 291 УК РФ, которые содержат сходные признаки).

Наиболее распространенными наказаниями, назначаемыми за рассматриваемые преступления, являются лишение свободы, в том числе условно, а также штраф. Сравнение практики назначения наказания за квалифицированные виды получения и дачи взятки показывают, что доля лишения свободы (реального и условного) за первый вид преступления больше, чем за второй, а доля штрафа - наоборот, то есть получение вятки наказывается строже, чем дача (при одинаковых квалифицирующих признаках).

Практика назначения наказания за указанные преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 290 и ч. 1 ст. 291 УК РФ, не столь показательна. Штраф как более мягкий вид наказания назначается за дачу взятки чаще, чем за получение, что подтверждает ранее сделанный вывод. А вот лишение свободы более распространено, как ни странно, в отношении дачи взятки, но его доля тоже мала - 4 %.

Учитывая сказанное, можно признать, что получение взятки оценивается и законодателем, и судами как более общественно опасное деяние, чем дача взятки. Данное различие в общественной опасности должно, на наш взгляд, быть учтено в норме о мелком взяточничестве.

Наиболее перспективным средством дифференциации являются квалифицирующие признаки. В уголовно-правовой литературе основным недостатком нормы о мелком взяточничестве называют именно отсутствие квалифицирующих признаков, используемых законодателем при дифференциации уголовной ответственности за получение и дачу взятки [7, с. 133; 4, с. 69].

Квалифицирующими признаками, общими для получения и дачи взятки, не связанными с ее размером, являются:

- за незаконные действия (бездействие);

- группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.

К специфическим квалифицирующим признакам только получения взятки относятся:

- совершение указанного деяния лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, а равно главой органа местного самоуправления;

- с вымогательством взятки.

История развития норм о взяточничестве в отечественном уголовном праве свидетельствует о том, что законодатель в разные исторические периоды устанавливал разное по тяжести наказание в зависимости от того, за законные или незаконные деяния получалась взятка. В дореволюционном праве даже существовали различные термины для обозначения указанных видов получения взятки: мздоимство и лихоимство.

Впрочем, некоторыми учеными высказываются сомнения в обоснованности дифференциации уголовной ответственности за взяточничество по данному признаку. Предлагается исключить этот признак из ст. 290 УК РФ [8, с. 19]. Основной аргумент в том, что в абсолютном большинстве случаев (97 % от изученных уголовных дел) взятка получается именно за незаконное поведение должностного лица. В виду этого степень общественной опасности основного и квалифицированного составов преступлений является идентичной [8, с. 19]. Отметим, что и законодатель некоторых зарубежных стран постсоветского пространства не выделяет рассматриваемый признак в качестве квалифицирующего либо и к получению, и даче взятки (их аналогам) (Беларусь, Украина, Молдова и др.), либо только к получению взятки (Грузия). Н.А. Бабий так объяснил исключение анализируемого квалифицирующего признака из ст. 430 УК Республики Беларусь: «...практика показала ошибочность выделения данного квалифицирующего признака, поскольку основная масса взяток дается для того, чтобы побудить чиновника обойти закон. В итоге ч. 1 ст. 430 УК Республики Беларусь оказалась редко применяемой, а наказуемость основной массы мелких взяток - существенно завышенной» [9, с. 89].

Действительно, всем известно правило: «обстоятельства, которым придается статус квалифицирующих признаков, не должны быть нормой для большинства преступлений с основным составом» [10, с. 183].

Вместе с тем, вопрос о том, являются ли получение, дача взятки за незаконные действия (бездействие) квалифицированными составами представляется спорным. Решающим аргументом в пользу признания рассматриваемого состава квалифицированным, по мнению В. Н. Боркова, является использование законодателем в ч. 3 ст. 290 и ч.3 ст. 291 УК РФ слова «взятка», о которой можно говорить только при условиях, описанных в ч. 1 ст. 290 УК РФ [11, с. 78].

Следует заметить, что диспозиции ч. 3 ст. 290 УК РФ и ч. 3 ст. 291 УК РФ сформулированы не как у квалифицированных составов - начинаются не со слов: «деяния, предусмотренные...», а со слов: «получение взятки...», «дача взятки...». Этот прием законодательной техники дает основание многим ученым отстаивать тезис о том, что получение и дача взятки за незаконные действия (бездействие) является основным составом взяточничества наряду с составами, предусмотренными ч. 1 ст. 290 и ч. 1 ст. 291 УК РФ. Так, П. С. Яни подчеркивает, что взяточничество за незаконные действия (бездействие) не является квалифицированным составом [12, с. 18].

Для того, чтобы признать рассматриваемый состав преступления квалифицированным, необходимо чтобы ему были присущи все признаки основных составов. Однако, очевидно, такой вид обуславливающего взятку поведения должностного лица, как действия (бездействие), входящие в служебные полномочия должностного лица, являющийся признаком основного состава взяточничества не может присутствовать в преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 290 или ч. 3 ст. 291 УК РФ. Попустительство и покровительство - частные случаи незаконных действий, поэтому нормы, предусмотренные соответственно ч. 1 ст. 290 и ч.3 ст. 290 УК РФ (ч. 1 ст. 291 и ч. 3 ст. 291 УК РФ) соотносятся как специальная и общая, а не наоборот. Квалифицированный состав -- это всегда специальная норма. Поэтому получение (дача) взятки за незаконные действия (бездействие) не является квалифицированной применительно к получению (даче) взятки за попустительство или покровительство. В ч. 1 ст. 290 УК РФ не говорится, каким действиям (законным или незаконным) должностное лицо может способствовать в силу своего должностного положения. Однако, если толковать эту норму с учетом положения ч. 3 ст. 290, то ч. 1 ст. 290 УК РФ охватывает только законные действия (бездействие). Учитывая сказанное, полагаем, что ч. 3 ст. 290 и ч. 3 ст. 291 УК РФ содержат основные составы преступлений, в связи с чем высокая распространенность взяточничества за незаконные действия (бездействие) не может служить контраргументом выделения указанного деяния в самостоятельный состав, в том числе если взятка не превышает 10 тысяч рублей. К тому же приведенные выше цифры (97 % взяточничества за незаконные действия (бездействия) не соответствуют официальной статистике). Это наглядно видно из таблицы 2.

Если принять во внимание, что по чч. 1-2 ст. 290 и чч.1-2 ст. 291 УК РФ не могут быть квалифицированы случаи взяточничества за незаконные действия, то доля получения и дачи взятки за незаконные действия не может быть выше 85 % и 80 % соответственно (если же предположить, что среди преступлений, предусмотренных чч. 4-6 ст. 290 или чч. 4-5 ст. 291 УК РФ, есть случаи получения (дачи) взятки за законные действия, то указанный процент будет еще ниже). А это уже совсем другая картина, в отличие от той, которую представил П. В. Никонов. Анализ судебной практики за мелкое взяточничество показывает, что доля данного преступления, совершаемого за незаконные действия, составила 83 %, что соответствует указанной статистике.