Или будет насилие, или не будет насилия.
Или будет плохо, или будет также плохо.
Невольно возникает вопрос о том, осознавал ли Кант некую ущербность субстанциональной концепции, бескомпромиссно ее защищая, и можно ли найти этому свидетельство непосредственно в тексте его произведений? Вопрос этот только на первый взгляд может показаться риторическим. Размышления о двойственной природе противоположных начал в каждой моральной норме (как неких сущностях), проявляющихся при сочетании с другими нормами и при различных обстоятельствах, позволяют перекинуть смысловой мостик к Ф.В.Й. Шеллингу и Г.В.Ф. Гегелю. Современный пример -- принуждение (как насилие) со стороны государства при пандемии от коронавируса.
И разве правовые нормы, нормы этикета не насилие? Ненасилие может выступать в лике вседозволенности, идеи анархизма, безразмерной толерантности или же воплощаться в принципах гражданского общества, проявляя тем самым раздвоенность своей сущности. Именно здесь обнаруживает себя позитивная диалектика, раскрывающая противоречивую сущность рассматриваемого явления.
Если касаться философии права, то само право демонстрировало на протяжении истории человечества сочетание статики и динамики, воплощаясь в естественном и позитивном праве как в своих противоположностях. Естественное подразумевало незыблемые нормы: благо, справедливость, порядок, гармонию, но вот только каждая эпоха вкладывала в эти понятия, как в некую оболочку, свое содержание.
В ходе размышлений мысль невольно обращается к современной общенаучной методологии синергетики, где данную область человеческого сознания можно рассматривать с использованием термина «точка бифуркации» как раздвоенности тенденций движения этической мысли и термина «аттрактор» как точки покоя (субстанциональности), к достижению которой неуклонно стремится наше сознание. Если же судить об аттракторе, то точкой покоя является и постоянно присутствующий момент как некое основание для расщепления сознания, где происходит направление его движения в противоположные стороны определения субстанциональности. Таким образом, в воображении возникает условный образ треугольника, напоминающий рогатку с тремя точками покоя. Похоже, что содержание основания для развилки направлений мысли в поиске этической субстанции будет представлять для нас и последующих аналитиков наибольший интерес.
П. Абеляр напоминает мысль Аристотеля о том, что «сами [субстанции] способны к восприятию противоположностей, так как они могли в разное время принимать и содержать в себе эти самые противоположности» [1, с. 101], что непосредственно соотносится с этической нормой, взятой в статусе субстанции, но погруженные в различные обстоятельства и сочетания с иными моральными нормами, они способны проявить свои различные, в том числе и противоположные, свойства.
Теперь, после достаточно обширного отступления, перейдем к ранее обозначенному в статье методу И. Канта, открывающему возможность выхода на осознание универсальной априорной моральной нормы (в качестве составной части морального закона), отталкиваясь от любого повседневного, пусть даже микроскопического, правила поведения, которым обычно пользуются в процессе общения.
Обратимся к одному из примеров И. Канта. Так, испытывая затруднительное финансовое положение, я хочу взять в долг с твердым уверением его отдать, но без возможности и желания его возвращать. Одновременно с этим представляю себе, к каким негативным последствиям это может привести: потеря доверия ко мне со стороны одолжившего человека и окружающих, томительное ожидание тягот возмездия. В основе лежит боязнь наказания. Но отдать долг мне нужно не из-за боязни наступающих для меня негативных последствий, а исходя из самого принципа морального долга, осмыслив для этого ситуацию: что если все без исключения начнут брать в долг и не отдавать, сопровождая это обещаниями вернуть. Тогда никто не будет верить обещаниям и давать взаймы, не стремясь выручить в трудную минуту. Теперь, принимая эти разумные доводы, мне нужно будет всегда поступать согласно выведенному универсальному моральному правилу, которое возникло из моего убеждения (правилу, теперь входящему в совокупность априорных норм морального закона, -- не лги, держи данное слово), а не из опасения наступления пагубных последствий от моего обмана, -- только лишь исключительно из уважения к данному правилу-закону, не ожидая для этого никакой награды, совершенно бескорыстно. Отступление от него будет означать сотворение зла.
Итак, «.. .я спрашиваю себя только: можешь ли ты также хотеть, -- пишет И. Кант, -- чтобы твоя максима (правило поведения индивидуальной воли. -- А. К.) стала всеобщим законом? Если нет, то максима эта предосудительна, и притом не от предстоящего из-за нее вреда для тебя или также для других, но потому что она не годится как принцип для возможного всеобщего законодательства» [8, с. 89]. С помощью отказа от частного правила поведения (наполненного переживаниями, страхами и надеждами) при использовании холодной рассудительности И. Кант переносит свою мысль ко всеобщим, субстанциональным нормам морального закона. В то же время он отмечает, что невозможно за действием, внешне совпадающим с нормой морального закона, распознать подлинный мотив поступка, поскольку он может иметь множество оснований, не связанных с проявлением уважения к моральному закону, предполагающему отречение от всякой чувственности.
В своей предыдущей статье -- «Этика И. Канта в “Критике чистого разума”» -- я указал на отмеченную И. Кантом зависимость влияния двух противоположных мировоззрений на решение этической проблемы, связанной с субстанциональностью [10, с. 33-34]. При освобождении от религиозных пут проницательный кантовский разум имел бы большую степень свободы критического рассмотрения проблемы сочетания единичного и всеобщего в нравственности и, вполне возможно, мы имели бы совершенно иную кантовскую этику, не отягощенную религиозными догмами и не игнорирующую последствия от использования субстанциональных норм, взятых изолированно вне учета обстоятельств и сочетания с иными моральными нормами.
Обращением к творчеству П. Абеляра мне хотелось лишь подчеркнуть преемственность во взглядах И. Канта при решении принципиально важных вопросов в рамках определенной традиции внутри религиозного мировоззрения.
Литература
1. Абеляр П. Диалектика. Предикаменты // П. Абеляр. Теологические трактаты. М.: Прогресс, Гнозис, 1995. C. 98-131.
2. Абеляр П. Диалог между Философом, Иудеем и Христианином // П. Абеляр. Теологические трактаты. М.: Прогресс, Гнозис, 1995. C. 311-411.
3. АбелярП. История моих бедствий [Электронный ресурс]. URL: https://knigogid.ru/ books/830830-istoriya-moih-bedstviy/toread (дата обращения: 17.02.2020).
4. Абеляр П. Логика «для начинающих» // П. Абеляр. Теологические трактаты. М.: Прогресс, Гнозис, 1995. C. 50-97.
5. Абеляр П. Теология «Высшего блага» // П. Абеляр. Теологические трактаты. М.: Прогресс, Гнозис, 1995. C. 132-246.
6. Абеляр П. Этика, или Познай самого себя // П. Абеляр. Теологические трактаты. М.: Прогресс, Гнозис, 1995. C. 247-310.
7. Апресян Р.Г. Этика силы -- в противостоянии насилию и агрессии // Вопр. философии. 2010. № 9. С. 143-153.
8. Кант И. Основоположение к метафизике нравов // И. Кант. Соч.: в 4 т. : на нем. и рус. яз. М.: Московский философский фонд, 1997. Т. 3. 784 с.
9. Кант И. О мнимом праве лгать из человеколюбия // И. Кант. Собр. соч.: в 8 т. / под общ. ред. А.В. Гулыги. Т. 8. Юбилейное издание 1794-1994. Б. м.: Чоро, 1994. 718 с.
10. Кучеренко А.В. Этика И. Канта в «Критике чистого разума» // Вестник МГПУ. Сер.: Философские науки. 2019. № 4. С. 29-37.
Literatura
1. Abelyar P Dialektika. Predikamenty' // P. Abelyar. Teologicheskie traktaty'. M.: Progress, Gnozis, 1995. S. 98-131.
2. Abelyar P Dialog mezhdu Filosofom, Iudeem i Xristianinom // P. Abelyar. Teologicheskie traktaty'. M.: Progress, Gnozis, 1995. S. 311-411.
3. Abelyar P Istoriya moix bedstvij [E'lektronny'j resurs]. URL: https://knigogid.ru/ books/830830-istoriya-moih-bedstviy/toread (data obrashheniya: 17.02.2020).
4. Abelyar P Logika «dlya nachinayushhix» // P. Abelyar. Teologicheskie traktaty'. M.: Progress, Gnozis, 1995. S. 50-97.
5. Abelyar P Teologiya «Vy'sshego blaga» // P. Abelyar. Teologicheskie traktaty'. M.: Progress, Gnozis, 1995. S. 132-246.
6. Abelyar P E'tika, ili Poznaj samogo sebya // P. Abelyar. Teologicheskie traktaty'. M.: Progress, Gnozis, 1995. S. 247-310.
7. Apresyan R.G. E'tika sily' -- v protivostoyanii nasiliyu i agressii // Vopr. filosofii. 2010. № 9. S. 143-153.
8. Kant I. Osnovopolozhenie k metafizike nravov // I. Kant. Soch.: v 4 t.: na nem. i rus. yaz. M.: Moskovskij filosofskij fond, 1997. T. 3. 784 s.
9. Kant I. O mnimom prave lgat' iz chelovekolyubiya // I. Kant. Sobr. soch.: v 8 t. / pod obshh. red. A.V. Guly'gi. T. 8. Yubilejnoe izdanie 1794-1994. B. m.: Choro, 1994. 718 s.
10. Kucherenko A.V. E'tika I. Kanta v «Kritike chistogo razuma» // Vestnik MGPU. Ser.: Filosofskie nauki. 2019. № 4. S. 29-37.