Цивилизации «осевого времени» в научном наследии Ш. Эйзенштадта
И.Д. Черных (Одесса)
Шмуэль Эйзенштадт(С. Айзенштадт,1923-2010 гг.) несомненно являлся одним из выдающихся исследователей теоретических основ изучения истории революций, проблем модернизации и развития цивилизаций. Научный интерес Ш. Эйзенштадтафактически объединял исторические, социологические и политические науки, культурную антропологию и философию. Социальная история Ш. Эйзенштадта - историческая макросоциология, которая основывается на обширном историческом материале и компаративном анализе.
Отечественные историки обращались к научному наследию Ш. Эйзенштадта, рассматривая проблемы истории и реалий модернизации1. Теория модернизации была обоснована западными исследователями на рубеже 50-60-х гг. ХХ в. и предполагала тотальную вестернизацию «незападного» мира. Сам процесс модернизации подразумевал перспективу создания единого гомогенного мирового социума. Ш. Эйзенштадт в 80-е гг. ХХ в. выдвинул концепцию «multiple modernities», в которой утверждалось, что модернизация не тождественна вестернизации, и социокультурная специфика в значительной степени обуславливает вариативность этого процесса2.
Подчеркнем, что творческому осмыслению определяющих тенденций истории Модерна предшествовал научный поиск исторических истоков современности. В 50-х гг. ХХ в. объектом исследования Ш. Эйзенштадта были политические системы современности, но логика научного поиска инициировала изучение исторической ретроспективы этих систем и, в первую очередь, истории Древнего Египта, эллинистических империй, Римской и Византийской империи, империй Персии, Китая и Индии. В 1963 г. он опубликовал монографию «The Political System of Empires», в которой вышеозначенные империи определяются как специфический вид политической системы - «исторические бюрократические империи». В работе содержится не только анализ непосредственно политических систем, но и религиозно-идеологических, которые определяли ценностные ориентиры общества. Эти империи Ш. Эйзенштадт оценивал как наиболее устойчивый тип досовременной политической системы и акцентировал внимание на значении этого периода в осмыслении реалий современности .
Разрабатывая системный подход к сравнительному анализу цивилизаций, Ш. Эйзенштадт обращается к периоду «Осевого времени». Философская трактовка принципов и содержания обозначенной эпохи как радикального духовного поворота в истории человечества дана Карлом Ясперсом. Суть «Осевого времени» (800 г. до н.э. и 200 г. до н.э.) - глобальная революция сознания, борьба «рациональности и рационально проверенного опыта против мифа (логоса против мифа)». «Осевое время» - это начало универсальной, всемирной истории. Немецкий мыслитель констатирует троякую историческую модификацию проявления этого процесса: западную (средиземноморскую), китайскую и индийскую4. Дефиниция «Осевое время» широко представлена в современной философии истории, культурологии, политологии и социокультурной истории.
Анализ культур «Осевого времени» позволил Ш. Эйзенштадту обосновать концепцию «цивилизаций Осевого времени». Основополагающим принципом его концепции являлось положение, что в I тыс. до н.э. в сфере идей и их институциональных основаниях происходит серия революций, которые оказали необратимое воздействие на историю всего человечества и обусловили возникновение представления об исходном поле напряженности между трансцендентным и мирским порядками. В период «Осевого времени», как отмечал Ш. Эйзенштадт, этот революционный процесс охватил цивилизации Древнего Израиля и Древней Греции, раннехристианский регион, зороастрийский Иран, Китай, индуистскую и буддийскую цивилизации. Важнейшим следствием распространения нового мировоззрения стало развитие идейных течений и социальных движений, направленных на перестройку земных порядков в соответствии с представлениями о выбранном пути преодоления исходной напряженности между трансцендентным и мирским порядками.
Успешная институционализация упомянутых идейных течений и социальных движений привела к грандиозной перестройке как внутреннего устроения обществ периода «Осевого времени», так и отношений между ними. Ш. Эйзенштадт подчеркивал, что этот процесс изменил динамику дальнейшего исторического развития человечества.
После «Осевого времени» произошло несколько вторичных прорывов, означающих переориентацию и реформацию первоначального осевого наследия. Одним из таких вторичных прорывов, по мнению ученого, является христианство, возникшее в результате объединения и переосмысления греческих и еврейских традиций; другим примером прорыва является приход ислама, неоконфуцианство в Китае или возвращение индуизма в Индии. Соответственно, Ш. Эйзенштадт к осевым цивилизациям относил западноевропейскую, византийскую (православную), исламскую, китайскую и индийскую. Их становление и эволюцию он рассматривал как параллельный процесс в аналогичном направлении. Например, общим было возникновение нового типа духовной элиты, которая выступала как носитель моделей культурного и социального устроения, но модели этого культурного и социального устроения у каждой цивилизации были свои.
В этом контексте Ш. Эйзенштадт интерпретировал процессы рационализации в китайской цивилизации и доказывал на основе анализа конфуцианской традиции наличие трансцендентального конфликта в Китае (конфликт между трансцендентным и мирским порядками).Но способ его разрешения, как подчеркивал Ш. Эйзенштадт, был посюсторонним, а не потусторонним, как в христианстве5.
В дальнейшем цивилизационный анализ истории имперских и феодально-имперских государств позволил Ш. Эйзенштадту прийти к выводу, что они развивались в рамках традиций цивилизаций «Осевого времени» и сохранили некоторые важнейшие культурные ориентации и институционные основы, которые были присущи этим цивилизациям. Характерные для осевых цивилизаций разнообразные идеологические и структурные компоненты политического процесса в рамках соответствующих режимов, по мнению исследователя, дали начало совершенно новой политической динамике и опосредованно привели, в ареале осевых цивилизаций, к революциям эпохи модерна6.
Основные положения концепции цивилизаций «Осевого времени» (западноевропейская, византийская (православная), исламская, китайская и индийская) Ш. Эйзенштадт разработал в 80-90-е гг. ХХ в. Но период «Осевого времени» оставался в сфере внимания ученого до последних дней его жизни. В 2008 г. Ш. Эйзенштадт принимает участие в конференции «Осевое время» и его влияние на последующую историю и современность», которая состоялась в Эрфурте. Его доклад: «Осевая головоломка - между трансцендентными видениями и превратностями их институционализации: конструктивные и разрушительные возможности» был опубликован уже после смерти ученого. В начале статьи Ш. Эйзенштадт останавливается на последних исследованиях западных авторов, посвященных цивилизациям «осевого времени», затем останавливается на анализе конфликтов и противоречий, связанных с институционализацией ценностных ориентаций осевых цивилизаций. Именно история осевых цивилизаций, по мнению автора, представляет проблемы, связанные с появлением сложных социальных систем, основанных на эволюционных тенденциях, которые могут быть не только конструктивными7.
Джерела
эйзенштадт осевой время цивилизация
1 Древаль Ю. Д. Пізнавальна цінність теорії політичної модернізації // Наукові записки Інституту політичних і етнонаціональних досліджень ім. І. Ф. Кураса Нан України. 2011. Вип. 6. С. 88-96; Поліщук Ю. Модернізація як теоретичний концепт: витоки, становлення, сучасрі виклики // Наукові записки Інституту політичних і етнонаціональних досліджень ім. І. Ф. Кураса. НАН України. 2015. Вип. 4(78). С.194-207.
2 Eisenstadt S. N. Multiple Modernities // Daedalus, Multiple Modernities, Journal of the American Academy of Arts and Science. Winter 2000, Vol. 129, Number 1, s. 1-30.
3 Eisenstadt S. N. The Political Systems of Empires. London, 1963.
4 Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 33, 88-89.
5 Айзенштадт Ш. Н. «Осевая эпоха»: возникновение трансцендентных видений и подъем духовных сословий / Ориентация - поиск. Восток в теориях и гипотизах.М.,1992.С. 42-62;
6 Айзенштадт Ш. Посюсторонний трансцендентализм и структурирование мира: «Религия Китая» Вебера и образ китайской истории и цивилизации // Восток. 1992. № 1. С. 5-18;
7 Эйзенштадт С. Н. Прорывы Осевого времени // Цивилизации. Вып. 3. М., 1995. С. 51-62;
8 Эйзенштадт Ш. Основы и структура цивилизационного устроения // Сравнительное изучение цивилизаций: Хрестоматия: Учеб. пособие для студентов вузов / Сост., ред. и вступ. ст. Б. С. Ерасов. М., 1999. С. 94-106.
9 Айзенштадт С. Цивилизационные измерения социальных изменений.
10.Структура и история // Цивилизации. Вып. 4. М.,1997. С. 20-32;
11.Эйзенштадт Ш., Шлюхтер В. Пути к различным вариантам ранней современности: сравнительный обзор // Прогнозис: журнал о будущем. 2007. №(10). http://www.intelros.ru/pdf/prognosis2_07/Eyzenshtine.pdf.
12.Eisenstadt S. N. The Axial conundrum between transcendental visions and vicissitudes of their institutionalizations: constructive and destructive possibilities // Analise Social, vol. XLVI (199),2011,201-217.http://analisesocial.ics.ul.pt/documentos/1317831069H6zEB6cs3Cm50YU5.