Материал: Lyuis_Araby_v_mirovoy_istorii_2017

году после долгого и рискованного путешествия. Она вскоре разбила берберов и в награду получила средиземноморские побережья Испании. Новые поселенцы из Сирии осваивали страну по тому же плану, что и саму Сирию, и мужчинам каждого из сирийских джундов (военных округов) было выделено по одну испанскому региону: дамасский получил Эльвиру, иорданский – Малагу, палестинский – Сидонию, хомсский – Севилью, киннасринский – Хаэн. Армия Египта получила Бежу и Мурсию. Землевладельцы-арабы были обязаны по призыву правительства в арабской столице Кордове нести военную службу. В иных же случаях они, как предполагалось, жили на своих землях. Однако арабы не успели привыкнуть к сельскому хозяйству, а кроме того, владельцы поместий по большей части предпочитали селиться в главных городах регионов, где находились их земли, и жить на доходы, которые получали от испанских крепостных или издольщиков, возделывавших их землю. Они образовали новое городское население, арабскую военную касту, которая жила на доходы и называлась шами, то есть сирийцы, чтобы отличить их от прежних поселенцев, пришедших с первым вторжением.

Укрепление сирийского элемента в Испании в результате этих событий создало благоприятную атмосферу для Абд ар-Рахмана, аристократа из рода Омейядов, который бежал после свержения его династии на востоке. После некоторой подготовительной работы среди войск Балджа, многие в которых были прежде зависимыми от Омейядов, он высадился в Альмуньекаре в 755 году. Вскоре он одержал победу над эмиром, признавшим Аббасидов, и, захватив Кордову в 756 году, основал независимую династию Омейядов в Испании, которая продержится до 1031 года.

Первый век правления Омейядов в Испании был трудным периодом, когда эмиры Кордовы были заняты восстановлением мира в стране и боролись со скрытой и открытой подрывной деятельностью со стороны разных элементов населения. Арабы в основном жили в городах, как крупные вассалы военной аристократии джундов. Сильнее всего они были на юго-востоке и какое-то время представляли серьезную угрозу для власти правительства. Прекращение арабской иммиграции в IX веке и процесс слияния арабов и арабизированных жителей Испании, перешедших в ислам, постепенно ослабил влияние великих арабских семейств, которые ко времени поздних Омейядов

уже перестали играть какую-либо существенную роль в государственных делах. Гораздо более многочисленными и активными были берберы, численность которых увеличивалась за счет постоянной иммиграции вплоть до конца XI века. В городах они составляли меньшинство и быстро ассимилировались. В основном это были жители горных районов Марокко и предпочитали селиться в горах, привлеченные сходным образом жизни, основанным на животноводстве и сельском хозяйстве, а также военными преимуществами знакомого типа местности. Наконец, были и сами испанцы, христиане, иудеи и обращенные в ислам. Законные немусульманские общины были более многочисленны и лучше организованы в Испании, чем где-либо еще в исламском мире. Правительство проводило в целом терпимую политику по отношению к ним, а те репрессии, какие все же имели место, в основном объяснялись политическими соображениями. Однако многие быстро перешли в ислам добровольно, а не по принуждению. Вскоре арабоязычные испанские мусульмане, свободные, вольноотпущенники и рабы, формировали основную часть населения. Даже те, кто остался верен старым религиям, в основном перешли на арабский язык. Уже в середине IX века Альваро, христианин из Кордовы, с сожалением замечает: «Многие из моих единоверцев читают стихи и повести арабов, изучают труды мусульманских богословов и философов, и не для того, чтобы опровергнуть их, а чтобы узнать, как правильнее и красивее выражаться на арабском языке. Где сегодня можно найти мирянина, который читал бы по-латыни комментарии на Священное Писание? Кто из них изучает Евангелия, Пророков, Апостолов? Все молодые талантливые христиане знают только язык и литературу арабов, с усердием читают и изучают арабские книги, громадной ценой создают из них большие библиотеки и во всеуслышание заявляют, что эта литература достойна восхищения. Среди тысяч из нас вряд ли найдется хоть один, кто умеет на сносной латыни написать письмо другу, зато несть числа тем, кто способен выражаться поарабски и сочиняет стихи на этом языке искуснее самих арабов».

Примерно в то же время архиепископ Севильи счел необходимым перевести Библию и снабдить ее примечаниями на арабском языке, не ради миссионерских целей, а для своей собственной паствы. Многие христиане работали на государственной службе, и омейядские эмиры

даже посылали епископов с важными дипломатическими миссиями. Для описания арабоязычных христиан и иудеев появился термин «мосараб», от арабского мустариб («сделанный арабом»). Термин «муваллад», что означает примерно «усыновленный», обозначал потомка перешедших в ислам неарабов.

Царствование Абд ар-Рахмана II (822–852) пришлось на относительно длительный период мира. Абд ар-Рахман перестроил кордовский эмират по аббасидской модели, ввел централизованную и бюрократическую администрацию и организовал аббасидский двор. Его отмечали как покровителя литературы, который привез с Востока множество книг и ученых, существенно укрепив культурные связи между испанским исламом и центрами исламской цивилизации на Востоке. Одной из наиболее заметных фигур среди них был Зирьяб, персидский музыкант, изгнанный от двора Харуна ар-Рашида завистью его учителя. Он нашел убежище при кордовском дворе. Зирьяб стал непререкаемым авторитетом вкуса и моды в испанской столице, ввел много новых и неизвестных там утонченностей восточной цивилизации, начиная от моды на восточную музыку до ношения тонких одежд и употребления в пищу спаржи.

При преемниках Абд ар-Рахмана угроза внутренних раздоров сошла на нет. Арабы, берберы и испанские мусульмане постепенно слились в однородное мусульманское население, которое гордилось независимой культурой и политикой, все более и более иберийской по своему мироощущению. Этому движению к политическому и культурному объединению во многом способствовал поворот событий в начале X века. Подъем Фатимидов в Северной Африке и создание еретического антихалифата во главе распространенного подрывного движения заставило эмира Абд ар-Рахмана III (921–961) возложить на себя титул халифа, тем самым провозгласив себя высшим религиозным, а также политическим главой мусульман Испании и разорвав последние узы подчинения с Востоком. С халифата Абд арРахмана III начался апогей Омейядов. Его правление было периодом политической стабильности и внутреннего мира, когда центральное правительство сумело твердой рукой подчинить себе и арабских феодалов, и берберских горцев. Восточное влияние сошло на нет, и начала складываться самостоятельная испано-арабская цивилизация, в которой классическая арабская традиция оказалась под воздействием

местной среды. В то же время власть сохраняла торговые связи с Востоком, а начало дипломатических отношений с Византией указывает на силу и престиж государства Омейядов. Аль-Хакам II (961–976), известный меценат, создавший библиотеку из многих тысяч томов, и особенно его визирь Аль-Мансур – или Альманзор – настоящий правитель страны, продолжили труд Абд ар-Рахмана по централизации правительства и объединению народа.

За смертью Аль-Мансура в правление Хишама (976–1008) последовал распад. Ослабление центрального руководства высвободило затаенное соперничество между двумя сторонами: «андалусской», то есть всем мусульманским населением Испании, и берберами, недавно переселившимися из Африки. В последовавшей интерлюдии гражданской войны и раздора роковую роль сыграла третья сторона, которую называли сакалибами (славянами). Этим словом сначала называли рабов восточноевропейского происхождения, а в итоге и всех рабов европейского происхождения на королевской службе. Многие из них были итальянцами или прибыли из еще непокоренных оплотов независимых христианских государств на севере. Их завезли еще в детском возрасте, и они были в основном мусульманами и говорили по-арабски. В середине IX века они приобретали все более важное значение как в армии, так и во дворце, и при Абд ар-Рахмане III их число, как сообщают источники, достигло 13 750 человек. Многие из них получили свободу и приобрели богатство и положение. Омейядские сановники использовали их для противодействия влиянию арабских вождей, назначая многих из них на высокие посты в правительстве и в командовании армией. Их неповиновение и конфликты с берберами способствовали свержению Омейядского халифата.

В первой половине XI века наступил период политической раздробленности, в который мусульманскую Испанию поделили между собой мелкие князьки берберского, славянского или андалусского происхождения. Эта политическая слабость привела к двойному вторжению в мусульманскую Испанию: христиан на севере при содействии франков и берберов на юге. В 1085 году волна христианской Реконкисты охватила город Толедо, утрата которого стала сокрушительным ударом для испанского ислама. Тем не менее, несмотря на политическую слабость и разобщенность страны, этот

период раздробленности стал временем культурного расцвета. Многие мелкие дворы сделались центрами науки, философии и литературы, в то время как упадок халифата позволил возобновить активные отношения с Востоком, как экономические, так и культурные.

Раздробленность закончилась новым берберским вторжением из Африки. Юсуф ибн Ташфин, основатель династии Альморавидов, вступил в Испанию по зову самих андалусцев, чтобы ответить на христианскую угрозу. Победив христиан в 1086 году, он приступил к присоединению мелких эмиратов к своей Мавританской империи. Альморавиды, в свою очередь, уступили место новой Африканской династии Альмохадов, последователей фанатичной берберской секты. В то же время христиане продолжили отвоевывать землю. В 1195 году мусульмане одержали свою последнюю крупную победу при Аларкосе. В 1212 году поражение мусульман в Лас-Навас-де-Толосе положило начало ряду христианских наступлений, кульминацией которых стал захват Кордовы в 1236 году и Севильи в 1248. Царство Альморавидов распалось на новую серию мелких и недолговечных эмиратов. К концу XIII века христиане отвоевали весь полуостров, за исключением только города и провинции Гранада, где мусульманская династия правила еще в течение почти двух столетий. Именно там, на закате испанского ислама, возникла великолепная мечта Альгамбры, последнее и высшее выражение его творческого гения. 2 января 1492 года объединенные войска Кастилии и Арагона захватили Гранаду. За несколько лет посредством серии эдиктов и изгнаний удалось добиться выдворения всех нехристиан – сначала евреев, а затем мусульман – с полуострова. Арабский язык некоторое время еще сохранялся среди принудительно обращенных в христианство, но и они были высланы в начале XVII века по подозрению в том, что тайно практикуют ислам.

Испанский ислам в период своего зенита представлял собой гордое зрелище. Арабы во многом обогатили жизнь полуострова: в сельском хозяйстве они ввели научную ирригацию и ряд новых культур, в том числе цитрусовые, хлопок, сахарный тростник и рис. Из Испании и Португалии хлопок, сахар и способ их выращивания попал на острова Атлантического океана и в конечном счете в Новый Свет. Изменения, которые они произвели в системе землевладения, сыграли значительную роль в процветании сельского хозяйства в Испании при арабском владычестве. Они развили много отраслей производства: