1
COVID-19 - глобальный вызов современному миропорядку
социалистический экономический пандемия
Авторы:
Хоперская Л.Л., Пшеничная Н.Ю.
Ключевые слова: международные отношения, миропорядок, коронавирус, пандемия COVID-19, системы здравоохранения, контроль над эпидемией, гуманитарная миссия.
Keywords: international relations, world order, coronavirus, COVID-19 pandemic, health systems, epidemic control, humanitarian mission.
После распада социалистического лагеря и Советского Союза сложился миропорядок, который сотрудники Института национальных стратегических исследований при Пентагоне охарактеризовали как глобальную систему, включающую четыре группы стран, выделенных по критерию уровня демократии и развития рыночной экономики:
- западное демократическое ядро (the Western democratic core);
- государства с переходной экономикой (transition states), к которым относятся Россия, Китай и Индия;
- государства-изгои (rogue states), т.е. «государства-преступники», способные спровоцировать конфликт с США и их союзниками, к ним были отнесены Ирак и Северная Корея, изгоем «на полставки» была объявлена Сербия и в перспективе Иран;
- государства-неудачники, «несостоятельные, проблемные и неуспешные» государства (failing states). В эту группу вошло подавляющее большинство стран Азии, Африки и Латинской Америки .
Обязанность обеспечивать порядок в этой системе приняли на себя США, объявив о своем глобальном лидерстве, под которым «прежде всего, имеются в виду неоспоримая военная мощь и способность ее проекции в глобальном масштабе, доминирование в финансовой и экономической сферах (особенно в сфере инноваций), культурное доминирование и несопоставимые с другими участниками международных отношений возможности в информационной сфере» .
Долгое время, несмотря на острую критику, эта концепция оставалась в силе, но в 2016 г. американский политолог Дж. Айкенберри признал, что «сегодня никто не подвергает сомнению тот факт, что богатство и власть смещаются с Севера и Запада на Восток и Юг, и старый мировой порядок, в котором доминировали США и Европа, сменяется новым, где все большую роль играют набирающие силу государства, не принадлежащие к Западу» .
Многочисленные дискуссии на дипломатических и международных экспертных площадках были посвящены принципам нового мироустройства. Фактически, они являлись столкновением мнений о том, какие ценности должны лежать в основе современного общества - традиционные (семейные и религиозные) или постмодернистские либерально-демократические (приоритет прав меньшинств, ЛГБТ, трансгендеров, пропаганда однополых браков, религиозных сект и культов).
Но в 2020 г. пандемия COVID-19, оказав глубочайшее влияние на экономические, политические и культурные аспекты жизни населения всего мира, дала ответ на этот вопрос, выдвинув в качестве основных ценности жизни и здоровья и тем самым задав новые параметры выстраивания миропорядка.
Следует отметить, что на первом этапе развития пандемии здравоохранение подавляющего большинства стран оказалось не готово к быстрому росту числа больных с вирусной пневмонией. Социально уязвимые группы населения не обращались своевременно, в том числе и по материальным причинам, за медицинской помощью. К моменту объявления ВОЗ о пандемии COVID-19, состоявшегося 11 марта 2020 г. , в мире уже было зарегистрировано более 150 000 случаев COVID-19 на территории 210 стран.
Но на втором этапе различные страны проявили разное отношение к эпидемии, в том числе и к регистрации случаев, а также применили отличающиеся подходы к противостоянию COVID-19. В зависимости от этого сегодня государства можно классифицировать по критерию способности противостоять пандемии, т.е. эффективно контролировать распространение инфекции в обществе, обеспечивать своих граждан надлежащим объемом и уровнем медицинской помощи.
В первую группу входят государства, способные самостоятельно, без внешней помощи обеспечить функционирование национальных систем здравоохранения. При этом практика показала, что ни уровень демократии, ни экономический потенциал, ни военная мощь не являются определяющими в достижении этой цели. В то же время существенными факторами являются «оказание взаимопомощи и углубление кооперации в области медицины и разработки диагностических тестов и лекарственных препаратов» , «координация в деле противодействия распространению коронавирусной инфекции» , «взаимодействие профильных служб ШОС, ответственных за обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия» . Для характеристики стратегии противодействия пандемии государств этой группы целесообразно обратиться к опыту Китая и России.
В Китае в начале января 2020 г. эпидемия стала быстро набирать обороты, распространившись на все провинции республики и за ее пределы, достигнув максимума 4 февраля, когда в течение только одних суток диагноз был подтвержден у 3884 человек. 20 января новая коронавирусная инфекция была включена в обязательный отчет об инфекционных заболеваниях, которые могут являть собой чрезвычайную ситуацию в системе охраны здоровья в международном масштабе, и карантинных инфекционных заболеваниях пограничного уровня, в результате чего COVID-19 начал подвергаться мониторингу и карантину на транспортных узлах . Это ознаменовало переход от первоначального частичного контроля к всестороннему принятию различных мер контроля в соответствии с законом. 23 января 2020 г. правительство КНР ввело строгие меры социального дистанцирования и ограничения движения сначала в Ухане, откуда началась эпидемия COVID-19, переросшая впоследствии в пандемию, а затем и в других регионах. Протоколы по диагностике и лечению, а также по профилактике и контролю над эпидемией были улучшены, а медицинские ресурсы, включая коечный фонд, медикаменты и средства индивидуальной защиты, усилены. Принятые меры практически незамедлительно сказались на эпидемической кривой, которая пошла вниз уже с начала февраля 2020 г.
На заключительном этапе мероприятия были сосредоточены на сокращении числа кластеров инфекции, достижении баланса между профилактикой и контролем эпидемии, включая тщательное, в том числе цифровое, отслеживание контактов, и устойчивым экономическим и социальным развитием, с единым командованием, высококвалифицированным руководством и реализацией политики, основанной на научных данных, а также мощной поддержкой общественных организаций, включая волонтерское движение. Подход, основанный на оценке риска, был принят с дифференцированными мерами профилактики и контроля для разных регионов. Все последовательно принятые меры в итоге позволили КНР 25 марта снять национальный карантин и практически через 2,5 месяца ликвидировать эпидемию.
Еще один пример сдерживания распространения эпидемии продемонстрировала Россия, которая полностью не закрывала границы ни с одной страной мира, в том числе с Китаем, вплоть до 27 марта. С конца января проводилось тестирование и тщательный мониторинг на протяжении инкубационного периода всех прибывающих из стран, где были зарегистрированы случаи локальной трансмиссии вируса. Это позволило нарастить мощности больниц, включая реанимационные койки, провести перепрофилирование стационаров и развертывание COVID-19-госпиталей, построить новые больницы из быстро возводимых конструкций, обучить медицинский персонал, разработать тест-системы и нарастить объемы их производства, начать разработку вакцин. Были введены ограничения на передвижения пожилых людей за пределами места проживания и обеспечена их социальная поддержка. После начала выявления случаев локальной передачи вируса с 16 марта во всех регионах страны стали вводиться ограничительные, а после регистрации роста таких случаев с 30 марта карантинные меры по всей стране. Это позволило предотвратить лавинообразный рост заболеваемости, в значительной мере снизив нагрузку на здравоохранение. Лишь 11 мая 2020 г., спустя более 2,5 инкубационных периодов с момента регистрации первой тысячи больных c COVID-19, страна вышла на пиковое значение по заболеваемости, при этом летальность составила 0,9% .
Самодостаточные в борьбе с COVID-19 государства (Китай и Россия) использовали и продолжают использовать следующие ресурсы:
- создание оперативных национального и региональных штабов в первые дни эпидемии и координация действий министерств и ведомств, вовлеченных в работу по ликвидации эпидемии COVID-19: в Китае - Министерства здравоохранения, Центра по контролю за заболеваемостью, Министерства науки и технологий, Министерства лесного хозяйства и природных ресурсов, Министерства внутренних дел, Министерства транспорта и связи и других министерств и ведомств, участвующих в работе по ликвидации эпидемии; в России - Министерства здравоохранения, Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзора), Министерства науки и высшего образования, Министерства природных ресурсов и экологии, Министерства внутренних дел, Министерства по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (МЧС), Министерства транспорта и связи, Министерства промышленности и торговли;
- введение ограничительных мер с одновременной перезагрузкой всей системы здравоохранения: бесплатное оказание медицинской помощи пациентам с COVID-19 и обеспечение строжайших мер инфекционного контроля, многоуровневое отслеживание контактов с помощью IT-технологий, многократное наращивание мощности госпиталей, увеличение производства диагностических тест-систем и объемов тестирования, разработка и производство лекарственных препаратов и вакцин;
- обеспечение совместными усилиями министерств, средств массовой информации, социальных сетей и волонтерских движений беспрецедентной социальной мобилизации населения.
Вторую группу составляют государства, признающие недостаточность собственных ресурсов и открыто обращающиеся за помощью в борьбе против распространения коронавирусной инфекции к странам, обладающим необходимыми средствами. Отметим, что и в данном случае выработанные США критерии оценки государств и их принадлежность к «незападной стратегической идентичности» не оказали никакого влияния на решение обратиться к ним за помощью.
Так, руководство Италии в связи с крайне тяжелой эпидемиологической обстановкой (8 марта Италия вышла на первое место в мире по смертности зараженных коронавирусом) 11 марта обратилось с просьбой о помощи к председателю КНР Си Цзиньпину, а 21 марта - к президенту России В. Путину. 12 марта Китай направил группу из девяти человек, а также 30 тонн необходимых медицинских и защитных материалов, 22 марта ВКС России доставили в Италию восемь мобильных бригад российских военных медиков и около ста дезинфектологов, автомобильные комплексы аэрозольной дезинфекции транспорта и территории, а также медицинское оборудование.
С аналогичными просьбами о направлении гуманитарных миссий в целях противодействия распространению коронавирусной инфекции к России обратились президенты Сербии, Республики Сербской (Босния и Герцеговина), Казахстана, Киргизии, Армении, Азербайджана, Узбекистана, Ливана, Абхазии, Таджикистана, Молдавии.
За период пандемии Россия передала тест-системы и реагенты для проведения более миллиона определений в 33 страны всех регионов мира, в числе которых Иран, Туркмения, Вьетнам, Конго, Гвинея, Непал, Коста-Рика, Никарагуа, Палестина, Афганистан, Куба, Лаос, Доминика, Ливан, Сербия, Венесуэла, Египет, ЮАР. Но бомльшая часть направлена в страны ЕАЭС и СНГ на безвозмездной основе. Аппараты для проведения тестирования были направлены в Донецкую и Луганскую народные республики .
На платной основе российские тест-системы поставляются в Турцию, Грузию, Украину, Австрию, Бангладеш, Болгарию, Бразилию, Венгрию, Германию, Индию, Италию и Объединенные Арабские Эмираты. На рассмотрении находятся заявки на оказание поддержки от целого ряда стран Африки и Ближнего Востока, в том числе Йемена, Алжира, Египта, Катара, Кувейта, Ливана, Ливии, Мавритании, Марокко, Палестины, Сирии, Судана и Туниса .
Китай выделил 2 млрд. долларов на помощь пострадавшим от коронавируса странам. С начала пандемии для борьбы с коронавирусом он предоставил гуманитарную помощь более чем 140 международным организациям и государствам, направил группы медиков в десятки стран и провел свыше 70 видеоконференций экспертов со 150 государствами и международными организациями . Важность китайской помощи подчеркивали официальные лица обратившихся к Китаю стран - президент Сербии А. Вучич, премьер-министр Чехии А. Бабиш и министр иностранных дел Италии Л. Ди Майо.
Оказываемую Россией и Китаем помощь в форме гуманитарных миссий, поставок тест-систем и медицинского оборудования, проведения специализированных онлайн-консультаций государства второй группы рассматривают как элемент трансформации и модернизации национальных систем здравоохранения с целью адекватного и эффективного противостояния распространению пандемии COVID-19.
Третья группа - государства, отрицающие опасность пандемии и принципиально отказывающиеся от осуществления каких-либо специальных ограничительных мер под предлогом защиты своей экономики. Однако смертность их граждан находится на высоком и среднем уровне. Главный эпидемиолог Швеции А. Тегнелл признал, что выбранная стратегия привела к высокому числу жертв (смертность в конце апреля достигала 12%). Более того, Швеция, которая не останавливала экономику, пострадала из-за закрытия границ в связи с зависимостью собственной экономики от производства в других странах.
В Белоруссии с начала распространения коронавирусной инфекции также не вводилось чрезвычайное положение. Страна продолжила жить без карантина, но с соблюдением ряда профилактических мер. 2 июля президент Белоруссии А. Лукашенко заявил, что республике удалось выстоять и победить CОVID-19 , тем не менее, рост числа жертв SARS-CoV2 в республике продолжился (на 2.07.2020 - 412 чел., на 17.09.2020 - 767 чел.), на 17.09.2020 смертность составляла 1,03%.
По официальным данным правительства Туркменистана, подтвержденные случаи заражения коронавирусом в республике отсутствуют. В конце марта журналистам запретили употреблять слово «коронавирус» в публикациях, его исключили из специальной брошюры, которую Министерство здравоохранения республики рассылало в учебные заведения, больницы и на рабочие места . Однако в середине июля Консультативно-техническая миссия ВОЗ выразила обеспокоенность информацией о росте случаев заболевания пневмонией в Туркменистане. Накануне прибытия миссии ВОЗ в республику там был введен масочный режим, ограничено автобусное и железнодорожное сообщение, создана общенациональная многосекторальная рабочая группа по COVID-19, утвержден план готовности и реагирования в связи с новой коронавирусной инфекцией и подготовлено руководство по профилактике, диагностике и лечению этого вируса.