развитых странах тенденция к увеличению значимости духовных ценностей в жизни людей способна получить развитие и в России, в связи с тем, что традиционно в российском обществе велика тяга к духовно-нравственным идеалам.
Российскому обществу и властным структурам предстоит сделать сложный выбор. Можно осуществить бесперспективный выбор в пользу консервации национальной культуры под флагом защиты ее самобытности или продолжения политики архаичной классической модели либерализма, не принимая во внимание особенности российской культуры. Для того, чтобы не сместиться на мировую периферию, необходимы последовательная модернизация культуры народа путем раскрепощения творческой энергии личности и развития национальных традиций, изменение социальноэкономической стратегии на основе формирования институционально-технологической модели, ориентированной на инновационный тип развития общества.
Вопросы для самоконтроля
1.В чём специфика природно-географических и культурноисторических условий развития российского общества?
2.Какова была властная система Древней Руси? Как взаимодействовали две её ветви: княжеская и общинно-вечевая?
3.Дайте характеристику сословно-представительной монархии. Чем она отличалась от царского самодержавия?
4.Каковы были ориентиры трансформации общества в советский
период?
5.В чём отличия между советской и постсоветской элитами?
6.В чём сущность либеральных реформ? Почему радикальнолиберальная модель трансформации российского общества привела к углублению системного кризиса?
7.Каковы сегодняшние ориентиры преобразования российского общества? Какова роль правящей элиты в этом процессе?
8.Взаимодействием каких двух тенденций всегда определялось развитие российской власти и общества?
118
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Культурно-ценностные установки задают общий вектор социополитической динамики, выступая гуманитарной доминантой реконструирования социального порядка. Все кардинальные изменения социального устройства происходили и происходят благодаря признанию важности реализации новых нравственноэтических принципов в определенный период времени.
Базовые ценности общества, выступая долговременной детерминантой его развития, являются противоречивым и эластичным основанием системы миропонимания и должны своевременно меняться в соответствии с изменяющимся миром. В реальной жизни общества не существует жесткой связи между базовой системой ценностей и институциональными сферами. Расхождение нравственно-этических норм и отдельных сегментов социального порядка затрудняет координацию событий в социальном потоке, способствуя росту социальной энтропии, напряженности и протестным действиям.
Разные социокультурные структуры в рамках социума как целостного образования имеют разную значимость, выполняют разные функции и их роль может существенно меняться в ходе социально-политической эволюции. Важность реконструирования тех или иных структур социума на каждом этапе его развития зависит от характера их влияния на общественное благосостояние.
Важная роль в реконструкции социальной реальности принадлежит элите как макросоциальному организатору. Элита – это особая общность людей, объединенных сходством устойчивых установок, стереотипов и норм поведения. Интегрированность элитной группы не исключает ее гетерогенности. Уровень сплоченности элит может быть различным и зависит от идентичности социокультурных представлений, социальной и национальной однородности, преобладающих способов рекрутирования, доминирующего стиля политического лидера и др. Российская элита имеет свои особенности, традиционно от неё многое зависит в определении траектории социального развития.
Трудности развития российского общества еще со времен Петра I во многом были вызваны стратегическим просчетом правящей элиты в выборе способов, этапов и путей социально-экономических преобразований. Данный выбор происходил часто без достаточного
119
учета культурно-исторических традиций страны на основе механического заимствования опыта социальной организации и государственного строительства западноевропейских стран, к тому же опыта устаревшего. Это способствовало формированию весьма противоречивой институциональной системы, основанной на сложном сочетании сословно-бюрократических и общинных отношений. Непоследовательность и запаздывание в проведении реформ, сильная зависимость правящих сил от власти монарха, медленные темпы формирования гражданских прав и свобод, глубокие противоречия между правящим классом и остальными слоями в обществе приводили к росту социальной напряженности. Возникшая со времен Петра I бюрократическая модель модернизации общества позволяла на основе периодически осуществляемых, навязанных сверху реформ лишь частично изменять положение в стране к лучшему. Ситуация стала все больше выходить из-под контроля правящих сил России в начале XX века, когда ведущие страны мира активно демократизировали свою социальную систему и формировали технико-экономические уклады второго поколения, а российское общество, находящееся в плену архаичной сословной системы и отставшее от уровня индустриализации более чем на пятьдесят лет, пыталось создавать технологическую основу первого поколения на основе перехода к бюрократической модели рыночной экономики.
Разворачивающаяся в настоящее время в мире новая волна научно-технической революции сопровождается информатизацией всех сфер жизни общества. В инновационном обществе изменяется роль основополагающих институтов, стремительно формируются новые формы горизонтальных и вертикальных связей, происходят глубокие культурные и духовные перемены. В последней четверти XX века Россия оказывается в ситуации очередного выбора модели цивилизационного развития, исчерпав возможности обновления традиционного типа движения.
Ответ на вызов времени может быть получен либо на основе выхода на новую парадигму развития, или на основе продолжения реализации безуспешных и опасных попыток провести назревшие преобразования по моделям прошлого, по классическим образцам либерализма. Трансформационный вызов времени предполагает реализацию стратегии, которая позволит решить в приемлемые сроки целый ряд важнейших задач, обеспечивающих преодоление
120
наметившегося в 90-е годы необратимого разрыва между Россией и ведущими странами Запада и осуществление модернизационного прорыва. В противовес модели догоняющей модернизации в России требуется разработка модели, опирающейся на основы социальноэкономической идентичности, упрочнение духа мобилизации творческих сил, органическое сочетание старых и новых ценностей, традиций и новаций, исходя из современной парадигмы мировоззрения.
121
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1.Американская социологическая мысль: Тексты. – М.,1994. 2.Аристотель. Соч.: В 4 т. – М., 1983.-Т.4.
3.Арон Р. Этапы развития социалистической мысли. – М.,1993. 4.Ашин Г.К. Элита и демократизм// Вестник МГУ. Серия 18.
Социология и политика. – 1996. – №5.
5.Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. – М., 1990. 6.Бердяев Н.А. Судьба России. – М., 1990.
7.Бердяев Н.А. Третий исход//Образ будущего в русской социально-экономической мысли конца ХIХ – начала ХХ века. – М., 1994.
8.Васильчук Ю.А. Постиндустриальная экономика и развитие человека//Мировая экономика и международные отношения. – 1994. – №3.
9.Вебер М. Основные понятия стратификации // Социс. – 1994. –
№5.
10.Восленский М. Номенклатура: господствующий класс Советского Союза. – М., 1991.
11.Гайдар Е. Аномалия экономического роста. – М., 1997. 12.Гидденс А. Стратификация и классовая структура // Социс. –
1999. – №9, 11.
13.Гоббс Т. Соч.: В 2 т, – М., 1982.-Т.1.
14.Дарендорф Р. Дорога к свободе // Вопросы философии. – 1990.
– №9.
15.Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. – М., 1991. 16.Егоров В.Л. Историческая география Золотой Орды ХIII – ХIV
вв. – М., 1985.
17.Камю А. Бунтующий человек. Философия. Политика. Искусство. – М., 1990.
18.Кант И. К вечному миру // Кант И. Соч. на немецком и русском языках. – М., 1994.
19.Кизеветтер А.А. История России// Россия: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. – Л., 1991.
20.Ключевский В.О. Боярская Дума Древней Руси – Пб., 1919. 21.Ключевский В.О. Курс русской истории. Соч.: В 9 т. – М.,
1988.
22.Ледонн Дж. Правящий класс России: характерная модель// Международный журнал социальных наук. – 1993. – №3.
122