Статья: Типология моделей современного отцовства (на примере Вологодской области и Республики Татарстан)

Вологодский научный центр Российской академии наук

Типология моделей современного отцовства (на примере Вологодской области и Республики Татарстан)

М.А. Груздева, канд. экон. наук, старший научный сотрудник,

О.Н. Калачикова, канд. экон. наук,

заместитель директора, заведующая

отделом исследования уровня и образа жизни населения

Вологда

Аннотация

в статье представлен анализ экономических оснований вариативности моделей генеративного поведения российских мужчин. Выдвинута гипотеза о наличии связи между вкладом в материальное обеспечение семьи и реализацией родительских функций, подкрепленной объективными с точки зрения семьи причинами и обусловливающей сохранение патриархальных стереотипов при выстраивании родительско-супружеских отношений. Информационной базой исследования послужило качественное социологическое исследование по генеративному поведению мужчин, проведенное в Вологодской области и Республике Татарстан в 2019 году. Предложена типология моделей поведения современных отцов в зависимости от их вклада в материальное обеспечение семьи; выделено пять типов, характерных для полных семей. Выявлено, что для мужчины важна оценка материального вклада партнерши в бюджет семьи, ее равной занятости «на работе», что стимулирует на больший вклад в воспитание детей, выполнение бытовых дел. В данном исследовании не выявлено активно вовлеченных отцов, для которых подход к распределению семейных функций не был бы детерминирован материальным вкладом супруги. Экономические основания являются не единственным фактором генеративного поведения мужчин, но продолжают играть значимую роль. Разработанная типология является гипотезой, которая будет проверяться в ходе проведения массового опроса мужчин с использованием экономико-математических методов.

Ключевые слова: генеративное поведение, демографическое развитие, экономические основания выделения моделей отцовства.

Annotation

генеративный мужчина экономический семья

M.A. Gruzdeva, candidate of economic sciences, senior researcher, head of the laboratory for research of management problems in the social sphere, Vologda Scientific Center of the Russian Academy of Sciences, Vologda.

O.N. Kalachikova, candidate of economic sciences, deputy director, head of the department of research of the level and lifestyle of the population, Vologda Scientific Center of the Russian Academy of Sciences, Vologda.

Typology of Models of Modern Paternity (On the Example of the Vologda Region and the Republic of Tatarstan)

the article presents an analysis of the economic foundations of the variability of models of generative behavior of Russian men. A hypothesis of research is a connection between the contribution to the material support of the family and the implementation of parenting functions, supported by reasons that are objective from the point of view of the family and causing the preservation of patriarchal stereotypes when building parent-matrimonial relations. The information base of the study was a qualitative sociological study on the generative behavior of men conducted in the Vologda region and the Republic of Tatarstan in 2019. A typology of models of behavior of modern fathers are proposed, depending on their contribution to the material support of the family, five types typical for complete families are distinguished. The developed typology is a hypothesis, it will be studied during a mass survey of men with using economic and mathematical methods.

Key words: generative behavior, demographic development, economic grounds for identifying models of paternity.

Введение

Демографическое развитие современной России характеризуется кризисными явлениями, как количественного, так и качественного характера. В условиях меняющейся социальной реальности претерпевает изменение и поведение людей, в частности генеративное, включающее в себя не только репродуктивное, но и родительское. Согласно исследованиям, большим трансформациям подвергается именно роль мужчины в брачно-семейных отношениях, социальная роль отца [11; 15]. Вместе с тем в отечественных исследованиях изучение феномена отцовства в рамках генеративного поведения раскрыто недостаточно широко; этот социально конструируемый феномен часто выступает предметом зарубежных исследований [6; 10]. В России изучением отцовства занимаются представители Санкт-Петербургской социологической школы [3; 4], ученые из Южного федерального университета [15], НИУ «Высшая школа экономики» [17] и др. Объективные основания, а именно трансформация института отцовства, размывание образа отца, наполнение его новыми смыслами, пока еще только осознаваемые российской социологической наукой, и несистематизированные причины и неоцененные последствия актуализируют научный поиск в данном направлении. Вопрос актуален и с точки зрения демографии, поскольку генеративное поведение мужчин во многом обусловливает репродуктивный выбор женщин. Исследованию генеративного поведения мужчин посвящен проект Республики Татарстан и Вологодской области, поддержанный грантом РФФИ, в рамках которого подготовлена данная публикация.

Целью работы стало выявление возможных типов генеративного поведения современных мужчин в зависимости от их вклада в материальное обеспечение семьи.

Материалы и методы

В основу статьи легли научные материалы и труды российских и зарубежных ученых по теме исследования. Для анализа использованы данные всероссийских опросов, проводимых ВЦИОМ, качественного социологического исследования по изучению генеративного поведения мужчин в рамках гранта. Оно предполагало проведение серии углубленных интервью по вопросам ценности родительства, участия в воспитании и уходе за ребенком, материальном обеспечении семьи. В 2019 году было проведено по 20 интервью в каждом из регионов исследования.

Результаты

Экономическая наука уделяет большое внимание оценке поведения человека. Ее «экономический человек» действует в соответствии с эгоистичными целями, связанными, по мнению А. Смита, с улучшением благосостояния [5; 19]. Он обладает ограниченными ресурсами и информацией, сравнивает альтернативы и принимает решения, основываясь на личных предпочтениях и возможностях; он рационален [1]. При этом действует он в определенных условиях, различия которых наиболее ярко прослеживаются в виде смены экономического уклада (от аграрной экономики до цифровой).

Семья, а точнее, с экономической точки зрения - домохозяйство, также подчиняются системе экономических регуляторов, формируя эффективный баланс функций всех его членов, некое разделение труда, нацеленное на общее благополучие. Родительство встраивается в общий функционал членов семьи (или домохозяйства). С учетом цели достижения материального благополучия структура занятости членов домохозяйств выстраивается исходя из максимально эффективного использования их возможностей. Поэтому забота о детях в многопоколенных семьях аграрного периода была большей частью возложена на старшее поколение. Молодые трудоспособные родители были заняты в производственной деятельности хозяйств, оставляя для реализации родительства вечернее и праздничное время. Промышленная революция, распространившая наемный труд, заложила основы разделения жизни на «работу и семью» вкупе с нуклеаризацией семей, логично закрепив заботу о детях преимущественно за матерями. На современном этапе социально-экономического развития эффективность члена домохозяйства измеряется размером его дохода и, соответственно, вкладом в бюджет домохозяйства. В этом лежит основа проявлений девальвации родительского труда, его относительно меньшая ценность по сравнению с трудовой деятельностью, приносящей доход.

Изменения в образе жизни россиян инициировали заметные подвижки в формировании брачно-репродуктивных стратегий. Имеют место традиционно-патриархальные сюжеты с довольно четким разделением функций, и child free (добровольный отказ от рождения детей), и эгалитарные, и меняющиеся в течение жизни. При этом экономические основания продолжают играть существенную роль, выступают важной частью фундамента современной семьи, фактором распределения функций партнеров и, нередко, властных полномочий. По данным опросов, главные мотивы создания ячейки общества - взаимоуважение и любовь [7], а для продолжительных и устойчивых отношений важно материальное благополучие. В патриархальной модели, как правило, внутренние заботы (взаимоотношения, психологический климат, быт, дети) являются женской прерогативой, внешние (безопасность, социальные связи, материальное обеспечение) - мужской [11]. Эгалитарность проявляется не в равноправии, а в разделении обязанностей, что реализуется в большей степени молодыми людьми [13].

Несмотря на то что всё чаще встречается эгалитарность, остаются экономические основания для реализации «внутрисемейного разделения труда», в которых мужчина является главным добытчиком и главой семьи. Это связано со сложившейся ситуацией на рынке труда. Мужчины в среднем имеют более высокие доходы, чем женщины. Так, женщины принимаются на работу на низкооплачиваемые должности и получают значительно меньшую заработную плату, чем мужчины [8; 20]. Данный факт мог быть обусловлен различиями в уровне образования или занимаемых должностей, отраслей. Однако это не так. В 2015 году орган статистики по Вологодской области провел сбор гендерной статистики, свидетельствующий, что заработная плата мужчин выше в организациях практически всех видов экономической деятельности. И эта ситуация, несмотря на определенный прогресс в установлении гендерного равенства в политической и экономической сферах См.: Гендерное равенство // Официальный сайт ООН. URL: https://www.un.org/ru/sections/issues-depth/gender-equality/., только усугубляется. Уровень образования работниц-женщин даже выше, чем мужчин: в разрезе занимаемых должностей разница выше в 2 раза [по данным: 16].

Эти обстоятельства поддерживают приоритет трудовой деятельности для мужчин. Вместе с тем, по данным опроса ВЦИОМ, проведенного в 2018 году, показано, что образ мужчины как единственного добытчика в семье уже не столь однозначен, так как женщины тоже зарабатывают деньги, осознают свою значимость в этом вопросе и прилагают усилия к грамотному распределению бюджета. Мужчины продолжают считать, что их вклад в обеспечение семьи куда более значителен: они считают, что женщина должна вносить примерно 1/3 (32%), женщины уверены, что их вклад должен составлять 43% (табл. 1).

Таблица 1

Представления о «должном» размере вклада женщины в семейный бюджет и реальный вклад супругов в общий бюджет семьи

Респонденты отмечали процент от 0 до 100, где 0 - «совсем не должна обеспечивать семью», а 100 - «должна полностью обеспечивать семью» (закрытый вопрос, один ответ, среднее значение в % по ответам всех опрошенных, назвавших процент).

**Индекс гендерного равенства показывает, насколько равнозначно распределены семейные обязанности между мужчинами и женщинами. Чем выше значение индекса, тем выше уровень равенства. Индекс рассчитывается как сумма ответов на вопрос «Как в Вашей семье/паре распределяются следующие обязанности?», причем ответу «совместно» присваивается коэффициент 1, ответам «мужчина» и «женщина» - коэффициент 0,5, остальным ответам - коэффициент 0. Индекс измеряется в пунктах в пределах от 50 до 100.