Правовое положение каторжников в период отбывания наказания определялось инструкциями центральных учреждений и ведомств. На основе этих нормативных документов начальники каторжных тюрем разрабатывали собственные инструкции. Одним из наиболее значимых документов такого рода был распорядок дня арестанта, установленный "Общей тюремной инструкцией". В соответствии с требованиями инструкции, день арестанта начинался в шесть часов утра с поверки по камерам. После это следовал утренний туалет, а затем "поочередно небольшими партиями" заключенных выпускали "в отхожие места". Утренний чай с ржаным хлебом пили в восемь часов утра, после чего каторжан уводили на работу. Свободные от работы возвращались в камеры и до утренней прогулки занимались своими делами. Расписание прогулок составлялось непосредственно тюремной администрацией, с таким расчетом, чтобы все заключенные могли пользоваться ими ежедневно в пределах от десяти минут до получаса. Последнее требование соблюдалось далеко не всегда. В Горном Зерентуе, к примеру, имели место случаи, когда заключенные выходили на прогулку 1-2 раза в неделю на 10-15 минут. Обед начинался в 12 часов, ужин в 6 часов вечера, затем следовала уборка камер, после которой в камеры приносили кипяток. По окончании вечерней поверки и предусматриваемого инструкциями ежедневного обыска, в 9 часов арестанты ложились спать. "Общая тюремная инструкция" на сон отводила арестантам от 7 до 8 часов в сутки.
Состояние медицинского обслуживания каторжников было неудовлетворительное. Это было связано с переполнением тюрем, плохим их обустройством, низкокалорийным питанием, плохим состоянием системы медицинского обслуживания осужденных, нехваткой денежных средств. В тюремных лазаретах не хватало медицинского персонала и элементарных медикаментов. Нехватка мест в тюремных лазаретах приводило к тому, что нередко больные заключенные подогу находились в общих камерах со здоровыми людьми. Подобная порочная практика приводила к распространению в тюрьмах простудных и инфекционных заболеваний: катару дыхательных путей, воспалению легких, туберкулезу и др. Условия каторги особенно тяжело сказывались на здоровье женщин. Это толкало каторжников на побеги. По отношению к заключенным практиковалось одиночное заключение, порка розгами. Имели место такие наказания, как приковывание на определенный срок к тачке или к стенной цепи.
В 1886 году забайкальские тюрьмы и места ссылки посетил американский путешественник Дж. Кеннан. Он был поражен условиями, в которых находились заключенные и ссыльные. По приезду в Америку он написал книгу "Сибирь и ссылка". В начале XX века она была издана в Англии, а затем и в России. В ней он писал: "Для цивилизованного государства позорно даже самых отъявленных преступников заставлять жить в подобной обстановке". Благодаря Кеннану весь мир узнал о Нерчинской каторге.
По истечении определенного срока заключенные могли быть переведены в так называемую вольную команду. Теперь они находились за пределами тюрьмы - "на свободе". Но свобода была относительной - заключенные использовались на различных работах, находясь под постоянным надзором. Дж. Кеннан, осмотрев один из подобных "поселков" вольной команды на Карийской каторге, писал, что более жалким жилищем, чем эти лачуги, нельзя себе и представить: некоторые их них напоминали, скорее, собачьи конуры, кое-как склоченные из валежника и досок. По его мнению, "вольная команда" в гораздо большей степени содействовала преступности и пьянству, чем искореняла их.
Ежегодно с каторжных работ бежали сотни заключенных. Часто это были самые опасные уголовные преступники, от которых приходилось страдать местному населению. Бежали как правило, с установлением теплой погоды. Своеобразным "сигналом" служило первое кукование кукушки. "Исполнитель приказание генерала Кукушки" на языке каторжников означало "бежать". Месяцами они, как затравленные звери, скрывались в лесах, питались ягодами, кореньями, переносили бесчисленные лишения и страдания. Подобных беглецов называли бродягами.
Они стремились лесами пробраться как можно дальше и выйти к Байкалу, где их ожидала сложная переправа. Именно о таких беглецах рассказывается в известной песне, слова которой я привела в начале 3 главы. Надежда на удачный побег была ничтожна. Пойманного ожидало ухудшение условий содержания. Его подвергали наказанию - от 50 до 100 ударов кнутом, и увеличивали срок каторги - от 10 до 20 лет. Помимо этого, их заковывали в кандалы, приковывали к тачке или тюремной стене. В одном Петровском Заводе в 1831 году к тачкам за побеги было приковано более 100 арестантов. И, тем не менее, несмотря на суровость наказания, каждую весну заключенные вновь пополняли "армию генерала Кукушки" и несколько месяцев могли наслаждаться свободой.
По отбытии срока наказания каторжников переводили в разряд ссыльнопоселенцев. Часто местом ссылки определяли те же места, где они были в заключении.
Рассмотрим трудовые отношения, возникающие в тюрьмах Нерчинской каторги, а именно вопросы вознаграждения за труд ссыльнокаторжных. Заработок - это право человека на вознаграждение за труд. Важность и необходимость вопроса о заработках арестантов каторжных тюрем никто не мог отрицать. В законодательстве заработок арестантов каторжных тюрем устанавливался в размере 1/10 от общего количества заработанных денег. Это ничтожная часть дохода каторжан едва ли могла способствовать мотивации к труду, сам по себе каторжный труд без вознаграждения уже являлся наказанием.
Во время содержания под стражей арестанты всех наименований с разрешения тюремного начальства имели право расходовать на свои нужды и надобности и на пособия их семейства не более половины заработанных каждым лицом денег, а остающиеся суммы, - говорилось в законе, - выдавать арестантам при освобождении и при нормальном его поведении осужденный всегда может получить половину его заработка. В случае смерти арестанта во время содержания в местах заключения причитающий ему заработок выдается наследникам.
Все это способствовало тому, что каторжане, выходя из тюрьмы, имели незначительные накопления и не могли обосноваться более или менее сносно на поселении. Такую систему вознаграждения за труд едва ли можно признать целесообразной. Освобождение же из тюрем значительного числа людей, лишенных средств к существованию, сравнительно уже пожилых, приводило к новым преступлениям со стороны этих людей, что способствовало пополнению рядов рецидивистов и возврат их в тюрьмы.
4. Культурный досуг ссыльнокаторжных
Однако и в этой серой повседневности у заключенных были приятные моменты. К числу тюремных радостей относилось: переписка и свидание с родными, чтение книг, мытье в бане. Устав о ссыльных разрешал каторжникам вступать даже в брачно-семейные отношения. "Ссыльнокаторжные, мужчины и женщины, первого разряда через 3 года, второго разряда через 2 года, а третьего через 1 год после поступления в отряд исправляющихся, могут вступать в брак" - говорилось в 182 ст. Устава.
Письма для отправления родным принимались тюремной администрацией по субботам, а встреча с родственниками разрешались только по воскресным дням. Переписка с родными в соответствии с циркулярами Главного тюремного управления ставилось в зависимость от поведения заключенных. При хорошем поведении заключенные могли писать два письма в месяц. Для этого в камерах разрешалось иметь чернила, карандаши и бумагу. Все письма перед отправкой в предварительном порядке просматривались тюремной администрацией.
Заключенным в свободное от работы время разрешали читать книги и журналы, а начальник Главного тюремного управления А.П. Соломон при посещении Нерчинской каторги рекомендовал даже обучать грамоте каторжников. Здесь уместно отметить, что первые тюремные школы грамотности и библиотеки возникли еще в период пребывания на каторге декабристов. Согласно требованиям Устава содержание под стражей, арестантам разрешалось чтение духовных, нравоучительных и исторических книг. Чтение же газет и иных периодических изданий разрешалось только лицам, ссылаемым исключительно в административном порядке.
Для многих заключённых тюрьма стала своеобразным университетом, в котором они прочитали столько книг, сколько не прочитали, будучи на свободе. Например: находясь в Петропавловской крепости, П.А. Кропоткин занимался изучением истории России, писал труды, предназначенные для Географического общества. Он не только пользовался книгами из тюремной библиотеки, но и выписывал литературу из "великолепной" библиотеки Академии наук и библиотеки Черкасова. "По целому тому в сутки" читал в Доме предварительного заключения Н.А. Морозов. Пробыв 25 лет в одиночном заключении, он вышел на свободу крупным учёным, труды которого получили мировое признание. Узник Петропавловской и Шлиссельбургской крепостей, он продемонстрировал исключительную выдержку и во время заточения в Двинскую крепость 1911 г., где изучил древнееврейский язык с целью исследования старозаветной Библии и написал четыре тома "Повестей моей жизни". Известно, сколь "плодотворно" проводил время в заточении Д.И. Писарев - в застенках Петропавловской крепости им написаны лучшие произведения.
5. Юмор в среде ссыльнокаторжных
По признанию каторжан, тяжесть наказания каторгой состояла не столько в режимных нормах, сколько в изолированности от внешнего мира и общежитийном принципе содержания. Дело в том, что обитателям тюрем приходилось длительное время находиться в одних и тех же помещениях с одними и теми же людьми, среди которых очень часто рождалось психологическая несовместимость. Чтобы не возникало ссор на почве межличностных конфликтов, заключенные предпринимали различные меры. Во многом помогал юмор и самоирония. Несмотря на тяжесть обстановки, обитатели тюрем смеялись, шутили над собой, над своими товарищами, над ситуациями. Здоровый и необидный смех спасал людей, тушил разгорающиеся конфликты, разряжал атмосферу в коллективе.
Уровень шуток различался, встречались и обидные, задевавшие самолюбивых и амбициозных. Но больше ценилось остроумие, умело и тонко подмечавшее недостатки.
Разумеется, умение удачно шутить зависело от уровня общей культуры, интеллекта, душевной тонкости.
Заключенным хотелось шутить, чтобы выжить. Каждой камере тюрьмы они придумывали прозвище.
Практиковали в тюрьме и сатирическое творчество. Желающих писать смешные рассказы на разные темы было немало. Кроме серьезного и солидного рукописного журнала "Кара" заключенные выпускали юмористический "Листок объявлений", в котором помещали смешные истории, пародии. Одного издания заключенным оказалось недостаточно они выпускали еще и журнал "Кара и кукиш". Он полностью посвящался юмористическим и курьезным случаям из жизни политической каторги.
Юмор в тюрьме создавал не только настроение, позволяя выжить заключенным. Постепенно из него сформировалась тюремная культура.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Система наказаний нового времени должна была, прежде всего "убедить преступника в справедливости наказания, в том, что государство карает их не из мести, не из злобы, а по необходимости, и что меры его рассчитаны на благие результаты, как для общества, так и для каждого отдельного преступника". Ведущие тюрьмоведы страны обращали внимание на необходимость повышения расходов государства на нравственно-умственную культуру арестантов и на поддержку их после отбывания наказания. Но к концу XIX века многие юристы склонялись к мысли о том, что каторга, как вид наказания, не нужна государству, поскольку основных целей она не выполняла. Но, несмотря на эти рассуждения, каторга продолжала существовать вплоть до ее ликвидации в 1917 году.
Таким образом, ссылка в каторжные работы была одним из основных и важных видов наказания во второй половине XIX века. Первоначально каторге отводилась функция наказать, покарать преступника и получить от его "тяжкого" труда максимальный доход. Со временем в связи с либерализацией российского общества, понимание значения каторги изменяется - появляется воспитательная задача труда арестантов в каторжных работах и соответственно создание условий для его перевоспитания, то есть, в борьбе с преступностью для формирования устойчивого развития общества важно стало не столько "уничтожение" преступника, сколько его перевоспитание. Можно говорить о том, что защита прав человека, в том числе и элементарных прав преступников нецеленаправленно стала важным условием для формирования гражданского общества в России.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
1.Гражданское общество: история и современность: сб. статей: в 2 ч. / Заб. гос. гум-пед. ун-т. Чита, 2007.- 41-197 с.
.Сибирская ссылка: Сборник научных статей. / Отв. ред. А.А. Иванов. Иркутск: Изд-во "Оттиск", 2003.-Вып. 2 (17).-324 с.
.Сибирская ссылка: Сборник научных статей. / Отв. ред. А.А. Иванов, Б.С. Шостакович. Иркутск: Изд-во "Оттиск", 2009.- Вып. 5 (17).-624 с.
.Сибирская ссылка: Сборник научных статей. / Отв. ред. А.А. Иванов, С.И. Кузнецов, Б.С. Шостакович. Иркутск: Изд-во "Оттиск", 2011.-Вып. 6 (18).-720 с.
.Романюк Л.Б. Заработки ссыльнокаторжных Нерчинского горного округа и их распределение // Вестн. ЗабГУ. - 2012.- №12 - с. 9-17.
.Филиппова Т. Книга на каторге и ссылке // Библиотечное дело - 2010 - №15. - С.1.