Второй сценарий развития миграционной ситуации в ЕАЭС рассматривает перспективы территориального и количественного расширения интеграционного объединения. При данном сценарии требуется оценить влияние увеличения числа членов на потоки трудовой миграции, социально-экономические условия вступающих в ЕАЭС стран. Потенциальными партнерами могут стать республики Таджикистан и Узбекистан. Территориальное расширение ЕАЭС потребует активного взаимодействия с другими странами и интеграционными объединениями. В первую очередь оно коснется управления миграционными и демографическими процессами на фоне усиления конкуренции трудовых ресурсов.
По мнению Президента РФ В. В. Путина, ЕАЭС не стремится объединить только постсоветские государства, он может сыграть роль связующего звена между Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом. У взаимоотношений ЕАЭС и ЕС существуют большие перспективы совместного развития, несмотря на напряженность последнего периода. Конструктивное сотрудничество на основе обоюдных экономических интересов в XXI в. способно сформировать единое экономическое пространство на континенте. Преимущество интеграции на постсоветском пространстве заключается в сохраняющихся братских связях и в существующих межгосударственных отношениях на основе взаимной выгоды и уважения независимости и неприкосновенности государств евразийской интеграции. За последние четыре года в ЕЭК подано более тридцати обращений от стран, желающих вступить в зону свободной торговли с ЕАЭС, наметились контуры сопряжения двух интеграционных проектов - ЕАЭС и инициативы «Новый Шелковый путь».
Российская миграционная политика сконцентрировалась на регулировании иммиграции, а также на проблемах иммигрантов в стране. Во второй концепции (Концепция государственной миграционной политики Российской Федерации на период до 2025 г.) озвучены задачи по созданию условий для переселения в Российскую Федерацию на постоянное место жительства российских соотечественников, проживающих за рубежом, эмигрантов и ряда категорий граждан из дальнего зарубежья; разработке дифференцированных механизмов привлечения, отбора и использования иностранной рабочей силы; содействию образовательной миграции и поддержке академической мобильности. Однако в этом документе отсутствуют конкретные прогнозные параметры миграционного притока. Лишь в «Концепции демографической политики Российской Федерации на период до 2025 года» отмечается, что необходим миграционный прирост на уровне более 300 тыс. человек ежегодно.
В третьем сценарии, самом оптимистичном, предполагается отток и падение уровня трудовой миграции на фоне углубления интеграционных процессов. В долгосрочной перспективе евразийской интеграции с ростом национальных экономик стран-участников потребуется собственная национальная стратегия. Развитие национальных экономик государств ЕАЭС приведет к значительному сокращению трудовой миграции в связи с востребованностью трудовых ресурсов в странах-донорах союза.
Казахстан активно принимает мигрантов из стран Азии для поддержания этнокультурного баланса, а также трудовых мигрантов для восполнения дефицита трудовых ресурсов. Позиция Казахстана в вопросах управления миграционными процессами должна учитываться, поскольку государство расположено на геополитическом перекрестке и является евразийским мостом между востоком и западом. В его планах создать Международный финансовый центр и формировать собственный внешнеполитический курс, участвовать в построении миграционной политики в соответствии со своей позицией. Жителям Центральной Азии становится все легче зарабатывать на жизнь в Казахстане, чем в России. Ментальность казахов близка к киргизской, мигранты-киргизы обеспечивают этнокультурный баланс казахам-оралманам, компенсируют дефицит трудовых ресурсов. Появившиеся на евразийском пространстве новые центры притяжения трудовых мигрантов означают, что в ближайшем будущем произойдет диверсификация миграционных потоков на евразийском пространстве. Россия вступит в конкуренцию за трудовые ресурсы на региональном уровне. Предполагается снижение миграционного потока и отток из России прибывших ранее трудовых мигрантов, что возможно при нестабильности экономической и политической ситуации в России и сокращении рабочих мест. Однако развитие событий по данному сценарию в современных условиях маловероятно, поскольку для мигрантов, готовых вернуться в страну, в экономике Киргизской Республики в ближайшее десятилетие не будет достаточного количества рабочих мест.
Заключение. Проанализировав динамику развития миграционных процессов, протекающих в рамках евразийской интеграции постсоветского пространства на примере Киргизии и России за тридцатилетний период, современные мировые тенденции, трансформации и перераспределение трудовых ресурсов и капиталов на мировом рынке, следует отметить, что миграционные процессы, возникающие в процессе развития экономик стран евразийского региона, заставляют участников интеграции договариваться. Последнее глобальное потрясение - распространение пандемии COVID-19 - внесло дополнительные штрихи к будущему трудовой миграции. Потребности мировой экономики не позволят сократить мировой рынок труда, однако определенные требования со стороны правительств национальных государств и на уровне глобального управления создадут некоторые подвижки. Так, международная организация труда предлагает внести некоторые положения в защиту мигрантов в период пандемии [13]. В случае ЕАЭС лишь скоординированная политика стран-участниц, представляющая надгосударственные интересы ЕАЭС с учетом национальных интересов, приведет к запланированным результатам.
В условиях меняющего мира и с учетом возникающих общих внешних угроз страны ЕАЭС, имея генетическую память совместного проживания, при наличии общего средства коммуникации (русского языка) и возможности создания общего образовательного пространства могут обеспечить в перспективе современные производства высококвалифицированными кадрами. Тем самым определить рост экономики и конкурентоспособность Союза на внешних рынках, что будет способствовать повышению уровня оплаты труда и уровня жизни населения. Рост уровня внешней торговли вызовет интерес для вступления в интеграционное пространство новых членов. Расширение географии евразийского пространства и выход на внешние торговые рынки «свободной торговли» значительно увеличат трудовые потоки, сферу предоставления товаров и услуг.
Таким образом, на фоне мирового экономического кризиса и стагнации экономик многих стран и экономических объединений Евразийскому объединению необходимо приложить все усилия и способности договариваться и вырабатывать общую стратегию и идеологию совместного развития этого объединения, принимать соответствующие политические решения. Такие шаги позволят реализовать потенциал ЕАЭС в экономическом и социально-гуманитарном плане, расширят перспективы развития рынка труда и возможно приведут к созданию политического союза в рамках ЕАЭС, повысят уровень защищенности от нарастающих внешних угроз.
Список литературы
трудовая миграция интеграция еаєс
I. 20 лет независимости Кыргызской Республике. Цифры и факты. Бишкек, 2011. 109 с.
2. Багаева А. В. Роль миграции в ускорении и замедлении процессов регионализации // Вестник Башкирского института социальных технологий. 2018. Т. 3, № 40. С. 15-21.
3. Жеребцов А. Н., Малышев Е. А. Миграционная безопасность Российской Федерации: проблемы административно-правового обеспечения // Общество и право. 2018. № 3. С. 104-113.
4. Кулькова И. А. Применение процессного подхода к управлению миграционными процессами в России // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Экономика и управление. 2018. № 1. С. 155-160.
5. Кыргызстан в цифрах. 2019 // Национальный статистический комитет Кыргызской Республики. URL: http://stat.kg/ru/publications/sbornik-kyrgyzstan-v-cifrah (дата обращения:15.04.2020). Текст: электронный.
6. Миграция и денежные переводы // Всемирный банк. URL: https://www.vsemirnyjbank.org/ru/re- gion/eca/brief/migration-and-remittances (дата обращения: 15.05.2020). Текст: электронный.
7. Музыченко П. Б., Музыченко Н. П. Особенности развития управления миграционными процессами в России: история и современность // Актуальные вопросы юридической науки и практики: сб. ст. Хабаровск: ТОГУ, 2018. С. 332-337.
8. Отчет Государственной службы миграции при Правительстве Кыргызской Республики о проделанной работе за 2019 год // Государственная служба миграции при Правительстве Кыргызской Республики. URL: http://ssm.gov.kg/%D0%BE%D1%82%D1%87%D0%B5%D1%82%D1%8B (дата обращения: 21.04.2020). Текст: электронный.
9. Ткаченко И. Ю., Шарыкина Ю. В. Проблемы интеграции на постсоветском пространстве в формате ЕАЭС // Российский внешнеэкономический вестник. 2016. №10. С. 34-50.
10. Тураева М. О. Экономика Киргизии: институты и ресурсы развития. М.: Институт экономики РАН, 2016. 50 с.
II. Цапенко И. Л. Регионализация миграционных процессов // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2017. Т. 10, №4. С. 70-85.
12. Martin Ph., Ruhs M. Labour Market Realism and the Global Compacts on Migration and Refugees. URL: https://cadmus.eui.eu/bitstream/handle/1814/62065/RSCAS%202019_23.pdf?sequence=1 &isAllowed=y (дата обращения:20.04.2020). Текст: электронный.
13. Policy Brief. URL: https://www.ilo.org/wcmsp5/groups/public/---ed_protect/---protrav/---migrant/ documents/publication/wcms_743268.pdf (дата обращения: 21.04.2020). Текст: электронный.
References
1. 20 let nezavisimosti Kyrgyzskoy Respublike. Tsifry i fakty (20 years of independence of the Kyrgyz Republic. Figures and facts). Bishkek, 2011. 109 p.
2. Bagaev A. V. Vestnik Bashkirskogo instituta sotsialnyh tehnologiy (Bulletin of the Bashkir Institute of Social Technologies), 2018, vol. 3, no. 40, pp. 15-21.
3. Stallions A. N., Malyshev E. A. Obshchestvo ipravo (Society and Law), 2018, no. 3, pp. 104-113.
4. Kulkova I. A. Vestnik Voronezhskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Ekonomika i upravleniye (Bulletin of the Voronezh State University. Series: Economics and Management), 2018, no. 1, pp. 155-160.
5. Natsionalnyy statisticheskiy komitet Kyrgyzskoy Respubliki (National Statistical Committee of the Kyrgyz Republic). URL: http://stat.kg/ru/publications/sbornik-kyrgyzstan-v-cifrah (Date of access: 15.04.2020). Text: electronic.
6. Vsemirnyy bank (World Bank). URL: https://www.vsemirnyjbank.org/en/region/eca/brief/migration- and-remittances (Date of access: 15.05.2020). Text: electronic.
7. Muzychenko P. B., Muzychenko N. P. Aktualnye voprosyyuridicheskoynaukiipraktiki: sb. st.(Actual issues of legal science and practice: collected articles). Khabarovsk: TOGU, 2018,pp. 332-337.
8. Gosudarstvennaya sluzhba migratsii pri Pravitelstve Kyrgyzskoy Respubliki (State Migration Service under the Government of the Kyrgyz Republic). URL: http://ssm.gov.kg/%D0%BE%D1 %82%D1%87%D0%B 5%D1%82%D1%8B (Date of access: 21.04.2020). Text: electronic.
9. Tkachenko I. Yu., Sharykina Yu. V. Rossiyskiy vneshneekonomicheskiy vestnik (Russian Foreign Economic Bulletin), 2016, no. 10, pp. 34-50.
10. Turaeva M. O. Ekonomika Kirgizii: instituty iresursy razvitiya (Economy of Kyrgyzstan: institutions and development resources). Moscow: Institute of Economics of the Russian Academy of Sciences, 2016. 50 p.
11. Tsapenko I. L. Konturyglobalnyh transformatsiy:politika, ekonomika, pravo (Outlines of global transformations: politics, economics, law), 2017, vol. 10, no. 4, pp. 70-85.
12. Martin Ph., Ruhs M. Labour market realism and the global compacts on migration and refugees (Labour market realism and the global compacts on migration and refugees). URL: https://cadmus.eui.eu/bit- stream/handle/1814/62065/RSCAS%202019_23.pdf?sequence=1&isAllowed=y (Date of access: 20.04.2020). Text: electronic.
13. Policy brief (Policy brief). URL: https://www.ilo.org/wcmsp5/groups/public/---ed_protect/---protrav/- --migrant/documents/publication/wcms_743268.pdf (Date of access: 21.04.2020). Text: electronic.