Швейцарская союзная Конституция 1874 года завершила дело распространения начальной школы по всей стране, обязав кантоны ввести у себя всеобщее обязательное обучение. Статья 27-я школьного устава от 19 апреля 1874 года гласила: "союз обязан независимо от политехнической школы учредить университет и поддерживать уже существующие подобные учреждения". Особенно привлекали российскую общественность те установления, по которым кантоны обязаны были заботиться "об обеспечении нужд элементарного образования, которое должно находиться исключительно под государственным управлением. Элементарное образование обязательно и бесплатно", "общественные школы должны быть посещаемы всеми, независимо от их взглядов и вероисповедания" [2, c. 9-10].
В действительности же российские исследователи истории становления швейцарской школьной системы вслед за швейцарскими коллегами знали и понимали, что "различие в постановке народной школы в отдельных кантонах так значительно, что попытка сделать общую характеристику швейцарской народной школы едва ли привела бы к каким-нибудь результатам. Обязательность обучения, бесплатность его и необязательность для учеников обучения религии являются чуть ли не единственными однородными чертами швейцарских народных школ; что же касается продолжительности обучения, программы его, учительского персонала и вообще всех остальных частей организации школьного дела, - то они чрезвычайно различны и находятся, главным образом, в зависимости: 1) от экономического положения кантона: кантоны промышленные, густонаселенные… оставляют, в большинстве случаев, далеко позади себя земледельческие и в особенности горные кантоны, с редким и бедным населением; 2) от географического его расположения: влияние его особенно сказывается в горных кантонах… о посещении школы в продолжение всего года не может быть речи…; 3) от того, к какой Церкви принадлежит кантон (католической или протестантской): влияние это особенно заметно в чисто католических кантонах (Ури, Швиц, Унтервальден, Цуг и др.)" [4, c. 17-18].
В России ХIХ века вполне обоснованно, с пониманием собственной несостоятельности в сфере народного образования, осознавался факт нерациональности "такой постановки школьного обучения" в Швейцарии, "при которой оно находится в зависимости от столь многочисленных и разнообразных условий и не достигает намеченной цели (поднятия до определенного уровня умственного развития всех граждан)" [Там же, c. 18]. Тем интереснее было узнать, как преодолевались эти трудности в самой Швейцарии, где общественное мнение признавало противоречие "существующей ныне системы организации народной школы" параграфу 27 союзной Конституции. Выход был найден в результате дебатов: начальное обучение было введено повсеместно при материальной поддержке кантонов союзным правительством [Там же, c. 19]. Прозвучали лозунги "введения союзного контроля над школами и более точных требований от кантонов в области народного образования" [Там же, c. 19-20]. Таким образом, по мнению российского педагогического сообщества, в Швейцарии первой половины XIX века была создана вполне рациональная система образования, в условиях конфедерации учитывавшая и кантональные особенности. Конституция 1874 года, подведя итоги всему предшествующему периоду, гарантировала швейцарским гражданам обязательное всеобщее школьное образование. В России подобные гарантии были делом будущего…