Несмотря на определенное внимание федеральной власти к проблеме региональной политики и стратегического планирования в области регионального развития, существенных изменений в уменьшении дифференциации российских регионов пока не произошло. Заявленные в Подпрограмме «Укрепление единства российской нации и этнокультурное развитие народов России (2014-2020 годы)» тезисы и цифры мало что проясняют: регионализация государственный политический
- доля граждан, положительно оценивающих состояние межнациональных отношений, составит 65%;
- уровень толерантного отношения к представителям другой национальности составит 85%;
- численность участников мероприятий, направленных на этнокультурное развитие народов России и поддержку языкового многообразия, составит 305 тыс. человек;
- все субъекты Российской Федерации будут осуществлять реализацию региональных программ, направленных на укрепление гражданского единства и гармонизацию межнациональных отношений;
- 20 некоммерческих организаций получат в рамках Программы поддержку в сфере духовно-просветительской деятельности [Там же].
Создается впечатление, что указанные показатели в любой момент могут быть изменены в зависимости от ситуации и политической конъюнктуры, а само их наличие вряд ли поддается рациональному объяснению. Например, почему доля граждан, положительно оценивающих состояние межнациональных отношений, составит 65%? В каком году это произойдет и почему, скажем, эта доля не должна быть 80 или 85%? Мы уже отмечали, что современное планирование в РФ часто занижает показатели, к которым следует стремиться. Делается это для того, чтобы, даже работая неудовлетворительно и неэффективно, иметь определенный результат [5].
Необходимость выравнивания регионов по уровню социально-экономического развития - стратегическая цель регионального развития и государственной региональной политики в России. Но одно дело провозглашенная цель, а другое - движение к ней. Сегодня же мы вынуждены констатировать, что среди тенденций современного регионального развития наблюдается усиление межрегиональной социально-экономической дифференциации [7].
Говорить же о реальном выравнивании, сближении регионов можно лишь тогда, когда темпы роста отсталых регионов будут значительно выше более развитых регионов. При ежегодном темпе прироста среднероссийского ВРП на 5% республикам Северного Кавказа, при увеличении своего ВРП на 10% понадобится от 20 (Кабардино-Балкария) до 33-34 лет (Дагестан и Северная Осетия), чтобы сравняться с этим среднероссийским уровнем ВРП [6, с. 54-57].
Таким образом, для того чтобы реализовать положение о выравнивании условий, необходимо разделить эту задачу на более реальные по содержанию и срокам задачи. Программа предлагает решение этой проблемы лишь частично, выделяя 10 самых развитых и 10 самых депрессивных регионов, с целью уменьшения дифференциации к 2020 г. в соотношении темпов роста показателей экономического развития (реальные располагаемые денежные доходы населения, объем инвестиций в основной капитал, объем налоговых и неналоговых доходов консолидированного бюджета субъекта Российской Федерации) с уменьшением дифференциации с 135 до 110%. Но, во-первых, сегодня в России депрессивных регионов значительно больше, а, во-вторых, предлагаемые многомерные показатели лишь осложняют анализ реализации данного пункта программы.
Первоочередной задачей сегодня должно быть уменьшение регионов и населения, живущего за чертой прожиточного минимума. В этом же плане реализация национальных проектов по образованию, здравоохранению, ЖКХ, повышению рождаемости в регионах должна быть скорректирована в сторону большей поддержки проблемных и кризисных регионов. Причем необходим постоянный мониторинг и исследования, целью которых должно быть выявление проблем совершенствования ГРП и объёма федеральной поддержки.
Однако проблема региональных диспропорций, когда основным объектом ГРП является субъект федерации, нуждается в своей дальнейшей детализации: в перспективе необходим переход государственного управления и регулирования на уровень городов и административных районов. В качестве получателей государственной помощи и финансовой региональной поддержки эти территориальные единицы смогут играть ключевую роль в решении конкретных экономических и социальных задач. Безусловно, речь идет о городах регионального подчинения, влияние которых на развитие Федерации, с точки зрения экономического и социального развития, является существенным. Это, прежде всего ряд моногородов, таких как Тольятти, Набережные Челны и др. В определенной мере это даст импульс и для развития, и для совершенствования местного самоуправления, прежде всего за счет увеличения финансовых возможностей этих территорий и укрепления органов власти в районах.
Развитие экономической интеграции выгодно всем регионам. Ни обособление, ни тем более сепаратизм в нормальной экономической среде не способствуют экономической и политической целостности страны.
Сегодня в России, учитывая современные ее возможности, возрождается понимание важности наличия долгосрочного планирования, выработки стратегии развития России, ее регионов на длительную перспективу - вплоть до 2020-2030 гг.
В качестве оценки эффективности и результативности государственной региональной политики необходимы критерии, дающие возможность рассмотреть и увидеть ее системные характеристики. Как отмечает Р. С. Хакимов: «Развитие любой страны зависит от климата, состояния земли, географического положения, сырьевых запасов, исторических традиций, навыков труда, образования населения, существующей инфраструктуры, законодательства, налогового режима и политической ситуации. <…> Каждая страна старается максимально использовать данные природой и историей преимущества, но на конкурентоспособность в целом влияет именно совокупность факторов» [8, с. 40-41].
Все сказанное в отношении конкурентоспособности страны, в той или иной мере, может быть использовано при оценке региональной политики государства. Многообразие регионов Российской Федерации, отличающихся географически, экономически, этнически, конфессионально, исключает унификацию средств трансформации России в сторону демократии и рынка. Именно это определяет то, что среди критериев эффективности ГРП наряду с общеизвестными показателями (ВРП на душу населения, продолжительность жизни и т.д.) следует использовать и такие как легитимность существующей региональной власти, открытость ее гражданам, этническая и конфессиональная толерантность, политическая культура региональной элиты и населения, уровень и качество жизни населения.
Список литературы
1. Беляева Л.А., Корепанов Г.С., Куцев Г.Ф., Лапин Н.И. Тюменский регион в современной фазе социокультурной эволюции России // Мир России. 2008. № 1. С. 50-88.
2. Ломакин В.К. Мировая экономика: учебник для студентов вузов, обучающихся по экономическим специальностям и направлениям. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2012. 671 с.
3. Об упразднении Министерства регионального развития Российской Федерации: Указ Президента Российской Федерации от 08.09.2014 г. № 612.
4. Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Региональная политика и федеративные отношения»: Постановление Правительства РФ от 15.04.2014 г. № 307.
5. Остроумов А.И. Публичная сфера и публичная политика в современной России: сужающееся пространство или новые перспективы // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2014. № 9 (47): в 2-х ч. Ч. 1. С. 114-118.
6. Региональное развитие: опыт России и Европейского Союза / рук. авт. колл. и отв. ред. А.Г. Гранберг. М.: Экономика, 2000. 435 с.
7. Рейтинг регионов РФ по качеству жизни [Электронный ресурс]. URL: http://vid1.rian.ru/ig/ratings/life_2014.pdf (дата обращения: 12.10.2015).
8. Хакимов Р.С. Наука управления: курс лекций. Казань: Институт истории АН РТ, 2011. 220 с.
9. Штульберг Б.М., Введенский В.Г. Региональная политика России: теоретические основы, задачи и методы реализации. М.: Гелиос АРВ, 2000. 208 с.