- рассмотрение корпоративных споров такими судами (п. 7 ст. 45 Закона об арбитраже);
- обращение таких судов к государственному суду за содействием в получении доказательств (ст. 30 Закона об арбитраже);
- заключение соглашений об окончательности решения третейского суда (ст. 40 Закона об арбитраже).
Из вышесказанного можно сделать вывод о том, что с точки зрения эффективности рассмотрения споров и последующего приведения в исполнение решения целесообразнее создавать именно институционные военно-третейские арбитражи. Для этого необходимо учитывать обязательные требования в целях создания институционных арбитражей в принципе. Проанализируем основные из них. К таким требованиям относится размещение на сайте рекомендованного списка арбитров, состоящего не менее чем из тридцати человек, давших согласие на включение в такой список (ст. 47 Закона об арбитраже). Не менее половины арбитров должны иметь десятилетний опыт разрешения гражданско-правовых споров, и не менее трети арбитров должны иметь ученую степень. Одно лицо не может входить в рекомендованные списки арбитров более трех постоянно действующих арбитражных учреждений [6]. При этом важно иметь в виду, что данные списки не являются обязательными и сторона может выбрать любого арбитра, в том числе не из числа включенных в такой список.
Оставляя за рамками обсуждения и нашего анализа целесообразность составления и обнародования таких списков в целом, отметим, что с практической точки зрения они могут быть полезны тем лицам, которые не имеют опыта участия в третейском разбирательстве и сформированных представлений о кандидатуре арбитра. Также при назначении арбитров непосредственно арбитражным учреждением кандидатура арбитра с высокой долей вероятности будет выбираться из таких списков.
Дополнительно отметим, что Закон об арбитраже предусматривает в ряде случаев обращение к государственному суду с заявлением о содействии по вопросу назначения арбитра. В частности, обращение к государственному суду возможно в случае, если одна из сторон не изберет арбитра в течение одного месяца по получении просьбы об этом от другой стороны, если два арбитра в течение одного месяца с момента их избрания не договорятся об избрании третьего арбитра или если стороны не придут к соглашению по кандидатуре арбитра при арбитраже с единоличным арбитром. Если же порядок назначения арбитров предусмотрен в соглашении сторон или в правилах арбитража, то в случае не достижения согласия по кандидатуре арбитра необходимо в первую очередь руководствоваться указанными положениями.
Теперь дадим правовую оценку самому арбитражному соглашению и порядку его заключения. В новом законодательстве появился термин «прямое соглашение». Данный термин означает возможность в предусмотренных Законом об арбитраже случаях сторонам своим прямым соглашением изменить общие правила третейского разбирательства, установленные собственно Законом об арбитраже. При этом такое соглашение будет иметь приоритет по отношению к правилам арбитража и положениям закона. Такую возможность необходимо иметь в виду при формулировании арбитражного соглашения. В частности, Закон об арбитраже предусматривает, что стороны своим прямым соглашением могут исключить следующие полномочия государственного суда:
- по назначению арбитра;
- по рассмотрению заявления об отводе, если такое заявление не было удовлетворено арбитром или третейским судом;
- по рассмотрению заявления о прекращении полномочий арбитра, если он оказывается юридически или фактически неспособным участвовать в рассмотрении спора или по иным причинам в течение неоправданно длительного срока не участвует в рассмотрении спора;
- по рассмотрению заявления об отсутствии у третейского суда компетенции, если третейский суд выносит предварительное постановление по данному вопросу.
Для военно-третейского производства можно рекомендовать включение в арбитражную оговорку специальных правил, исключающих вышеперечисленные полномочия государственных судов, поскольку их недобросовестное использование может привести к существенному затягиванию арбитражного разбирательства.
В прямом соглашении стороны могут дополнительно договориться не проводить устные слушания, избирать арбитров только из рекомендованного списка и предусмотреть, что арбитражное решение является для сторон окончательным и не подлежит отмене.
Отдельного внимания заслуживает вопрос о возможности или невозможности обжалования решения военного арбитража. Так, до внесения соответствующих изменений возможность договориться в арбитражном соглашении о том, что арбитражное решение является окончательным и не подлежит обжалованию, была предусмотрена для любого внутреннего, в том числе военного, арбитража. В Законе Российской Федерации от 7 июля 1993 г. № 5338-I «О международном коммерческом арбитраже» аналогичное положение отсутствовало. Перед российскими государственными судами неоднократно вставал вопрос о возможности обжалования решения международного коммерческого арбитража при наличии подобной оговорки в арбитражном соглашении (см., например, определения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2008 г. № 16125/08 по делу № А40-827/08-68-22, от 10 июня 2013 г. № ВАС-6353/13 по делу № А40-124997/12-25-588). Несмотря на отсутствие законодательного обоснования, суды приходили к выводу о невозможности оспаривания таких решений [5]. Существует судебная практика, согласно которой такая позиция является правомерной и даже унифицированной. Она отражена, в частности, в определении Арбитражного суда города Москвы от 18 сентября 2015 г. по делу № А40-66296/15.
Из всех перечисленных и проанализированных особенностей третейского арбитража и военно-третейского разбирательства в целом следует ряд практических и научных выводов.
Так, при заключении арбитражного соглашения необходимо помнить о том, что категории споров, которые могут быть предметом военно-третейского разбирательства, теперь установлены в процессуальных кодексах и иных законах, напрямую предусмотрена возможность рассмотрения ряда корпоративных споров. После создания специализированного арбитражного учреждения также станет возможным рассмотрение споров, возникающих из государственных контрактов.
В связи с появлением в Законе об арбитраже правила о толковании любых сомнений в пользу действительности и исполнимости арбитражного соглашения представляется, что в ближайшее время произойдет существенное расширение сферы применения военно-третейского разбирательства и расширится спектр военно-третейских арбитражей. Тем не менее, следует очень внимательно формулировать арбитражную оговорку, поскольку некорректность формулировки способна повлечь признание ее недействительной. Также важно помнить о последних тенденциях в судебной практике касательно признания ничтожными альтернативных односторонних оговорок и необходимости, по мнению Верховного Суда Российской Федерации, наделения представителя специальными полномочиями по заключению арбитражного соглашения.
При определении военного арбитража следует учитывать новый разрешительный порядок его создания. При этом надо учитывать, что Международному коммерческому арбитражному суду при Торгово-промышленной палате Российской Федерации не требуется получать разрешение и он вправе теперь администрировать в том числе и внутренние споры. Однако обращение в Международный коммерческий арбитражный суд представляется менее предпочтительным для решения военно-правовых споров, поскольку всей спецификой отрасли может в требуемой степени глубины обладать только военный арбитраж.
Военные арбитры могут быть выбраны из рекомендованных списков, однако это не является обязанностью сторон. Теперь, в случае если спор рассматривается военным арбитражем ad hoc и стороны не могут договориться о кандидатуре арбитра, данная ситуация может быть преодолена путем обращения в компетентный суд.
При заключении арбитражного соглашения также следует проанализировать необходимость прямого указания в арбитражном соглашении на неприменение ряда положений Закона об арбитраже.
Литература
1. Документы рабочей группы II (арбитраж и согласительная процедура) ЮНСИТРАЛ [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.uncitral.org/uncitral/ru/commission/working_groups/2Arbitration.html (дата обращения 27.02.2018).
2. Александров В. Примириться без суда // эж-ЮРИСТ. - 2006. - № 32. - С. 6.
3. Алексеева М.А. Практика утверждения медиативных соглашений в судах общей юрисдикции Российской Федерации [Электронный ресурс]: доклад. - Режим доступа: buryatia.arbitr.ru/files/doc/Alekseeva.docx (дата обращения 27.02.2018).
4. Валеев Д.Х. Комментарий к Федеральному закону от 24 июля 2002 г. № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» (постатейный) / Д.Х. Валеев, А.И. Зайцев, М.В. Фетюхин. - М.: Статут, 2015. - 160 с.
5. Карабельников Б.Р. Международный коммерческий арбитраж: учеб. - 2-е изд. - М.: Инфотропик Медиа, 2013. - 676 с.
6. Научно-практический комментарий к Федеральному закону «О третейских судах в Российской Федерации» с обзором судебно-арбитражной практики (постатейный) / Р.С. Бевзенко [и др.]; под ред. А.Н. Лысенко, А.А. Хорошева. - М.: Деловой двор, 2011. - 376 с.
7. Попова А.В. Подходы судов к «карманным» третейским судам. Тенденции практики после рассмотрения дела № А67-1587/2014 // Арбитражный и гражданский процесс. - 2016. - № 7. - С. 22 - 27.
8. Севастьянов Г.В. Правовая природа третейского разбирательства как института альтернативного разрешения споров (частного процессуального права): моногр. - СПб.: АНО «Редакция журнала “Третейский суд”»; М.: Статут, 2015. - 450 с. - Б-ка. журн. «Третейский суд». - Вып. 7.
9. Чупахин И.М. Решение третейского суда: теоретические и прикладные проблемы. - М.: Инфотропик Медиа, 2015. - 188 с.
10. Швабауэр Н. Договоримся по-хорошему. Подведены итоги эксперимента по посредничеству в решении конфликтов // Рос. Бизнес-газета. - 2010. - 19 янв.
11. The Theory of Dynamics of Living Systems Activity in Interpersonal Interaction // European researcher. - 2014. - Vol. 74. - Nо 5-1. - P. 882 - 890.