Ближайший друг и единомышленник Г. Н. Потанина А. В. Адрианов принял участие в создании Первого Сибирского хорового певческого общества, открытого в Томске 14 декабря 1908 г. (избран членом его правления), и Томского общества содействия вечерним общеобразовательным классам (избран председателем, а А. Н. Гаттенбергер - товарищем председателя) [21. С. 119, 132; 22. С. 268]. В следующем году он вместе с Г. Н. Потаниным выступил инициатором создания Томского общества любителей художеств и избран его секретарем. Общество устраивало ежегодные художественные выставки, организовало классы живописи и рисования [17. С. 123; 22. С. 269].
В 1909 г. в Томске была реализована идея издания литературно-художественного журнала «Молодая Сибирь», в котором печатались Г. Н. Потанин и входившие в его кружок А.В. Адрианов, Н.Я. Новомбергский, Г.А. Вяткин, Г.Д. Гребенщиков. В 1910 г. вместо «Молодой Сибири» издавался журнал «Сибирская новь», большинство номеров которого редактировал Г. Д. Гребенщиков.
Г.Н. Потанин был одним из учредителей Сибирских высших женских курсов, открывшихся осенью 1910 г. в Томске. Он состоял в совете Томского педагогического общества [21. С. 123], в Юридическом обществе при Томском университете, куда входили областники Н. Я. Новомбергский, А. М. Головачев, П.В. Вологодский, В.И. Анучин, М.Н. Вознесенский, А. В. Витте, А. Н. Гаттенбергер. Многие из них участвовали в подготовке «Проекта основных начал положения о земских учреждениях в Сибири», в выработке предложений о реформе местного суда в Сибири и др. [18. С. 131, 274]. Г.И. Потанин был избран также почётным членом Томского церковно-историко-археологического общества, торжественное открытие которого состоялось 1 мая 1916 г. [23. С. 335-336].
Развитием и пропагандой идей областничества было призвано заниматься организованное при непосредственном участии Г. Н. Потанина и его ближайшего окружения Томское общество изучения Сибири, открывшееся 23 апреля 1909 г. Г.Н. Потанин входил в совет общества в качестве товарища председателя. А. В. Адрианов первоначально избирался секретарём, а с 24 апреля 1911 г. стал его председателем. На 1 января 1911 г. в Обществе состояло 72 человек, в том числе 13 иногородних [18. С. 305; 21. С. 105; 22. С. 269]. После трёхлетнего существования Общества изучения Сибири на общем собрании 8 марта 1912 г. по докладу Г. Н. Потанина единогласно было принято решение о его преобразовании в Томский отдел Императорского русского географического общества [18. С. 317; 24].
Г.Н. Потанин и А.В. Адрианов состояли почётными членами «Сибирского кружка томских студентов», образованного в 1907 г. при Томском университете. К ноябрю 1908 г. кружок насчитывал около 60 человек. На его заседаниях обсуждались проблемы, связанные с насущными потребностями региона. На одном из заседаний кружка Г.Н. Потанин выступил с докладом «Областническая тенденция в Сибири» [18. С. 256; 25. С. 15].
В 1909 г. А.В. Адрианов стал членом инициативной группы по созданию в Томске «этнографического и археологического музея народов Сибири под открытым небом». Городская дума 3 февраля 1911 г. приняла решение о создании «областного Сибирского научно-художественного музея», в состав комитета по организации которого вошли Г.Н. Потанин и А.В. Адрианов (в качестве секретаря) [21. С. 155-156; 22. С. 198, 269].
13 февраля 1911 г. Г.Н. Потанин писал М.Г. Васильевой: «У меня завелись журфиксы (пятницы) для молодых литераторов. Собираются Гребенщиков, Шишков, Корнилов (якут), Крутовский (секретарь «С[ибирской] жизни»), Прохоров (художник, ученик Репина), Анохин (собиратель монгольских и тюркских вокальных мотивов) и Адрианов» [13. С. 351]. В частности, в «Потанинском кружке» прочитал ряд своих произведений, в том числе первый вариант повести «Тайга», будущий известный российский писатель В.Я. Шишков [26. С. 18].
Впрочем, не только пятницы у Г.Н. Потанина были насыщены встречами. Об этом свидетельствуют его письма к М.Г. Васильевой: «Днём мне не даёт опомниться общественная жизнь; я всё на людях, всё на улице...» (15 октября 1909 г.) [13. С. 205]. «Каждый вечер хожу куда-нибудь на заседание; сейчас вот только с заседания правления Общества художников, вчера утром - на чествовании памяти Лесгафта, обедал в 4/ часа у Сапожникова с шампанским (пили в честь 20-летнего его служения науке), третьего дня в годичном собрании Общества изучения Сибири; завтра буду на засед[ании] Общества женского унив[ерсите]та в Сибири под председательством Маргариты Мечиславовны Гондатти, в пятницу - годичное собрание Ли- рат[урного] кружка, в субботу - вечер у Обручева и в воскресенье - общее собрание художников» (из письма от 4 февраля 1910 г.) [Там же. С. 249]. «В субботу и утром, и вечером были гости; утром адвокатура, Головачев и Вологодский, вечером Крутовский... В воскресенье ... вечером меня посетили супруги Вейнберги и опять Крутовский. А завтра у меня в квартире заседание совета Общества изучения Сибири» (28 февраля 1911 г.) [Там же. С. 360-361].
Посетовав в одном из писем в декабре 1910 г., что у него отнимают время «разные вечера, концерты, на которых необходимо быть для засвидетельствования сочувствия», Григорий Николаевич тем не менее с удовлетворением признавался: «Я люблю полноту умственной и общественной жизни и теперь живу вовсю» [Там же. С. 313-314]. Свою активную общественную деятельность он объяснял следующим образом: «Я получаю пенсию из двух источников, но оба эти источника черпают свои средства из главного источника - из народных денег. Поэтому я считаю себя обязанным возвратить народу эти деньги своим трудом; считаю своим долгом служить сибирскому народу, нужды которого я лучше чувствую. Я должен защищать его интересы» [Там же. С. 285]. Между прочим, через Г. Н. Потанина в течение многих лет осуществлялась передача денег, собранных для политкаторжан и ссыльных революционеров [3. С. 253].
«Служение сибирскому народу» в полной мере было присуще и окружению Г. Н. Потанина. Так, П. В. Вологодский в дореволюционный период входил в состав 15 различных обществ, причём в 13 из них состоял членом правления [27. С. 21]. Едва ли не то же самое можно сказать о А. Н. Гаттенбергере. «В Томске, кажется, не было ни одной общественно-политической, культурно-просветительной организации, в которой бы А. Н. Гаттенбергер не состоял председателем или товарищем председателя», - отмечалось в местной газете (Цит. по: [28. С. 31]). Г.Н. Потанин и участники его кружка предпринимали небезуспешные попытки расширить свою деятельность далеко за пределами Томска. Так, В.И. Анучин в 1912 г. совершил «лекционное турне» по городам Сибири. В Иркутске, Новониколаевске, Барнауле и Бийске он прочитал лекции «О прошлом Сибири» и «О шаманстве» [29].
Таким образом, в начале XX в. разнообразная просветительско-пропагандистская деятельность для Г. Н. Потанина и его ближайшего окружения по- прежнему находилась на первом месте. Протекала она далеко не без трудностей. Сам Григорий Николаевич отмечал, что многие из членов просветительных обществ «не живут интересами своих обществ, не зажигаются теми целями, для которых общества основаны». В результате деятельность «ведётся в каждом из них только небольшой группой членов» [29]. Основу таких групп как раз и составляли участники «Потанинского кружка».
Постепенно менявшаяся в России социально-политическая и экономическая ситуация - события Первой русской революции, выборы в Государственную думу, появление многопартийности, ускорившаяся динамика экономического развития Сибири с проведением Транссибирской железнодорожной магистрали и др. - побуждали участников «Потанинского кружка» расширять направления, формы и методы своей деятельности.
Областники стали принимать активное участие в органах местного самоуправления. Так, П. В. Вологодский, начиная с 1901 г., на протяжении последующих полутора десятков лет избирался гласным Томской городской думы, входил в состав более 20 думских комиссий и возглавлял некоторые из них, в частности исполнительную Училищную комиссию, комиссию по разработке программы празднования 300-летнего юбилея Томска [27. С. 21; 30. С. 150]. Гласными Томской городской думы избирались и другие участники «Потанинского кружка» - А.В. Адрианов, А.А. Грацианов, А.Н. Шипицын, М.Н. Загибалов. Они также входили в различные комиссии, создававшиеся думой: в 1905 г. - в комиссию по сбору материалов и подготовке проектов земской реформы (А.Н. Шипицын, П.В. Вологодский, М.Н. Загибалов) [18. С. 135], в 1912 г. - в ревизионную комиссию (А.В. Адрианов) [22. С. 269]. А. А. Грацианов возглавил созданную 16 декабря 1915 г. комиссию для разработки вопроса о расширении избирательных прав населения при выборах гласных в городскую думу и о расширении бюджетных и финансовых прав томского городского общественного управления. Он являлся также председателем ревизионной комиссии Томской городской думы, заведовал санитарным бюро городской управы, а в апреле 1915 г. в Омске, будучи делегатом съезда представителей городов Западной Сибири, избирался товарищем (заместителем) председателя съезда [18. С. 363-364, 371]. П.В. Вологодский в ноябре 1904 г. участвовал в качестве делегата от Томской городской думы в работе первого Всероссийского земского съезда в Москве, после возвращения с которого вместе с Г. Н. Потаниным, М. П. Головачевым, С.П. Швецовым вошёл в созданную в Томске организационную комиссию по проведению банкетной кампании, инициированной II съездом «Союза освобождения» [18. С. 117]. Сам Г.Н. Потанин в сентябре 1905 г. принял участие в съезде городских и земских деятелей в Москве. П. В. Вологодский в 1906 г. избирался выборщиком от Томска на выборах в 1-ю Государственную думу, а в мае 1907 г. был избран депутатом 2-й Государственной думы от Томской губернии [31. С. 13-14].
На революционной волне 1905 г. Г.Н. Потаниным и его единомышленниками была предпринята попытка организационного оформления сибирского областничества. В мае 1905 г. М.Н. Вознесенский опубликовал в газете «Сибирский вестник» статью о необходимости создания Сибирской областной думы. 2829 августа на квартире П.В. Вологодского состоялся съезд Сибирского областного союза, на котором были приняты его «Основные положения». Однако, по признанию самого Г.Н. Потанина, эта попытка объединения в 1905 г. сибирского общества идеей Областной думы оказалась преждевременной. Тем не менее, по справедливому утверждению исследователей, областники «приобрели первый опыт участия в реальной политической жизни Сибири» [4. С. 142].
Таким образом, с переездом в начале XX столетия в Томск вокруг Г. Н. Потанина постепенно образовалось неформальное объединение - кружок представителей местной интеллигенции, разделявших идеи областничества, почитателей его таланта, научного творчества, его энциклопедических знаний. Однако авторитет и влияние идеолога сибирского областничества в тот период распространялись далеко за пределы Томска. «Григорий Николаевич, - по словам М.М. Щеглова, - был центром передовой мыслящей интеллигенции Сибири» (Цит. по: [32. С. 339]). В результате можно говорить о своеобразной «географической периферии» «Потанинского кружка», которую составляли в Иркутске, Красноярске и некоторых других сибирских городах такие видные общественные деятели, как К.В. Дубровский, Н.Н. Козьмин, И.И. Серебренников, Г.Б. Патушинский.
Неформальный статус «Потанинского кружка» не даёт возможности точно определить его численность и состав. Один из ведущих исследователей истории сибирского областничества М.В. Шиловский называет, кроме самого Григория Николаевича, имена 10 человек из ближайшего его окружения, составлявших, фактически, основу кружка. Это А. В. Адрианов, П. В. Вологодский, А. Н. Гаттенбергер, М.Б. Шатилов, Н.Я. Новомбергский, В.И. Анучин, Н.В. Соколов, Ф.И. Зобнин, А.Н. Шипицын, Вс.М. Крутовский [33. С. 186]. Сохранившаяся групповая фотография «Потанинского кружка», сделанная предположительно в 1912 г., на которой запечатлены 14 человек, позволяет дополнить этот список именами М.М. Голодникова, В.Я. Шишкова, Г.Д. Гребенщикова, М.М. Щеглова, М.Г. Васильевой-Потаниной, М.А. Бауэра, Г.А. Вяткина [34. Ил. 6 между с. 128 и 129]. Кроме того, анализ различных исторических источников даёт основание отнести к числу участников «Потанинского кружка» в дореволюционный период также С. П. Швецова, М. Н. Вознесенского, А. А. Грацианова, В. В. Сапожникова, М.Н. Загибалова, Л.М. Загибалова, М.О. Курского, А.В. Витте, С.К. Просвиркиной, А.М. Головачева, М.П. Головачева, Л.П. Базановой, С.М. Прохорова, А.В. Анохина, Корнилова, Л.А. Уткина, А.А. Ворониной (Уткиной). Таким образом, с учётом ряда безымянных участников кружка, в том числе посетителей Потанинских журфиксов, его численность достигала нескольких десятков человек.
При этом нужно иметь в виду, что состав «Потанинского кружка» на протяжении полутора десятков дореволюционных лет не был постоянным. В результате некоторые его члены оказывались даже лично не знакомыми между собой. Такая текучесть была обусловлена как добровольными переездами, так и репрессиями со стороны властей. В частности, М.О. Курский, переехавший в 1907 г. в Томск, спустя 5 лет вернулся обратно в Барнаул. М.М. Щеглов жил в Томске с 1906 по 1913 г., Г.Д. Гребенщиков - в 1909-1912 гг., Вс.М. Крутовский - с 1909 до 1916 г., С.М. Прохоров - в 1910-1913 гг. В.И. Анучин появился здесь лишь в 1911 г., переехав из Красноярска. Ещё позднее, осенью 1914 г., перебрался из Барнаула в Томск Ф.И. Зобнин. Студент Томского университета Л.М. Загибалов, будучи в годы Первой русской революции отчислен из вуза, продолжал обучение в Германии. В Томске он вновь оказался только в конце 1917 г. В 1906 г. в административном порядке на несколько месяцев высылался из Томска ближайший единомышленник Григория Николаевича П. В. Вологодский [35]. Другой деятельный участник кружка, А.В. Адрианов, в 1913 г. по постановлению министра внутренних дел был выслан из города «как изобличенный в революционной агитации» [22. С. 270]. В Томск он вернулся только в начале 1917 г. В поисках лучших условий для жизни и творчества оставили Томск некоторые молодые кружковцы. Г.Н. Потанин был весьма огорчён, в частности, переездом в Тифлис супругов Уткиных [36. С. 29], на Украину - М.М. Щеглова. Узнав о переезде в 1915 г. в Петроград В. Я. Шишкова, упрекал его: «Это измена Сибири. Вы забудете Сибирь. Вы ей нужны. Она так бедна талантами!» [37. С. 57].
Участники «Потанинского кружка» различались по возрасту, роду занятий, уровню образования. Здесь были университетские профессора (Н.Я. Новомбергский, В. В. Сапожников), студенты, курсистки, недавние выпускники университета (Л.А. Уткин, М.Б. Шатилов), представители художественной интеллигенции (композитор А.В. Анохин, художник-скульптор С.К. Просвиркина, художники М.М. Щеглов, Л.П. Базанова, С.М. Прохоров, А.А. Уткина), писатели и поэты (Г.Д. Гребенщиков, В.Я. Шишков, Г. А. Вяткин, М. Г. Васильева-Потанина), журналисты, учителя (М.О. Курский), врачи (Н.В. Соколов, А. А. Грацианов), мировой судья, позднее - инспектор страхового общества, статский советник А. Н. Гаттен- бергер, чиновник акцизного управления Ф. И. Зобнин и др. Некоторые из них под влиянием Г.Н. Потанина занимались не только широкой просветительской деятельностью, но и научными изысканиями, участвовали в экспедициях. К примеру, А.В. Анохин изучал музыкальную культуру, мифологию, верования коренных народов юга Сибири, принимал участие в экспедициях по Южной Сибири, Монголии, Восточному Казахстану.