Безусловно, сострадание, как и другие эмпатические характеристики, является естественным образом присущим человеку качеством. Но в Махаяне речь идет о сострадании как главной духовной установке и особой практике, а не просто человеческом чувстве. «Великое сострадание, в отличие от того естественного чувства сострадания, которое есть у всех людей, если речь не идет о патологии, сочетается с мудростью постижения бессамостности. Оно не присутствует в уме естественным образом, а взращивается с помощью специальных методов, объясняемых в учении Махаяны» [6, с. 296].
Буддийское сострадание -- это прежде всего безусловное сострадание. Оно не может быть направлено лишь на близких и любимых людей и быть биологически обусловленным и пристрастно ограниченным. Для развития безусловного сострадания требуются тонкость и проницательность ума, прочного в парамитах щедрости, самоконтроля, бдительности, терпения, медитации, мудрости. Чувство сострадания изначально заложено в человеческой природе и должно развиваться на глубоком понимании природы реальности, ее изменчивости и непостоянстве. Западные ученые, изучая природу сострадания, пришли к выводу, что практика сострадания наряду с совершенствованием личности ослабляет ложное чувство собственного независимого существования. Американский физик В. Мэнсфилд, изучая природу сострадания, проводит параллели между обменивающимися свойствами частиц в квантовой механике и перенесением «Я» на место другого человека. Ничто не существует так, как мы это видим или представляем; восприятие реальности -- это процесс, в котором непосредственно участвует наше сознание. Такая медитация ослабляет привязанность к собственному «Я» и помогает произвести обмен этим «Я» с другим. Он приходит к выводу, что медитация на сострадание наряду с совершенствованием личности ослабляет ложное чувство собственного независимого существования, в котором коренится страдание. Ссылаясь на буддийских учителей, он говорит, что самовлюбленность, непрерывная забота о своем эго и его желаниях на самом деле является труднейшим препятствием на пути к счастью, тогда как любовь и забота о других являются величайшими источниками радости и удовлетворения [7, с. 208].
Теоретики, начиная с Дарвина, утверждали, что переживания горя при виде чьих-либо боли или страданий мотивируют сострадательные действия. Дарвин писал: «Мы стремимся облегчить страдания другого человека, чтобы при этом могли уменьшиться наши собственные болезненные чувства». Маловероятно, что на взгляды Дарвина повлияли буддийские представления, однако они удивительно схожи. Эмпатическое беспокойство может играть меньшую роль и быть не таким сильным при отдаленном сострадании, как при непосредственном сострадании. При отдаленном сострадании человек также может менее интенсивно переживать то, что Экман называет радостью сострадания [8]. Возможно, что радость сострадания есть косвенный результат способности поддерживать уважение к себе за добродетельные поступки. Экман допускает, что у каждого человека в базе данных эмоциональной готовности есть «глобальное сострадание», но его необходимо пробудить. Это может произойти под влиянием, например, общенациональной трагедии, такой как теракт в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года. Предполагается, что все люди обладают глубинным сострадательным потенциалом, но у большинства он должен быть активирован. Гипотеза состоит в том, что сострадание имеет биологическую основу, а значит, потенциал есть у всех и он может раскрыться.
Все традиции буддийского учения в настоящее время процветают на Западе, хотя они почти не соприкасаются друг с другом из-за этнической и культурной обособленности, а также все больше разделяющейся пропастью между буддийскими новообращенными и азиатскими иммигрантами. Однако многие западные буддисты надеются, что присутствие многообразия традиций обеспечит большее взаимопонимание и приведет к созданию новых форм буддизма, отвечающих нуждам и интересам современного общества. Они считают, чем глубже мудрость, выходящая за пределы привычных представлений и субстанционализирующих онтологий, тем больше ум становится сострадательным. Буддийские принципы все больше входят в сферу делового общения и становятся практическим руководством для успешной работы и достижения личных и профессиональных целей. Учитель тибетского буддизма и успешный бизнесмен M. Roach в своей книге «Кармический менеджмент» переворачивает традиционную деловую ментальность заявлением о том, что помощь другим достигать целей и становиться успешным -- поставщикам, клиентам или конкурентам -- является ключом к успеху, как в жизни, так и в бизнесе. Опираясь на собственный предпринимательский опыт, автор объясняет, как возможно, используя буддийские принципы, достичь целей в бизнесе. Каждый этап в «Кармическом менеджменте» начинается с изложения буддийского воззрения и объясняется, как это относится к жизни и работе в XXI веке. «Постройте несокрушимую стратегию роста бизнеса на помощи другим людям и своим конкурентам», -- так звучит идея сострадания в сфере бизнеса, провозглашенная М. Роуч [9]. Кармический подход в работе и жизни -- это эффект бумеранга: что посеешь, то и пожнешь, а глобальное сострадание заложено в деталях, эмоциях, поступках. Поддержка коллег и сорадование их успехам рано или поздно приведут к тому, что вы почувствуете такое же отношение к себе. Надо отметить, что «Кармический менеджмент» не для всех: те, кто интересуются бизнесом, но отвергают нематериальный мир, не смогут принять ее.
Будда из великого сострадания открыл Четыре благородные истины и предложил широкий путь сострадательной практики, доступный для всех людей. Главный практический смысл доктрины буддийского учения заключается в том, что ее постижение помогает освободиться от всех цепляний и деяний, в особенности от пут эгоцентризма и себялюбия, которые вместе с неведением воспроизводят механизм сансары. Человек, понявший это, освобождается от ложных концептов, пронизывающих нашу жизнь, и всех ее предрассудков, страстей, борьбы и приходит к кардинальной перестройке системы отношения к себе и взаимодействия с другими. Очевидно, что буддизм как нравственное учение востребовано современным обществом, а значит, его безграничный духовно-интеллектуальный потенциал будет развиваться и открываться всему миру.
Литература
1. Anderson C. Pain and Its Ending: The Four Noble Truths in the Theravada Buddhist Canon, Motilall Banarsidas, 2001. 270 p.
2. Makransky John J. Buddhahood Embodied: Sources of Controversy in India and Tibet. SUNY, 1997. 524 p.
3. Gowans, Christopher W. Buddhist Moral Philosophy: An Introduction, Routledge, 2014. 344 p.
4. Pema Chodron. The Wisdom of No Escape. Shambhala Classics, 2001. 120 p.
5. Кен Уилбер. О настоящем сострадании [Электронный ресурс]. URL: https://meditation-portal.com/ken-uilber-o-nastoyashhem-sostradanii/ (дата обращения: 27.03.2020).
6. Урбанаева И. С. Буддийская философия и медитация в компаративистском кон¬тексте на основе индо-тибетских текстов и живой традиции тибетского буддизма. Улан- Удэ: Изд-во ИМБТ СО РАН, 2014. 375 c.
7. Мэнсфилд В. Квантовая механика и сострадание [Электронный ресурс]. URL: http://savetibet.ru/2010/10/17/quantum_physics_and_compassion.html (дата обращения: 15.03.2017).
8. Экман П. Психология сострадания. СПб.: Питер, 2017. С. 39.
9. Роуч М. Бизнес -- не только деньги [Электронный ресурс]. иКЬ: Шр://а!ус1а55.ги/гоасЬ_топеу/?еуеп1=13401 (дата обращения: 23.03.2020).