Lenta.ru, 29 июня 2012: «Людмиле Алексеевой разрешили отметить несанкционированный юбилей». Если разрешили, значит, его уже нельзя назвать несанкционированным. Следовало уточнить: «ранее несанкционированный».
Lenta.ru, 29 июня 2012: «Спонсоры отказались тратить деньги на “Селигер"». Если отказались -- значит, уже не спонсоры. Необходимо было добавить определение «бывшие».
Lenta.ru, 28 июня 2012: «Япония и Корея возобновят военное сотрудничество впервые за 67 лет». Во-первых, есть две Кореи: Республика Корея и КНДР. О какой из них идет речь, непонятно, поскольку отношения у Японии и с той и с другой странами почти одинаково плохие. Следовало бы уточнить этот факт. Во-вторых, 67 лет назад, до 1945 г., Корея являлась колонией Японии и «сотрудничать» с ней не могла -- она просто вынуждена была участвовать в японских военных проектах. Сотрудничество подразумевает известное равноправие субъектов. Так что «возобновлять» им нечего, это слово неуместно. Хедлайн можно было написать просто: «Южная Корея и Япония подпишут соглашение о военном сотрудничестве». Именно так это и было сделано в первичном материале, который использовал рерайтер Lenta.ru.
Стилистические, как и прочие, ошибки целесообразно разделять по их возможности исказить восприятие новостного сообщения на: те, которые препятствуют адекватному восприятию информации, и те, которые не влияют на однозначность трактовки. Первые назовем «жесткими», а вторые -- «мягкими». Приведенные выше примеры содержат «мягкие» ошибки, поскольку смысл фразы даже при их наличии понятен. «Жесткие» ошибки, как правило, связаны с двусмысленностью, даже с фактической неясностью:
Lenta.ru, 29 июня 2012 г.: «Сын телеведущего Затевахинарассказал об аварии, в которой погибла его пассажирка» -- остается вопрос: чья была пассажирка -- телеведущего или его сына?
Lenta.ru, 15 мая 2012 г.: «Грузия подала заявку на проведение Евро- 2020 без Азербайджана». Грузия не хочет, чтобы Азербайджан участвовал в Евро-2020, или раньше намеревалась подать совместную с ним заявку, но передумала?
NEWSru.com, 17 апреля 2012 г.: «Хамовнический суд занялся экстремизмом в открытом письме Березовского на сайте “Эха Москвы”». Возникают несколько трактовок этого хэдлайна: то ли суд обнаружил экстремизм в письме Березовского, то ли, наоборот, Березовский в своем письме обвиняет Хамовнический суд в экстремизме (как известно, от Березовского можно было ожидать и не такого). Непонятна также роль в данном сообщении «Эха Москвы», если предположить, что письмо было выложено на их сайт или что новостной материал ссылается на сайт «Эха», где приводится указанный материал.
В таблице и на рисунке приведены данные о наличии стилистических ошибок в хедлайне, лиде и собственно тексте (корпусе и бэкграунде) новостных сообщений изучаемых агентств. По объясненным выше причинам учитывались только ошибки микроуровня.
Данные по хедлайну, лиду, корпусу и бэкграунду не являются взаимоисключающими. В одном и том же материале ошибки могут присутствовать сразу в нескольких структурных элементах. При подсчете в пределах одного элемента применялся «принцип поглощения»: если имелось сразу несколько стилистических ошибок, считалось, что компонент с ошибкой; если среди них была «жесткая» -- с «жесткой».
Менее половины сообщений, опубликованных рерайтерскими агентствами, свободны от стилистических ошибок. Но более важно то, что распределение их по различным композиционным элементам текста оказалось несколько неожиданным. Непропорционально большое количество ошибок, в том числе «жестких», приходится на хедлайны. Это при том, что качеству хедлайнов традиционно уделяется особое внимание, а размер их весьма небольшой.
Более подробный анализ текстов дает объяснение этому парадоксу. Стилистические ошибки у рерайтера возникают чаще всего тогда, когда он пытается совместить материалы из различных источников. Наиболее богаты ошибками связующие, переходные фразы и предложения -- стыки заимствованных фрагментов, а также те части текста, где рерайтер пересказывает информацию своими словами.
Что касается хедлайна, то он почти всегда является результатом творчества самого рерайтера и не совпадает с хедлайном исходного материала. Иногда же рерайтер берет несколько исходных сообщений (например, о соглашении Японии с Кореей и о колониальной зависимости последней в 1945 г.), а потом пытается дать им «общее» название. Классические требования к новостным сообщениям предусматривают сообщение в материале одной новости. В рассматриваемых агентствах это правило не соблюдается и не должно соблюдаться.
Кстати, малое количество ошибок в более объемном, чем хедлайн, лиде обусловлено именно тем, что лид обычно заимствуется без изменений. Так, в приведенном материале он выглядит следующим образом: «Южная Корея и Япония в ближайшее время подпишут соглашение о военном сотрудничестве, сообщает DefenseNews».
По результатам исследования можно сказать, что исходные материалы в большинстве случаев оказываются стилистически более грамотными, чем заметки рерайтеров. Причины этому можно указать две.
Во-первых, заметку рерайтера читает и правит он сам, а в традиционных агентствах и солидных медиаорганизациях предназначенный для публикации текст помимо автора читает как минимум еще один человек. Чужие стилистические ошибки обычно более заметны, чем собственные.
Во-вторых, уровень грамотности рерайтера в среднем значительно уступает уровню грамотности профессионального корреспондента или редактора. Дело в том, что при назначении на должность рерайтера обычно приходится выбирать, кому отдать предпочтение: опытному словеснику, посредственно владеющему компьютером, или человеку, свободно ориентирующемуся в сети и способному быстро обнаружить интересную информацию, но не обладающему достаточными филологическими знаниями и редакторскими навыками. Очевидно, что умение отлично ориентироваться в потоках электронной информации является для рерайтера более важным, чем безукоризненная грамотность. Конечно, идеальным решением было бы работать со специалистом, который прекрасно владеет и словом, и компьютером. Хотя на примере приведенного выше сообщения о терактах в Днепропетровске показано, что, если позволяет время, рерайтер вполне может осуществлять достаточно качественную стилистическую правку.
Выводы
Итак, можно сделать следующие выводы:
1. Рерайтерское направление создания новостных интернет-со- общений имеет специфику, обусловленную как способом производства информационного продукта, так и требованиями потребителя. В частности, оно ориентировано на предоставление в электронном виде оперативной, полной и разнообразной информации в условиях развивающегося события.
2. К стилю и языку рерайтерских материалов нельзя предъявлять те же требования, что и к классическим новостным сообщениям. При рерайтинге допустимы «стилевой разнобой», использование жаргонных и экспрессивных выражений, открытое проявление собственной позиции.
3. Следует с особым тщанием выявлять и исправлять те стилистические ошибки, которые препятствуют корректному восприятию информации. Сами рерайтеры этим на должном уровне заниматься физически не могут, даже имея специальную редакторскую подготовку: им следует мониторить события, следить за появлением важной информации и своевременно ее выкладывать. Целесообразно назначить общего редактора (шеф-редактора, выпускающего редактора), который бы просматривал сообщения и исправлял, по крайней мере, самые грубые ошибки.
4. При создании хедлайнов рерайтерам следует придерживаться следующего правила: каждый раз выбирать, какая новость является главной, и именно ее отражать в заголовке. Хедлайн в рерайтерском материале, как и в традиционном новостном сообщении, является важнейшим компонентом текста. Если в корпусе и бэкграунде «мягкие» стилистические недочеты еще простительны, то в хедлай- не они крайне нежелательны. Читают в первую очередь хедлайн. По нему создается впечатление о качестве продукции агентства, принимается решение о прочтении всего материала.