Первой экспедицией не только была доказана раздельность Азиатского и Американского континентов, но и по ряду признаков - например, найденное в воде дерево у Карагинского острова, каких нет в Азии и на островах Диомида - была установлена близость (относительная, разумеется) Большой земли, Америки Лебедев Д.М. География в России петровского времени. М. - Л., 1950. С. 94-95; Ефимов А.В. Из истории Великих русских географических открытий в Северном Ледовитом и Тихом океанах. XVII-й - первая половина XVIII в. М., 1950. С. 163, 164..
Подробный анализ инструкции Петра I дал В.И. Греков. По его мнению, экспедиции не поручалось разрешение географической проблемы о соединении или несоединении материков. Она должна была разрешить вопросы, имеющие государственное значение: разведать путь в Америку, примыкающую к Азии и выяснить, кто является ближайшим соседом России на этом материке Греков В.И. Очерки из истории русских географических исследований в 1725-1765 гг. М., 1960. С. 20-21..
Наиболее обстоятельно изучал инструкцию Петра I Б.П. Полевой, который основывал свои выводы на изучении картографии XVII - начала XVIII в. Полевой доказывал, что перед написанием инструкции Петр I изучил немало различных картографических материалов, в том числе карту И.Б. Гомана, на которой напротив Камчатки изображена неизвестная большая земля, названная Иоанн де Гамма. Полевой установил, что отдельные листы карты с изображением Дальнего Востока были привезены в Россию в 1722 г. и о карте знали Петр I и Беринг, который имел у себя один экземпляр и передал его 8 мая 1726 г. С.В. Рагузинскому Полевой Б.П. Главная задача Первой Камчатской экспедиции по замыслу Петра I (о новой интер-претации инструкции Витусу Берингу 1725 года) // Вопросы географии Камчатки. 1964. Вып. 2. С. 89-90.. По мнению Б.П. Полевого, главной стратегической целью экспедиции Беринга Петр I считал открытие новых земель, которые Россия могла бы присоединить к своим владениям. Полевой писал, что российскому императору политически было важно, чтобы русские стали первооткрывателями этих берегов, ибо это дало бы России право на первоосвоение этих земель Там же. С. 93..
Представленная Полевым интерпретация инструкции должна была соответствовать версии, предложенной калифорнийским историком Р. Фишером. Именно на него и ссылается Полевой в своей работе и диссертации. Между тем при внимательном прочтении монографии Фишера можно сделать вывод, что сам американский историк в результате изучения всех обстоятельств больше склонился к той идее, что в задачи экспедиции входил поиск перешейка (land bridge) между Азией и Америкой. Фишер отмечал, что европейские страны также стремились утвердить свое влияние на новых территориях Fisher R. Bering's Voyages: Whither and Why. Seattle and London: University of Washington Press, 1977.. В начале 1970-х гг. версию Полевого развил В.А. Дивин, который писал:
Заслуга Петра I заключается в том, что он смотрел вперед, видел стремление западных держав распространить господство на всю северную часть Тихого океана. И это, несомненно, оказывало влияние не только на содержание и характер программ плавания Беринга, но и на задачи, поставленные перед всеми последующими экспедициями XVIII века Дивин В.А. Русские мореплавания на Тихом океане в XVIII веке. М., 1971. С. 45-46..
Дивин считал, что главная задача экспедиции состояла в том, чтобы открыть новые земли и закрепить их за Россией, даже если это закрепление приведет к столкновениям с европейскими державами, имевшими колонии в Новом Свете. По его мнению, Россия могла включиться в процесс колонизации Северной Америки, используя право первооткрытия новых территорий.
Еще один советский исследователь Е.Г. Кушнарев посвятил анализу инструкции Петра I целый параграф своей монографии. Кушнарев писал, что целью экспедиции было исследование Азиатского побережья севернее Камчатки и поиск места, где Азия «сходится» с Америкой». Правда, Кушнарев сделал существенную оговорку. Он считал, что Первая Камчатская экспедиция была лишь частью более глобального проекта - открытия северного морского пути. Этот путь предполагал возможность пройти по Северному Ледовитому океану и попасть из Атлантического океана в Тихий Кушнарев Е.Г. В поисках пролива. Первая Камчатская экспедиция. 1725-1730 гг. Л., 1976. С. 8-9.. Своеобразным повторением позиции Миллера стала точка зрения известного исследователя Русской Америки и Дальнего Востока В.М. Пасецкого, который в историко-биографическом описании жизни и деятельности В. Беринга сделал такой вывод:
Цель задуманного предприятия состояла в том, чтобы обследовать простирание на север восточных берегов Азии и выяснить, не соединяется ли она с берегами Америки, так как в то время некоторые из географов считали, что оба континента соединены перешейком Пасецкий В.М. Витус Беринг. 1681-1741. М., 1982. С. 16..
Похожую точку зрения высказывает канадский ученый Дж. Гибсон. Правда, он считает, что, следуя на северную широту 67° 18', Беринг преследовал цель открытия новых островов, в том числе Святого Лаврентия и Диомида. При этом он полагал, что основной проблемой соперничества держав станет доставка продовольствия на Аляску Gibson J. Vitus Bering (1681-1741) // Arctic. 1981. Vol. 35. № 3. Р. 438; Gibson J. Feeding the Russian fur trade: provisionment of the Okhotsk seaboard and the Kamchatka Peninsula, 1639-1856. Madison, 1969. P. 85-100..
В 1980-е гг. в историографии вопроса наметилась тенденция объединения различных подходов в понимании инструкции Петра I. В результате появляется комбинированная версия, которая предполагала, что Беринг решал сразу несколько важнейших задач. Например, А.А. Сопоцко писал, что экспедицию следует расценивать как научное и государственное мероприятия, имевшее целью поиск путей в Америку и Японию и составление точных географических карт Сопоцко А.А. История плавания В. Беринга на боте «Св. Гавриил» в Северный Ледовитый океан. М., 1983. С. 11..
Определенные итоги изучения инструкции Петра I Витусу Берингу были подведены в трехтомном сборнике документов, опубликованном в США Орегонским историческим обществом, где во втором томе Б. Дмитришин предлагает в трактовке четко следовать тексту инструкции, а причину отправки экспедиции видит в том, что Петр I был лишь частично удовлетворен результатами экспедиции Евреинова и Лужина To Siberia and Russian America: Three Centuries of Russian Eastward Expansion. A Documentary Record / ed., trans. by B. Dmytryshyn, E.A.P. Crownhart-Vaughan, Th. Vaughan. Portland, 1988. Vol. 2. P. XXXV-XXXVII.. В представленных в сборнике документах имеются сведения об истоках противостояния держав на севере Тихого океана.
На русском языке обобщение было сделано в трехтомной «Истории Русской Америки», вышедшей в конце 1990-х гг. Руководитель авторского коллектива академик Н.Н. Болховитинов подробно остановился на версии Б.П. Полевого. Он признал, что несмотря на тот факт, что Полевой сумел объяснить нестыковки в инструкции, его «версия остается лишь гипотезой». Болховитинов обратил внимание на то, что на карте Гомана кроме большой земли, расположенной вблизи Камчатки, нарисована еще одна земля вблизи Чукотки. Поэтому Беринг отправился на север, чтобы плыть вдоль той, неизвестной земли. Кроме того, Петр I не писал о том, что нужно дойти до «гишпанских» колоний, он указывал на «европейские» владения. При выборе северного направления у Беринга оставалась хотя и чисто теоретическая, но все же возможность дойти до британских или французских владений в Северной Америке. В этом случае возможны как мирное взаимодействие, так и противостояние держав на Тихом океане. Н.Н. Болховитинов подтверждает мысль Г. Барратта о том, что приоритет в зоне влияния за пространство между Камчаткой и Америкой, начиная с экспедиции Беринга стал принадлежать России Болховитинов Н.Н. Открытие Россией северо-запада Америки (1732-1741) // История Рус-ской Америки. М., 1997. Т. 1. С. 55-68; Barratt G. Russia in Pacific Waters, 1715-1825: A Survey of the Origins of Russia's Naval Presence in the North and South Pacific. Carleton University Press, 1981. P. 39-41..
Казалось, что эта аргументация приведет к консенсусу среди исследователей, но ситуация стала развиваться иначе, чем ожидалось. После выхода в свет первого тома «Истории Русской Америки» Б.П. Полевой, который был членом авторского коллектива, в специальном докладе на международной конференции, посвященной 200-летию образования Российско-американской компании, выступил с критикой концепции Н.Н. Болховитинова и подтвердил свою идею о том, что Петр I пользовался картой Гомана и под неизвестной землей имел в виду землю Иоанна де Гамма Полевой Б. П. Основание Русской Америки - идея Петра Великого // Русская Америка. 1799-1867. Материалы международной конференции «К 200-летию образования Российско-американской компа-нии. 1799-1999». Москва, 6-10 сентября 1999 г. М., 1999. С. 100..
При этом в зарубежной историографии в конце XX - начале XXI в. стала достаточно популярной точка зрения, развиваемая О. Фростом и К. Урнесс, которые косвенно отмечали борьбу русской и западноевропейских географических школ и пришли к выводу, что нанесение на точные географические карты восточных оконечностей Российской империи и было главной целью экспедиции Urness С. The First Kamchatka Expedition in Focus // Under Vitus Bering's Command. Arhus, 2003. Р. 17-31; Frost O. Bering. The Russian Discovery of America. New Haven & London, 2003. P. 38-41.. Некоторые из зарубежных авторов также рассматривают открытие Беринга в контексте общих географических исследований севера Тихого океана, в том числе Ванкувера и Кука, стремившихся утвердить английские колонии на новых территориях Wood P., Hayes D. Vancouver, Historical Atlas of British Columbia and the Pacific Northwest: Maps of Exploration. Vancouver, 1999. P. 93-94.. В новейшей статье датского исследователя К. Кристенсена предпринята попытка разобраться с различными концепциями трактовки инструкции. В первую очередь, им были рассмотрены работы на английском языке. Ученый пришел к выводу, что приоритетный географический фактор в ходе экспедиции должен был наполняться коммерческим содержание .
Анализ историографии показывает, что в научной среде продолжаются дискуссии по вопросам трактовки смысла инструкции Петра Первого.
Собственная интерпретация документа
Далее мы попытаемся представить свою интерпретацию изучаемого документа. Для этого сначала обратимся к событиям 1724 г. Первые документальные сведения об организации Камчатской экспедиции относятся к концу 1724 г. Известно, что Петр I дал указ Адмиралтейств-коллегии о «посылке Сибирской» экспедиции. Подлинник этого указа не сохранился. 23 декабря Адмиралтейств-коллегия дала ответ на него, составленный в виде таблицы. В левой колонке были помещены пункты указа Петра I, а в правой - комментарии и рекомендации Адмиралтейств- коллегии. С этим документом потом работал сам император. Напротив некоторых пунктов он сделал собственноручные примечания и пояснения.
Петр I потребовал:
Сыскать геодезистов, тех, которые были в Сибири и приехали», то есть вернулись обратно; 2) Сыскать ис порутчиков или ис подпорутчиков морских достойного, кого с ними послать в Сибирь на Камчатку; 3) Сыскать ис учеников или ис подмастерьев, которой бы мог тамо зделать с палубою бот по здешнему примеру, какие есть при больших кораблях. И для того с ним отправить плотников 4, с их инструментами, которые б моложе были, и одного квартирмейстера и 8 человек матрозов; 4) И по той препорции отпустить отсюда в полтора парусов, блоков, шхив, веревок и протчаго и 4 фальконета с надлежащею амунициею, и одного или 2 парусных швецов; 5) Ежели таких штюр- манов во флоте не сыщется, то немедленно писать в Галандию, чтоб прислали двух человек, знающих море, к северу до Японии, и чтоб оные присланы были чрез ардинарную почту Christensen C. The search for the Northeast Passage: the first and the second Kamchatka expeditions in the years 1725-1743 // Studia Humanitatis, 2019. № 3. P. 1. Указ «о посылке Сибирской», 23 декабря 1724 г. // Российский государств архив военно-морского флота (далее - РГА ВМФ). Ф. 223. Оп. 1. Д. 29. Л. 110, 110 об., 111 (левая колонка)..
Из текста указа видно, что Петр I пока только приказал готовить материальную часть экспедиции и требовал подыскать мореходов для нее. Он не исключал, что в качестве руководителя экспедиции могут быть иностранцы, главное, чтобы они знали северные моря. Район будущего плавания указан не вполне точно, но довольно определенно - «море к северу до Японии».
Из воспоминаний А.К. Нартова можно узнать некоторые подробности написания этой инструкции. Сподвижник царя, изобретатель и механик являлся свидетелем многих начинаний Петра I. Вот что вспоминал Нартов:
В начале января 1725 года <. .> [Петр Великий] сочинил и написал собственною рукою наказ Камчатской экспедиции, которая долженствовала проведывать и отыскать мореходством того, не соединяется ли Азия к северо-востоку с Америкою, отдал оный наказ генерал-адмиралу Апраксину <....> Призванному к себе генерал-адмиралу, говорил следующее: «Худое здоровье заставило меня сидеть дома; я вспомнил на сих днях то, о чем мыслил давно, и что другие дела предприять мешали, то есть о дороге через Ледовитое море в Китай и Индию. На сей морской карте проложеной путь, называемый Аниан, назначен не напрасно. В последнем путешествии моем в разговорах слышал я от ученых людей, что такое обретение возможно. Оградя отечество безопасностию от неприятеля, надлежит стараться находить славу государства чрез искусства и науки» Нартов А. К. Рассказы Нартова о Петре Великом. 1891. С. 98-99..
Текст инструкции требует внимательного прочтения, сложен для понимания и вызывает вопросы. Попробуем обозначить все спорные места этого документа.
Что касается первого пункта, то понятно, что от Беринга требовалось построить один или два бота на Камчатке или в каком-либо другом месте.
Второй пункт инструкции уже содержит два вопроса. Во-первых, возникает вопрос о точном направлении движения - куда нужно было плыть (идти) на ботах? Есть только один ориентир - «возле земли, которая идет на норд». Вероятно, эта загадочная земля растянута с юга на север. Поэтому, данная формулировка предполагает как минимум два направления: плыть вдоль этой земли на север либо идти вдоль этой же земли на юг. Но прежде чем отправиться на север или на юг, необходимо найти эту землю, чтобы оказаться «возле» нее. А она может быть только на востоке от Камчатки. Таким образом, восточное направление маршрута также не исключается. Более того, оно, вероятно, должно быть первоочередным. Только после нахождения земли нужно было избрать направление движения на юг или на север вдоль этой земли.