Статья: Международный военный трибунал для Дальнего Востока: Японская операция на Халхин-Голе была агрессивной войной

Международный военный трибунал для Дальнего Востока: "Японская операция на Халхин-Голе была агрессивной войной"

Равдангийн Болд

г. Стамбул, Турция

Аннотация

В рамках Международного военного трибунала для Дальнего Востока, проходившего в Токио в 1946-1948 гг., были выслушаны свидетельские показания более 20 советских, монгольских и японских свидетелей, принимавших участие в боях на реке Халхин-Гол. События были представлены мировой общественности в соответствующей мере. Хотя некоторые считают, что Токийский процесс стал мероприятием, в рамках которого победившая в войне сторона сумела навязать свое мнение и решение проигравшей, трибунал был очень важным мероприятием, раскрывшим обоснование для развязывания военных действий на Халхин-Голе и пришедшим к заключениям международного значения. Токийский процесс пришел к заключению, что военные действия на Халхин-Голе были заранее подготовленной японской стороной «агрессивной войной, развязанной против МНР и СССР». Это было обоснованным заключением и с позиции того, что война есть продолжение политики другими средствами, и с позиции международного права. С другой стороны, в свое время Токийский процесс сделал политическое заключение, что военные действия на Халхин-Голе были «агрессивной войной», что, несомненно, делает для Монголии те события войной. Статья написана с использованием Заключения и материалов Международного военного трибунала для Дальнего Востока по поводу военных действий на реке Халхин-Гол Documents on the Tokyo International Military Tribunal. Ox-ford, 2003.

© БолдРавдангийн, 2019.

Ключевые слова. Халхин-Гол, Токийский процесс, Международный военный трибунал.

Ravdangiin Bold

Istanbul, Turkey

THE INTERNATIONAL MILITARY TRIBUNAL FOR THE FAR EAST: “THE JAPANESE OPERATION IN THE KHALKHYN GOL AREA WAS AN AGGRESSIVE WAR”

Abstract. More than 20 Soviet, Mongolian and Japanese witnesses who had taken part in the battles in the area of the KhalkhynGol (English "Khalkha River") were heard in the International Military Tribunal for the Far East, held in Tokyo in 1946-1948. The events were presented to the world community to the extent appropriate. Although some believe that the Tokyo Trial was an event where the victors in the war were able to impose their views and the decision on the war's losers, the Tribunal was a very important event that revealed the causes of military action in the KhalkhynGol area and came to conclusions of international significance. The Tokyo Trial found that the military action near the KhalkhynGol was "an aggressive war unleashed against the MPR and the USSR" and prepared by Japan in advance. It was a reasoned conclusion from the point of view that "War is a continuation of politics by other means" as well as from the point of view of international law. On the other hand, at the time, the Tokyo Trial made a political judgement that the military action in the KhalkhynGol area was "an aggressive war", that undoubtedly makes those events a real war for Mongolia. The article was written based on the decision of the International Military Tribunal for the Far East on the military activities in the KhalkhynGol area.

Keywords.KhalkhynGol, Tokyo Trial, International Military Tribunal.

После подписания Потсдамского соглашения союзники, победившие в войне, провели между собой дипломатические переговоры, по результатам которых был сформирован военный трибунал в составе представителей 9 стран (СССР, США, Великобритания, Франция, Китай, Канада, Австралия, Голландия и Новая Зеландия), который должен был провести судебный процесс над японскими военными преступниками. Затем к соглашению присоединились Индия и Филиппины, был создан Международный военный трибунал для Дальнего Востока (Токийский процесс) в составе представителей 11 государств.

Устав Международного военного трибунала в Нюрнберге над германскими военными преступниками был утвержден на основе договоренностей, достигнутых правительствами четырех государств, победивших в войне, но в разработке устава Токийского процесса основную роль исполняла американская сторона.

В рамках встречи глав МИД четырех государств, проходившей в Москве в декабре 1945 г., стороны договорились поручить все вопросы по капитуляции, оккупации и контролю Японии Главнокомандующему союзными оккупационными войсками, дислоцированными в Японии. Тем самым договорились, что исполняющим обязанности Главнокомандующего союзными оккупационными войсками в Японии будет Главнокомандующий американскими войсками в Японии (генерал Д. Макартур). В рамках полномочий по полному контролю над Японией генералМакартур отвечал за организацию и процедурные вопросы Токийского процесса. Устав трибунала в целом повторял основные принципы устава Нюрнбергского процесса, но проект был разработан американскими юристами, и 26 апреля 1946 г. генерал Макартур утвердил Устав Международного военного трибунала для Дальнего Востока. халхин международный военный трибунал

Согласно уставу, Главнокомандующий союзными оккупационными войсками назначает минимум 6, максимум 11 человек из числа представителей стран, подписавших Акт капитуляции Японии, а также Индии и Филиппин, а одного члена утверждает председателем суда. Также Главнокомандующий союзными оккупационными войсками назначает главного обвинителя, и каждый член ООН, ведший военные действия против Японии, имел право дополнительно назначить помощника главного обвинителя. В 1946 г. Монголия не смогла стать членом ООН, как и в последующие годы, поэтому, хотя страна и подверглась японской агрессии, она не имела права принимать участие в Токийском процессе в качестве обвинителя.

Вся процедура Токийского процесса проходила на английском языке и на языке обвиняемой стороны, как было указано в Уставе, хотя некоторые участники были категоричски не согласны с этим [2, c. 36].

Первое заседание Токийского процесса началось в японской столице 3 мая 1946 г., а сам процесс завершился 4-12 ноября 1948 г., когда был зачитан обвинительный приговор на 1214 страницах. За этот период судом было принято 4336 документов, письменные и устные показания давали 419 свидетелей, судебный материал достигал 48.412 страниц.

В качестве военных преступников Токийский трибунал вызвал 28 человек, в т.ч. Премьер-министр, военный министр, министр иностранных дел и министр финансов, начальник Генерального штаба, командующий Квантунской армией и другие высокопоставленные политические и военные чиновники Японии. Против были выдвинуты обвинения в 55 видах преступлений, как преступления против мира (36 обвинений в пунктах 1-36), обвинения в массовых убийствах (16 обвинений в пунктах 37-52), преступления против обычаев войны и преступления против человечности (16 обвинений в пунктах 53-55).

Из них пункты 26, 36 первой категории преступлений и пункт 51 третьей категории были выдвинуты против 14 политических и военных деятелей Японии -- их обвиняли в зачине военных действий на Халхин-Голе. К примеру, в пункте 26 говорилось: «Обвиняемые Араки, Доихара, Хата, Хиранума, Ита- гаки, Кидо, Койсо, Мацуи, Мацуока, Муто, Судзуки, Того, Тодзио и Умедзу летом 1939 г. развязали войну посредством нападения на Монголию в районе реки Халхин-Гол в нарушение международного права, договоров, соглашений и заверений против различных стран»; в пункте 36: «те же подсудимые, что и по пункту 26, обвиняются в ведении агрессивной войны против Монголии и Советского Союза летом 1939 г. в нарушение международного права, договоров, соглашений и заверений против различных стран»; в пункте 51: «подсудимые Араки, Доихара, Хата, Хиранума, Итагаки, Кидо, Коисо, Мацуи, Мацуока, Муто, Судзуки, Того, Тодзио и Умедзу обвиняются в незаконном убийстве военнослужащих Монголии и Советского Союза посредством незаконного приказа, распоряжения и разрешения вооруженным силам Японии напасть на территорию Монголии и Советского Союза, которые не находились в состоянии войны с Японией, в районе реки Халхин-Гол летом 1939 г.»

Кроме плана обвинения данный документ сопровождали 5 приложений, названных «А», «В», «С», «Д» и «Е», которые детализировали обоснования вменяемых преступлений. К примеру, приложение «А» состояло из 10 глав, восьмая из которых называлась «Агрессия против СССР», и в ней говорится о целях японской стороны, развязавшей войну на Халхин-Го- ле: «В 1939 г. Япония, также не объявляя войны, напала на территорию союзной СССР Монгольской Народной Республики у реки Халхин-Гол, завязав бои с армией МНР и союзной ей Красной Армией. В обоих этих случаях Япония преследовала цели разведки боем сил Красной Армии и захвата стратегических позиций для будущей войны против СССР» [2, c. 113].

Участвовавшие в Токийском процессе адвокаты выдвинули 17 предложений, на основании которых опровергали план обвинений, и среди прочего гово- рилось,что с 1 января 1928 г. и до 2 сентября 1945 г. Япония не находилась в состоянии войны с Китаем, Францией, Тайландом, Португалией и Монголией, поэтому невозможно считать военными преступлениями те действия, которые якобы предпринимались против этих стран. Также они предлагали исключить из списка все пункты, касающиеся Монголии, суверенитет которой сомнителен [2, c. 121]. Британский обвинитель Коминс-Карр заявил, что Монголия является суверенным государством, независимость которой признана несколькими государствами, в том числе и СССР, а на момент нападения Японии Монголия уже поддерживала союзнические отношения с Советским Союзом, поэтому предложение исключить статьи о Монголии из части обвинения против Японии необо- снованы [2, c. 125].

Советский обвинитель С.А. Голунский начал представлять пункты обвинения японских военных преступников в суде с 8 октября 1946 г. [1]. Определяя задачи проведения боев на Халхин-Голе, он заявил: «Правительство и военное командование Японии было прекрасно осведомлено о существовании советско-монгольского протокола о взаимной помощи, понимало, что агрессия против Монголии приведет к столкновению с Советским Союзом, но умышленно пошло на этот шаг. Задачей операции, осуществленной Квантунской армией на Халхин-Голе, было отделение Дальнего Востока от Советского Союза и захват Транссибирской железнодорожной магистрали, чтобы подготовить платформу для проникновения на советскую территорию» [2, c. 161]. По его мнению, японцы напали на территорию союзной Монголии без предупреждения, и советский обвинитель впервые применил термин «необъявленная война».

Советская сторона представила Токийскому процессу ряд документов, доказывающих японскую агрессию в районе реки Халхин-Гол. Например, советский обвинитель, генерал В.С. Тадевосян передал Токийскому процессу два документа, свидетельствовавших о том, что Японии давно готовилась к агрессии против МНР. Одним из них был отрывок из статьи «Задачи Японии в эпоху Шёво», опубликованной бывшим министром армии С. Араки в номере 516 журнала «MiscellaneousPeopleLiteratureMinaoBunko» от 1933 г. В нем упоминалось о Монголии: «Япония не желает соседства с двусмысленными странами типа Монголии в своей сфере влияния. Любым методом нужно добиться того, чтобы Монголия стала Восточной Монголией. Нужно дать... ей независимость и мир. Нельзя оставлять ее другим странам. Двойственное положение Монголии служит источником тревожного состояния всего Востока. Проблема Монголии может серьезно помешать имперской политике, а затем и решению маньчжурского вопроса. Поэтому необходимо определиться с этим вопросом на данный момент, а решение уничтожить любого противника, настроенного против империи, должно быть совершенным»Proceedings of International Military Tribunal for Far East (IMTFE), рр. 7.828-7.829.

2019. Т. 20, № 1. С. 25-53.

Затем С. Тадевосян представил документ, доказывающий, что начальник штаба Квантунской армии, генерал Итакаги за три года до начала событий у Но- монхана высказывал предложение японской военщины захватить МНР. Это был протокол переговоров генерала Итакаги и посла Японии в Китае Ариты, в которой поднималась тема Внешней Монголии. «Внешняя Монголия - закрытая территория. Царская Россия давно протянула свою чертову руку и сделала ее своим протекторатом. После революции большевистская Россия ведет аналогичную политику и тоже установила свое влияние. Если посмотреть на карту Восточной Азии, то значимость Внешней Монголии для Японии и Маньчжоу- го заключается в крыле, защищающем Транссибирскую магистраль - железную дорогу, соединяющую советский Дальний Восток с европейской частью страны. Если Внешняя Монголия присоединиться к Японии и Маньчжоу-го, советский Дальний Восток окажется под огромной опасностью, а советское влияние на Дальнем Востоке можно будет изничтожить без всякой борьбы. Поэтому армии нужно использовать все имеющиеся у нее на руках инструменты для распространения японо-маньчжурского влияния во Внешней Монголии, и первым шагом должно стать признание суверенитета Внешней Монголии без оглядки на политику Советской России, установить между Мань- чжоу-го и Внешней Монголией нормальные, полностью дипломатические отношения. После этого они должны объединить свои усилия и объяснить западной Внутренней Монголии необходимость национального присоединения Внешней Монголии»³.

Советская сторона в качестве доказательства также передала суду справочник «О провокациях японцев в 1939 г. в районе реки Халхин-Гол», разработанный военно-историческим отделом Генерального штаба Красной Армии 12 марта 1946 г. Суть данного справочника в целом сходится с содержанием книги «Халхин-Гол», опубликованной С. Шишкиным в 1946 и 1954 гг., поэтому есть основания считать, что именно он является автором данного документа. В нем особенно подчеркивается, «что японцы начали системно нарушать границу Монголии с января 1939 г. в районе реки Халхин-Гол, что за это время произошло более 30 нарушений границы, что в то же время сосредоточилась значительная группировка регулярных войск, состоящая из личного состава японской 23-ей пехотной дивизии и баргутских конных полков, что с монгольской стороны эту пограничную полосу защищали силами единственной заставы, расположенной на западном берегу реки Халхин-Гол, где несли службу всего несколько человек».