"Кричал, что мало гальки": починка дорог в Вятской губернии в XVIII-XIX веках
В.А. Коршунков
кандидат исторических наук, доцент, Вятский государственный университет.
Аннотация
Дорожная проблематика чрезвычайно важна для понимания Российской империи - крупнейшей континентальной державы мира. Но историки не слишком активно изучают транспортные аспекты былой российской повседневности и системы государственного управления. Между тем в законодательных актах и распоряжениях, в наших архивах, в старинной периодике и мемуарах имеется немалое количество свидетельств о способах прокладки и починки сухопутных дорог и мостов в XVIIIXIX вв. Достоверные сведения о дорожных ремонтах позволяют лучше понять внутреннее устройство Российского государства, равно как и отношение власти к народу. В предлагаемой статье эта проблематика рассмотрена на примере Вятской губернии.
Выявленные и использованные источниковые материалы относятся ко второй половине XVIII и к XIX в. - главным образом, ко времени до Великих реформ, то есть к периоду неограниченного самодержавия и крепостничества. В то время подневольный народ пригоняли на дорогу и принуждали копать, возить, кидать, трамбовать. Трудовые повинности включали в себя засыпку рытвин и водомоин, выравнивание бугров на полотне дороги, рытье канав для отвода воды, вырубку леса по обочинам, прокладку гатей и починку мостов, а ко всему еще и поставку подвод. Особенно трудно было работать на дорогах Русского Севера, где население немноголюдно, расстояния огромные, полно речек, ручьев, болот. Архивные данные указывают на непрестанные попытки властей более справедливо распределить бремя этих трудов и на столь же постоянные попытки простых людей уклониться от них. Эксплуатация населения на дорожных работах в Российской империи была слишком велика, а организация труда отличалась редкостной неэффективностью. Дороги же если исправлялись, то, как правило, накануне проезда высокого начальства, и то ненадолго.
Ключевые слова: дороги, Российская империя, повседневная жизнь, Вятская губерния, государственное управление.
"He shouted that there is not enough gravel": repairing roads in Vyatka province in the 18th-19th centuries
V. A. Korshunkov
PhD in History, аввосіаіе professor, Vyatka State University.
Abstract. Road problems are very important for understanding the Russian Empire as the largest continental state in the world. But historians don't study actively the road aspects of the former Russian everyday life and the system of public administration. Meanwhile in legislative acts and orders, in our archives, in old periodicals and memoirs, there is a considerable amount of evidence on the methods of paving and repairing land roads and bridges in the 18th-19th centuries. Reliable information about road repairs makes it possible to better understand the internal structure of the Russian state, as well as the attitude of the authorities towards the people. These problems are considered in the paper on the example of the Vyatka province.
The identified and used source materials date back to the second half of the 18th and 19th centuries, i. e. mainly to the time before the Great Reforms, that is, to the period of unlimited autocracy and serfdom. The people at this time were driven to roads and forced to dig, carry, throw, tamp. Labor duties included filling potholes, leveling bumps on the roadbed, digging ditches to drain water, deforestation along roadsides, repairing bridges, and in addition to provide carts. It was especially difficult to work on the roads of the Russian North, where the population is not crowded, and the distances are huge, and there are plenty of rivers, streams and swamps. Archival data point to constant attempts by the authorities to more equitably distribute the burden of these labors and constant attempts by ordinary people to evade them. The exploitation of the population in road works in the Russian Empire was too great, and the organization of labor was extremely ineffective. If the roads were repaired, it was usually on the eve of the visits of high authorities but for a short time only.
Keywords: roads, Russian Empire, everyday life, Vyatka province, public administration.
Россия - страна протяженностей. Сухопутные дороги тянулись на тысячи верст, через лесные чащи, болота, степи. Они пересекали большие и малые реки, ныряли в овраги, подводили к опасным кручам. Император Николай I, беседуя в 1839 г. с французским гостем маркизом А. де Кюстином, обронил афористичную фразу: «Расстояния - бич России» [9, т. 1, с. 224]. Древние римляне твердили, что плавать по морю необходимо («Navigare necesse est»), добавляя при этом: «а жить нет необходимости» («vivere non est necesse») Слова, приписываемые Плутархом римскому государственному деятелю и полководцу Гнею Помпею Магну (Plut. Pomp. 50). В оригинале - по-древнегречески.. Наши предки могли бы заметить, что государство Российское жизненно нуждалось в связности - самую обширную на свете страну необходимо было вдоль и поперек пересекать купцам, военным, ссыльным, паломникам, фельдъегерям. Ездить по дорогам необходимо.
Дорожная проблематика, таким образом, чрезвычайно важна для понимания Российской империи как крупнейшей континентальной державы мира, с ее сущностными особенностями. Но историки не слишком активно изучают эти аспекты былой российской повседневности и системы государственного управления, оставляя возможность высказываться преимущественно краеведам и публицистам. По крайней мере, монографических исследований пока нет. Между тем в законодательных актах и распоряжениях, в наших архивах, в старинной периодике и мемуарах имеется немалое количество свидетельств о способах прокладки и починки сухопутных дорог и мостов в XVIII-XIX вв. Достоверные сведения о дорожных ремонтах позволяют лучше понять внутреннее устройство Российского государства, равно как и отношение власти к народу. Эта проблематика будет здесь рассмотрена на примере Вятской губернии (на первых порах - Вятского наместничества). Выявленные и использованные ис- точниковые материалы относятся ко второй половине XVIII и к XIX в. - главным образом, ко времени до Великих реформ, то есть к периоду неограниченного самодержавия и крепостничества. В царствование Александра II дорожное дело стало вестись иначе.
Часто колесивший по России А. С. Пушкин в незаконченной статье «Путешествие из Москвы в Петербург» (1833-1835) со знанием дела утверждал: «Поправка дорог, одна из самых тягостных повинностей, не приносит почти никакой пользы и есть большею частью предлог к утеснению и взяткам». Тяжких работ по прокладке дорог и затем по поддержанию их в проезжем состоянии во все времена бывало с избытком. До Великих реформ 1860-х гг. подневольный народ просто-напросто пригоняли на указанное место и принуждали копать, возить, кидать, трамбовать. Трудовые повинности включали в себя засыпку рытвин и водомоин, выравнивание бугров на полотне дороги, рытье канав для отвода воды, расчистку леса по обочинам, прокладку гатей и починку мостов, а ко всему еще и поставку подвод. Иной раз начальство требовало деревца по обочинам сажать.
Особенно трудно было работать на дорогах Русского Севера, где и население немноголюдно, и версты немереные, да и речек, ручьев, болот полно [см., например: 15]. Вятский край по своим природно-климатическим условиям сходен с северными губерниями - Олонецкой, Архангельской, Вологодской. государственное управление дорожный ремонт
Кроме обычных дорожных работ, слишком часто бывали и злоупотребления. Например, марийское население Поволжья и Приуралья, судя по документам 1767-1768 гг., страдало и от узаконенных повинностей, и еще больше - от насилия, побоев, а то и прямых грабежей, чинившихся проезжающими. Жалобы на это содержались чуть ли не в каждом втором направлявшемся наверх документе [3].
Крестьяне всего этого терпеть не могли. Тем более что ремонт проводился в теплое время года, когда люди и без того бывали очень заняты. В 1815 г. в Яранском уезде Вятской губернии поправляли Московский тракт, и распоряжавшийся работами уездный землемер предписывал дистанционному смотрителю Шаптинской волости подготовить и вывезти необходимый для устройства дороги лес «на места так, чтоб они по приступлении к работам были на оных в совершенной готовности». И сделать это к 1 июня [16, ф. 582, оп. 1, д. 65, л. 101а]. Следовательно, сами работы предполагались в ту пору, когда в Вятском крае тепло и не очень дождливо - уже после сева (и по-видимому, чтобы закончить до уборки). В пореформенный период, согласно российским законам, натуральная дорожная повинность могла применяться лишь в свободное от полевых работ время, то есть весной после посева яровых и осенью после уборки хлеба. Сзывать же крестьян в иное время можно было только в чрезвычайных случаях, когда возникала какая-либо опасность для проезжающих. И если такое случалось, следовало докладывать министру внутренних дел [14, т. 1, ч. 1, с. 56]. Однако этот порядок нередко нарушался. К тому же работы зачастую бывали чересчур спешными - их затевали перед проездом какого-либо важного чина, хоть бы и в самую страду.
16 июня 1794 г. вятский наместник (губернатор) Ф. Ф. Желтухин направил предписание о необходимости подлатать дороги окружным (уездным) органам власти - Яранскому и Ца- ревосанчурскому нижним земским судам. Путь был испорчен рытвинами от весенних вод, да и мосты находились в дурном состоянии. Желтухин требовал от подчиненных, чтобы исправление было сделано непременно «до начатия полевых работ, дабы в тогдашнее время не отлучать для сего поселян от исправления домашних работ, ибо оными на целой год избытки свои промышляют они». Но, кажется, произошло недопонимание. Чиновники Царевосанчур- ской округи поспешали не слишком, и губернскому начальнику спустя несколько недель пришлось им пригрозить, требуя выполнения. Он писал, что сумеет лично проверить, сделают ли они что-нибудь: ежели, мол, я не увижу исправления дорог во время объезда губернии, то будет вам наказание. Тогда из Царевосанчурска пришло спешное извещение: дорожные работы проведены, теперь все в порядке. Но и на это Желтухин отреагировал неодобрительно - как раз потому, что поправка дорог производилась в июле. Ведь он предписывал принуждать поселян к поправке дорог и мостов «при начале весны до наступления рабочего времени» [16, ф. 583, оп. 600, д. 328, л. 1-1об., 4, 6, 7-7об.]. В общем, первое указание от наместника в Царевосанчурск поступило летом, уже во время полевых работ, затем раздался еще один начальственный окрик. Тут-то чиновники и засуетились - то ли вправду согнали крестьян на дорогу, то ли по привычке слукавили. Но и включать авральный режим чиновникам было нельзя! Желтухин в своих посланиях указывал им, что сами по себе должностные их обязанности требуют своевременного, без дополнительных указаний, выполнения дорожных и всяких прочих работ - то есть без чрезмерной спешки и суеты.
А за пять лет до того, в 1789 г., в Елабужской округе Вятского наместничества крестьяне сумели так нажаловаться на обременение дорожной повинностью, что руководивший округой елабужский земский исправник вынужден был обратиться выше, и в конце концов это дело рассматривалось Вятским наместническим правлением. Примечательны обороты речи, которыми чиновники в официальных документах описывали положение крестьян: «...Оных селений, где состоят станции, жители по малолюдству, а более по соверщенной скудости, понести тех тягостей, которые почти ежечастно бывают, не в силах» [16, ф. 583, оп. 600, д. 499, л. 41об.]. Тягости заключались в ямской гоньбе, сопровождении отправляемых по трактам колодников и рекрутских партий, ремонте мостов и в прочих трудах. «.Каковые тягости и изнуряют живущих поселян при больших дорогах противу протчих собратий их, жителству- ющих в сторонах» [16, ф. 583, оп. 600, д. 499, л. 42об.]. «Поселяне» придорожных деревень и сел умоляли даже не об уменьшении работ и забот, а указывали на несправедливость: те люди, которые обитали чуть дальше от больших дорог, не подлежали таковым утеснениям. Вятские чиновники придумали было, чтоб эти сторонние помогали хоть чем-нибудь придорожным своим «собратиям», но это не могло стать удовлетворительным решением. Сходные жалобы звучали и позже, в 1793 г., когда наместническое правление обращалось в Вятский нижний земский суд, замечая, что «отправляющие ямскую гоньбу одни против других болще отягащаются, некоторые по малосостоянию людей, а другие по далности растояния станцеи, и иные по множеству пересылавщихся колодников.» Тогда «для уравнения всех» решили собрать сведения о количестве ямских станций и лошадей по каждому участку того или иного тракта и вообще о состоянии путей [16, ф. 583, оп. 600, д. 499, л. 45-45об.]. Вот и все, что сумели измыслить.
Отношение народа к принудительным работам на дорогах хорошо иллюстрирует рапорт вятского губернского землемера Филиппа Бардина губернатору от 27 июня 1812 г. Там говорилось: «В прошлом 1811-м году, по части устроения Сибирского тракта замечено мною, что рабочие люди приписанных к тому волостей являлись не в том количестве, как было назначаемо - с каждых 100 по 10 человек, а менее, и не с 1-го числа положенного на сие июня м[еся]ца, а позже. И то ж многие без показания каким-либо землемером работ, по издержании хлеба отлучались, не зделав на тракте ничего, в свои домы! Ибо землемеры уездные отряжались к тому с 1-го числа показанного м[еся]ца, и в проезде том, буде где рабочих нет, дистанции оставались без показании. После ж того, хотя рабочие и явятся, но, не знав, что делать, отлучались без всяких позволении, как выше упомянуто, в свои домы.» Землемер уточнял, что «вместо назначаемых 11 943 являлось не более 1500 душ.» [16, ф. 582, оп. 46, д. 6, л. 66- 66об., 90]. А ведь вроде бы всё чиновники учли, с точностью до единого человека! Но являться в летнюю рабочую пору для тяжкого и маловразумительного труда со своими подводами и лошадьми да на своих харчах можно было только из-под палки.
В 1824 г. через Вятскую губернию проследовал путешествовавший по стране Александр I, который был в г. Вятке с 8 по 11 октября. Доверенный сановник императора генерал А. А. Аракчеев еще 24 июня писал вятскому губернатору П. М. Добринскому, что государю стало известно о проводившейся в губернии починке дорог. Александр просил Аракчеева узнать, в чем причина - обычное ли это ежегодное исправление или подготовка к визиту? С присущей ему дотошностью Аракчеев запрашивал и такие сведения: «Сколько в продолжении сего лета на какой именно дороге во вверенной вам губернии употреблено было работников и конных подвод и с какого числа душ то и другое приходилось? Есть ли же наймом, то сколько имянно издержано денег и по скольку пришлось заплатить с ревизской души?» Губернатор Добринский на это отвечал, что нынешнее исправление дорог - обычное, «на основании Высочайше изданных о дорогах правил.» По его утверждению, он лишь планомерно продолжал дорожное строительство, согласно правилам об устройстве почтовых трактов [16, ф. 582, оп. 47, д. 17, л. 4-8об. См. также: 1, т. 2, с. 849-850; 7; 10, с. 4-41]. Информацию же состоянии и поправке дорог по губерниям правительство и прежде время от времени требовало. Скажем, 29 июня 1810 г. вятский губернатор Ф. И. фон Брадке получил запрос: требовались «обстоятельные сведения о настоящем состоянии столбовых больших почтовых дорог, какое имеют места, по коим они пролегают, естественное положение, сколько находится на оных мостов, спусков и плотин, какие материалы к устроению и починке, соответственно свойству дорог и мостов, употребляются, каков наблюдается порядок в содержании оных и как расположена раскладка земской повинности по душам и обязанность поселян и жительств, вместе с достоверным показанием способов и распоряжений, посредством коих производится покупка и доставление разных для сей потребности надобных материалов?» [16, ф. 582, оп. 46, д. 6, л. 1- 1об.]. Обобщая такие данные, высокое начальство определяло, что со всем этим делать.