Самарская гуманитарная академия
Конституционность системы источников гражданского права
Павлова Наталья Николаевна
Провозглашение Россией в июне 1990 года государственного суверенитета и принятие в 1993 году новой Конституции РФ [11] привело к необходимости разработки нового гражданского законодательства, основой которого должна была стать уже неплановая экономика. Рычагом демократии и проводником частнособственнических отношений, сопровождающихся свободой предпринимательской деятельности, уготовано было стать новому Гражданскому кодексу РФ, первая часть которого и была принята в 1994 году.
Несмотря на то обстоятельство, что основные начала гражданского законодательства были, по сути, «рождены» из конституционных прав и свобод, по непонятной причине разработчиками Гражданского кодекса, по нашему мнению, была допущена правовая неточность в том, что Конституция в тексте Гражданского кодекса не указана как основополагающий источник гражданского законодательства, как полноценная основа отраслевого кодекса. В статье 3 ГК РФ содержится только упоминание, что в соответствии с Конституцией «гражданское законодательство находится в ведении Российской Федерации» [4], тем самым, констатируется лишь тот факт, что российское гражданское законодательство отвечает началам федерализма. В существующей в настоящее время формулировке п. 1 ст. 3 Гражданского кодекса упускается общая многоплановость конституционно-правовых ценностей, их несводимость только к началам федерализма, не учитывается важное предопределяющее значение конституционных норм для всего гражданского права и отраслевого законодательства, в котором они получают сво? развитие и конкретизацию. Тем самым, как бы нивелируется явление конституционализации отрасли гражданского права, выражающееся, в том числе, в практическом воплощении идей и норм Конституции в законодательстве, в каждом правовом институте. Следует заметить, что в Гражданском кодексе, помимо статьи 3, ссылки на Конституцию РФ имеются еще лишь в двух случаях. Так, в ст. 7 ГК РФ воспроизводится конституционная норма, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются в соответствии с Конституцией составной частью правовой системы России, и в ст. 61 ГК РФ, устанавливающей, что юридическое лицо может быть ликвидировано по решению суда в случае осуществления деятельности с нарушением Конституции. Подобное изложение норм Гражданского кодекса создает некую правовую неопределенность и порождает вопросы там, где их не могло бы и возникнуть, если бы Конституция изначально была бы закреплена в тексте Гражданского кодекса в качестве основополагающего источника гражданского законодательства. Среди подобных вопросов: разве регулирование иных гражданско-правовых отношений (помимо ст. 7 и 61 ГК РФ), нормируемых множеством статей четырех частей Гражданского кодекса, не основывается на Конституции? Считаю, что ныне существующая формулировка нормы ГК РФ, обеспечивающая связь Гражданского кодекса с Конституцией, приводит к недооценке значения Конституции как основополагающего источника гражданского законодательства, в связи с чем нуждается в модернизации.
Предлагается рассмотреть вопросы конституционализации современного гражданского права с точки зрения системы его источников и той роли и места, которое занимает в этой системе Конституция Российской Федерации.
Конституция РФ является основополагающим политико-правовым актом, содержащим сверхимперативные ценности, и служит юридической базой всей российской правовой системы и гражданского права, в частности. Очень ярко и образно выразился известный российский цивилист А. Л. Маковский, рассматривающий Конституцию «как акт, породивший Гражданский кодекс и, наверное, вс? гражданское законодательство» [12, c. 147]. Обоснованно считается, что в отношении гражданского права Конституция является особым и наиболее важным источником, за нормами которого признается высшая юридическая сила, т.к. именно в н?м закрепляются основы статуса личности, неприкосновенность частной собственности, свобода предпринимательской деятельности, содержание гражданского законодательства и ряд других основных начал гражданского оборота. Считаю необходимым расширить абсолютно справедливый тезис
М. Н. Семякина, что «Конституция - это своего рода несущая юридическая конструкция, на которой основывается гражданское законодательство» [19, c. 125], до утверждения, что Конституция - это юридическая конструкция, на которой базируется вс? гражданское право.
Казалось бы, утверждение, что «Конституция является базой текущего законодательства» [1, с. 172], является устоявшимся и общепризнанным. Однако анализ позиций различных авторов и предлагаемых ими моделей системы источников российского гражданского права приводит к не столь однозначному выводу. Так, О. А. Рузакова в состав источников гражданского права включает нормативно-правовые акты, международные договоры и обычаи делового оборота [17, c. 13]. Раскрывая понятие нормативно-правовых актов, автор пишет, что их состав и иерархия определены в ст. 3 Гражданского кодекса, т.е. гражданское законодательство и иные акты, содержащие нормы гражданского права, к каковым Конституция не относится. Фраза о том, что в соответствии с Конституцией гражданское законодательство находится в исключительном ведении Российской Федерации, к сожалению, не означает, что Конституция входит в состав авторской модели системы источников гражданского права. В другом учебнике по гражданскому праву для бакалавров и специалистов [13, с. 16-17] при рассмотрении вопросов понятия и системы источников гражданского права Конституции Российской Федерации, как элементу этой системы, к сожалению, опять же не нашлось места.
Совершенно иную - по роли и месту отведенного Конституции - модель системы источников гражданского права декларирует И. А. Зенин. В ней Конституция как «фундамент гражданского законодательства» [8, c. 23] занимает первоочередное верховное место.
Свою модель системы источников российского гражданского права выстраивает О. М. Родионова [16, c. 166]. В отличие от других цивилистов, располагающих международные договоры, общепризнанные принципы и нормы международного права при систематизации источников гражданского права России на нижестоящих, дополнительных ступенях, автор выдвигает их на первое место. Конституция, как и другие нормативноправовые акты, занимает в этом случае вторую нишу.
Другой исследователь, О. В. Зайцев, при систематизации источников гражданского права [7, c. 38] разделил источники международного права, функционирующие в правовой системе Российской Федерации, на две составляющие: общепризнанные принципы и нормы международного права - первая группа, международные договоры РФ - вторая группа. Общепризнанным принципам и нормам международного права при выстраивании иерархической последовательности всистеме источников гражданского права автор придал приоритет перед Конституцией, поместив е? на второе место, а международные договоры Российской Федерации расположил вслед за «основным источником гражданского права», Конституцией, на третьем месте. Подобную очер?дность в ряду источников гражданского права О. В. Зайцев обосновывает тем, что государство не может отступать от императивных норм международного права, каковыми, по его мнению, и являются общепризнанные принципы международного права; государство должно обеспечить выполнение международного обязательства в соответствии с принципом pacta sunt servanda (договоры должны соблюдаться). Действительно, ч. 1 ст. 17 Конституции гласит: «В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией». Вряд ли назначение этой конституционной нормы - установить приоритет международного права. Скорее, она содержит указание на правовые основы в вопросах прав человека, что права человека не дарованы государством, а государство лишь признало их и конституционно закрепило, следовательно, и смысл е? прочитывается так: права человека признаются и гарантируются в соответствии с Конституцией, которая закрепляет их согласно общепризнанным нормам международного права. Поэтому указанная норма не ослабляет положения Конституции в правовой системе Российской Федерации, которое недвусмысленно вытекает из смысла самой Конституции - Конституция имеет высшую юридическую силу на всей территории РФ (ч. 1 ст. 15 Конституции). Что же касается Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года, на которую ссылается О. В. Зайцев в обоснование надконституционности общепризнанных принципов и норм международного права в иерархической последовательности системы источников гражданского права, то она на основании ст. 27 в сочетании со ст. 46 позволяет государству ссылаться на норму внутреннего права особо важного значения, в качестве оправдания для невыполнения договора [3, c. 67-68]. Конституция как раз и является таковой нормой внутреннего права. Как отмечено в Постановлении Конституционного Суда, являющимся окончательным и обязывающим всех правоприменителей не допускать толкования нормы каким-либо иным образом и в каком-либо ином смысле, «Конституция Российской Федерации, принятая многонациональным народом Российской Федерации, сознающим себя частью мирового сообщества, устанавливает, что права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются в Российской Федерации, в том числе согласно общепризнанным принципам и нормам международного права» [14]. Ключевыми для нас являются словосочетания «Конституция устанавливает», и что общепризнанные принципы и нормы международного права являются лишь одним из истоков, «в том числе» установления и гарантирования Конституцией прав и свобод человека на территории Российской Федерации. Считаю, что все действующие на территории России правовые установления не должны противоречить Конституции, она находится над ними, и общепризнанные принципы и нормы международного права, функционирующие в правовом поле России, не являются исключением.
В. В. Долинская [6, с. 10] при построении модели системы источников гражданского права Конституцию и федеральные конституционные законы также располагает во втором блоке после массива международных источников - общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации. Действительно, современная международно-правовая система тесно связана с системой внутригосударственного права: тенденция к интернационализации общественной жизни достигла глобального уровня. На этой основе развитие международного права свидетельствует о том, что оно проявляет себя как основной инструмент гармонизации и унификации права государств посредством действия общепризнанных принципов, норм и стандартов, являющихся универсальными демократическими правилами поведения [2, с. 6]. При этом указанные системы права функционируют в формате не подавления одной системы другой, а взаимодействия друг с другом, одной из форм которого является имплементация международно-правовых норм в национальное законодательство. Таковое принятие государством внутригосударственных правовых мер, обеспечивающих реализацию этим государством его международно-правовых обязательств в сфере внутригосударственных отношений [9, c. 37], проводится по воле самого национального законодателя. Общеизвестно, что в Российской Федерации нет иного носителя суверенитета и источника власти, помимо многонационального народа России [15]. Поэтому не следует забывать, что принятая всенародным голосованием, Конституция в ст. 15 определяет сво? верховенство как имеющая «высшую юридическую силу», и только лишь установление в Конституции - основном правовом акте государства - того, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры России являются составляющей частью е? правовой системы, позволяет им участвовать в регулировании общественных отношений в стране.
Считаю, что Конституция, как источник гражданского права в применении гражданско-правовых норм, имеет приоритет перед общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами РФ. Объясняется это даже тем, что Конституция в статье 15 установила приоритет международного договора над положениями Закона, «но не над положениями Конституции» [10].
В отношении гражданского права Конституция является особым, наиболее важным, основополагающим источником, который должен занимать высшую иерархическую ступень в их системе. Так, А. А. Диденко отмечает, что из 137-ми статей, составляющих Конституцию РФ, в половине - 65-ти - закреплены нормы, регулирующие гражданско-правовые отношения [5, с. 76].Конституционные нормы являются тем исходным началом, которое получает дальнейшее детальное развитие и юридическое обеспечение в рамках механизма гражданско-правового регулирования. Так, например, конституционный принцип, закрепляющий в статьях 8, 35, 36 Конституции РФ исходные положения о различных формах собственности (частной, государственной, муниципальной), конкретизируется и развивается в статьях 212-215 Гражданского кодекса (раздел «Право собственности и другие вещные права»); конституционное положение о единстве экономического пространства и свободном перемещении товаров (п. 1 статья 8 Конституции) реализовано в п. 5 статьи 1 Гражданского кодекса и других нормах гражданского законодательства. В свою очередь, статьи 20-25 Конституции устанавливают основные положения гражданского права в части личных неимущественных отношений, возникающих по поводу таких непреходящих ценностей, как честь, достоинство, доброе имя гражданина, его свобода и личная неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, тайна переписки и переговоров, неприкосновенность жилища. Принципиальное значение для гражданского права, регулирующего предпринимательскую деятельность, имеют положения статьи 34 Конституции, которая, с одной стороны, закрепляет права каждого на свободное использование своего имущества и своих способностей для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а с другой стороны, запрещает экономическую деятельность, направленную на монополизацию и недобросовестную конкуренцию.
Конституция РФ является базой всего гражданского законодательства, конкретизирующего и развивающего е? положения.
Считаю необходимым, с целью усиления значения Конституции не только как универсального источника всего российского права, но и как основополагающего источника гражданского права, внести соответствующие изменения в Гражданский кодекс. Конституция должна выделяться в системе источников гражданского права, поскольку именно она образует основу не только отраслевого законодательства, но и широкого круга иных источников современного российского гражданского права. Е? нормы приоритетны по отношению к любым другим составляющим современной системы источников гражданского права, они учитываются и применяются на практике, в том числе и через механизм прямого действия.
Предлагается, с целью констатации, что именно положения Конституции лежат в основе российского гражданского законодательства, пункт 1 статьи 3 Гражданского кодекса РФ изложить следующим образом: «В соответствии с Конституцией Российской Федерации гражданское законодательство основывается на е? нормах и находится в ведении Российской Федерации».
Данная поправка позволит закрепить в Гражданском кодексе установления, что гражданское законодательство подчиняется не только конституционному принципу федерализма, а общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью правовой системы Российской Федерации, но и тот факт, что Конституция как универсальный основополагающий источник права служит базой для всего российского гражданского права и отраслевого законодательства, в частности, является их фундаментом и основой.
Что касается вопроса «к какому типу источников права по критерию “государственности” относится Конституция?», -прежде всего, это предопределяется тем, что она создана (именно создана, а не издана неким управомоченным субъектом) народом, который в демократическом государстве является источником власти и носителем суверенитета. Как уже отмечалось, Конституция - не результат законодательной деятельности государства, Конституция - это продукт волеизъявления «единственного источника власти» - народа. Более того, сам текст Конституции, отграничивая от законов, особо выделяет е? в качестве самостоятельного источника национального права. Так, например, статья 4 гласит: «Конституция Российской Федерации и федеральные законы…», статья 15 обязывает субъектов права «соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы», статья 120 устанавливает подчинение судей «только Конституции Российской Федерации и Федеральному закону» и т.д.