Анализируя окказиональные поэтические новообразования Анны Ахматовой, мы обратили внимание на то, что в её текстах довольно часто упоминаються названия цветов, в частности, роз: "И на террасе запах роз слышней; Целый букет принесут / Роз из оранжереи; Тех желто-розовых некрупных роз / Название которых я забыла; Я к розам хочу, в тот единственный сад, / Где лучшая в мире стоит из оград".
Одно из необычных сочетаний - новогодние розы. Лексическая сочетаемость сложного имени прилагательного новогодний достаточно широка - "всё, что относится к Новому году, связано с ним". Роза - "не обязательный", а скорее "индивидуальный" атрибут Нового года, навеянный воспоминаниями героини, вызывающий ряд личностных ассоциаций, что делает такое новообразование романтически-возвышенным, "обновляет" восприятие: "Новогодний праздник длится пышно, / Влажны стебли новогодних роз" [2, с. 45].
Как уже отмечалось, семантика некоторых словосочетаний не мотивирована входящими в него компонентами и требует определенных фоновых знаний. Например, стрелецкая луна из стихотворения "Стансы", написанном в 1940 году: "Стрелецкая луна. Замоскворечье... Ночь. / Как крестный ход, идут часы Страстной Недели..." [2, с. 231].
Относительное прилагательное стрелецкий зафиксировано в словарях: "Прил. к стрельцы" [13, т. !У, с. 285], однако его сочетаемость ограничена, и к началу ХХ века оно уже стало лексической единицей из пассивного словаря.
Стрелецкая луна, на наш взгляд, - словоупотребление, которым поэтесса "отсылает" читателя к картине В. И. Сурикова "Утро стрелецкой казни", сюжет которой связан с событиями Петровского времени. У каждого такая луна может вызывать индивидуальные ассоциации: возможно, она холодная, зловещая, отстраненная; ассоциации могут быть связаны также с цветовыми характеристиками, хотя основная смысловая нагрузка определяется историческим контекстом. Данное окказиональное словосочетание выступает в роли номинативного предложения, функция которого - обозначать наличие, существование предмета или явления, что позволяет стать ему идейным центром произведения, имплицируя события прошлых веков на действительность, в которой жила Анна Ахматова.
Попробуем проанализировать еще одно словосочетание, имплицитно указывающее на исторические события, - ленинградская беда ("Причитание" (1944)). Определение ленинградский имеет довольно широкую валентность (указание на всё, что имеет отношение к этому городу, претерпевшему неоднократные переименования), а поскольку во многом город уникален, то круг определяемых понятий может быть значительным. Хотелось бы также заметить, что у этого прилагательного, в силу разных причин, произошло "приращение смысла", реализуемое не только в определенных контекстах, но и в сознании людей старшего поколения: ленинградский - это духовный, интеллигентный, особый, не похожий на других. Однако в ахматовском контексте ленинградская беда - это, с одной стороны, конкретные события - блокада, голод, смерть, разрушения, пережитые городом и его жителями, а с другой - глубина страданий, которые определяются словом беда [13, т. !, с. 67]: "Ленинградскую беду / Руками не разведу, / Слезами не смою, / В землю не зарою" [2, с. 269].
В этот же период, еще в эвакуации, но уже после снятия блокады Ленинграда, Анна Ахматова написала небольшой поэтический текст с названием "Победителям" (1944), где есть пронизывающевыразительное словосочетание - незатейливые парнишки. Прилагательное незатейливые, имея ограниченную валентность ("Простой, без затей, незамысловатый" [13, т. И, с. 445]) и объединившись с разговорным парнишки (мальчишки, подростки) [11, т. ІІІ, с. 24], актуализирует сему "простой", в результате чего создается образ победителей - простых мальчишек, спасших любимый город на Неве, страну, а потом и Европу: "Вот о вас и напишут книжки: / "Жизнь свою за други своя", / Незатейлевые парнишки - / Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки - /Внуки, братики, сыновья" [2, с. 231].
Некоторые нестандартные словосочетаний в ахматовских поэтических текстах мотивированы фразеологизмами, которые подвергаются трансформациям. Примером такой трансформации можно считать фразеологические сочетания кромешная тьма (мука); кромешный ад (мрак), где происходит лексическая замена: "И будь слугой смиреннейшим того, / Кто был твоим кромешным супостатом'' [2, с. 175].
Окказиональное словосочетание сохраняет в определенной мере семантику и эмоционально-экспрессивную окраску мотивирующего слова - враг-мучитель, создавший невыносимую ситуацию для лирической героини.
В современном русском языке используются устойчивые сочетания: оставить след - исчезнуть без следа. В одном из поздних стихотворений А. Ахматова говорит: "Когда я город навсегда покину / И устремлюсь к желанному притину, / Свою меж вас еще оставив тень" [2, с. 365].
В словосочетании оставив тень, на наш взгляд, объединилась семантика двух канонических выражений, что позволяет определить такую разновидность трансформации фразеологизмов, как фразеологический намек.
Еще одно окказиональное словосочетание можно рассматривать как фразеологический намек - покаянная рубаха (ср.: смирительная рубашка). Разговорный вариант опорного слова - рубаха - вносит некий демократизм в трансформированное выражение в сравнении с каноническим, а семантическая близость зависимых компонентов очевидна: "И даже собственную тень, / Всю искаженную от страха, / И покаянную рубаху, / И замогильную сирень" [2, с. 450].
Расширение фразеологизма - одна из разновидностей его трансформаций, что можно наблюдать в следующем контексте: "Осень смуглая в подоле /Красных листьев принесла'' [2, с. 103].
Канонический фразеологизм принести в подоле (родить ребенка вне брака) имеет ограниченную сферу употребления, однако в приведенном контексте, используя олицетворение, автор создает возвышенно-романтический образ осени, которая еще не успела утратить летний загар - осень смуглая (метафора, окказиональное сочетание слов), но уже успела изменить цвет листьев, "родить" своих, осенних, детей.
В этом же стихотворении, написанном, по всей видимости, после посещения Крыма, есть еще один намек на устойчивое словосочетание, понимание которого требует дополнительной информированности: "Вновь подарен мне дремотой / Наш последний звездный рай - / Город чистых водометов, / Золотой Бахчисарай" [2, с. 102].
В данном контексте речь идет, по всей видимости, о знаменитом фонтане слез в Бахчисарае, воспетом А. С. Пушкиным в поэме "Бахчисарайский фонтан". Фонтан действительно был не один в Бахчисарае, отсюда множественное число в тексте - водомёты. У непосвященного читателя может возникнуть вопрос: почему водомёт, а не привычный фонтан? Думаем, что здесь ощущается некая саркастичность, характерная для Анны Ахматовой.
Дело в том, что еще в начале Х!Х века А. С. Шишков, борясь с засильем заимствованной лексики, предлагал заменить иноязычные слова собственно русскими. Так, вместо заимствованного из итальянского языка фонтана он предлагал использовать русское слово водомёт, что и нашло отражение в ахматовском тексте.
Таким образом, категория окказиональности в поэтических текстах Анны Ахматовой может быть реализована и на уровне необычных, нетрадиционных сочетаний слов. Не нарушая синтаксической сочетаемости, но объединяя в одно целое слова с разной лексической сочетаемостью, поэт актуализирует дополнительные, имплицитные смыслы, способствующие созданию оригинальных образов.
Проанализированные словоупотребления - словосочетания, семантика которых определяется схемой "признак + предмет", и трансформированные фразеологизмы - позволяют сделать вывод о том, что они являются характерной особенностью идиостиля Анны Ахматовой и используются ею в разные периоды творчества.
Литература
1. Азарова Л. Е. Окказиональные имена существительные, образованные способом сложения в поэтической речи Л. Мартынова. Русская филология: Украинский вестник: республиканский научно-методический журнал. Харьков, 1998. Вып. 1-2. С. 3-7.
2. Ахматова А. А. Собрание стихотворений и поэм в одном томе. Москва: Э, 2018. 752 с.
3. Бабенко Н. Г. Окказиональное в художественном тексте. Структурно-семантический анализ. Калининград, 1997. 130 с.
4. Валавин В. Н. Словотворчество Маяковского. Опыт словаря окказионализмов. Москва: Азбуковник, 2010. 624 с.
5. Гаджимурадова Б. Н. Индивидуально-авторские неологизмы в современной поэзии: словообразовательная и семантико-стилистическая характеристика: дисс. ... канд. филол. наук: 10. 02. 01. Махачкала, 2003. 187 с.
6. Ермакова Е. Н. Окказиональность как проявление инновационных процессов в сфере слово- и фразообразования современного русского языка. Вестник Костромского государственного университета им. Н. А. Некрасова. 2015. № 6. С. 95-99.
7. Коновальцева Н. В. Окказиональное словообразование в языке и речи: очерки по русской окказиональной деривации. Самара: Изд-во Сам. ГПУ, 2003. 166 с.
8. Муратова Е. Ю. Художественная роль окказиональной лексики в творчестве Е. Евтушенко. Русская филология. Витебск, 2014. № 2 (55). С. 59-63.
9. Пауль Г. Принципы истории языка: учебное пособие. Москва: ИИЛ, 1960. 93 с.
10. Пацула Ю. Н. Окказионализмы новейшего времени: структурносемантический и функционально-прагматический аспекты: дисс. . канд. филол. наук: 10.01.02. Ростов-на-Дону, 2005. 167 с.
11. Перцова Н. Н. Словарь неологизмов Велимира Хлебникова. Вена-Москва: Wiener Slawistischer Almanach, 1995. 560 с.
12. Петриченко М. А. Из наблюдений над окказиональными образованиями в творчестве Е. А. Евтушенко. Актуальные проблемы русского словообразования. Ташкент, 1980. Ч. 2. С. 154-157.
13. Словарь русского языка: в 4 т. / под ред. А. Н. Евгеньевой. Москва: Русский язык, 1985-1988.
14. Фельдман Н. И. Окказиональные слова и лексикография. Вопросы языкознания. 1957. № 4. С. 35-38.
15. Церула В. Проблематика окказионального слова.
References
1. Azarova, L. E. (1998). Okkaz'onal'nye imena sushchestvitel'nye, obrazovannye sposobom slozheniya v poeticheskoy rechi L Martynova [Occasional nouns formed by the method of addition in the poetic speech of L. Martynov]. Russkaya filologiya: Ukrainskiy vestnik. Respublikanskiy nauchno- metodicheskiy zhurnal. Vyp. 1-2. Khar'kov, 1998. S. 3-7.
2. Akhmatova, A. A. (2018). Sobranie stikhotvoreniy i poem v odnom tome [Collection of poems and poems in one volume]. Moskva: Izdatel'stvo "E", 2018.
3. Babenko, N. G. (1997). Okkazional'noe v khudozhestvennom tekste. Strukturno-semanticheskiy analiz [Occasional in a literary text. Structural semantic analysis]. Kaliningrad, 1997. 130 s.
4. Valavin, V. N. (2010). Slovotvorchestvo Mayakovskogo. Opyt slovarya okkazonalizmov [The words of Mayakovsky. Experience in the dictionary of occasionalisms]. Moskva: Azbukovnik [in Russian].
5. Gadzhimuradova, B. N. (2003). Individual'no-avtorsk'e neologizmy v sovre-mennoy poezii: Slovoobrazovatel'naya i semantiko-stilisticheskaya kharakteristika [Individual-author neologisms in modern poetry: Word-formation and semantic-stylistic characteristics]: dis. ... kand. filol. nauk: 10.02.01. Makhachkala [in Russian].
6. Ermakova, E. N. (2015). Okkazional'nost' kak proyavlenie innovatsionnykh protsessov v sfere slovo- i frazoobrazovaniya sovremennogo russkogo yazyka [Occasionality as a manifestation of innovative processes in the sphere of word and phrase formation of the modern Russian language]. Vestnik Kostromskogo gosudarstvennogo universiteta im. N. A. Nekrasova. (6) 2015., 95-99.
7. Konoval'tseva, N. V. (2003). Okkazional'noe slovoobrazovanie v yazyke i rechi: ocherki po russkoy okkazional'noy derivatsii [Occasional word formation in language and speech: essays on Russian occasional derivation]. Samara: Izd-vo Sam. GPU] [in Russian].
8. Muratova, E. Yu. (2014). Khudozhestvennaya rol' okkazional'noy leksiki v tvorchestve E. Evtushenko [The artistic role of occasional vocabulary in the work of E. Evtushenko]. Russkaya filologiya. Vitebsk, 2014. № 2 (55). S. 59-63.
9. Paul,' G. (1960). Printsipy istorii yazyka: uchebnoe posobie [Principles of a History of Language: A Tutorial]. Moskva: IIL, 1960. 93 s. [in Russian].
10. Patsula, Yu. N. (2005) Okkazionalizmy noveyshego vremeni: strukturno- semanticheskiy i lunktsional'no-pragmatichesk'y aspekty [Occasionalisms of modern times: structural-semantic and functional-pragmatic aspects]: dis. ... kand. filol. nauk: 10. 01. 02. Rostov- na-Donu [in Russian].
11. Pertsova, N. N. (1995). Slovar' neologizmov Velimira Khlebnikova[Dictionary of neologisms Velimir Khlebnikov]. Vena-Moskva: Wiener
12. Slawistischer Almanach [in Russian].
13. Petrichenko, M. A. (1980). Iz nablyudeniy nad okkazional'nymi obrazovaniyami v tvorchestve E. A. Evtushenko [From observations of occasional formations in the work of EA Yevtushenko]. Aktual'nye problemy russkogo slovoobra-zovaniya. Ch. 2. Tashkent [in Russian].
14. Slovar' russkogo yazyka [Dictionary of the Russian language: in 4 volumes]: v 4-kh t. / Pod red. A. N. Evgen'yevoy. Moskva: Russkiy yazyk, 19851988. [in Russian]
15. Fel'dman, N. I. (1957). Okkazional'nye slova i leksikografiya [Occasional words and lexicography]. Voprosy yazykoznaniya. (4)1957, 35-38. [in Russian]
16. Tserula, V. (2010) Problematika okkazional'nogo slova [Occasional Word Problems].