Московский государственный технический университет имени Н.Э. Баумана
Московский педагогический государственный университет
Московский авиационный институт (национальный исследовательский университет)
Российская академия живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова
Избранная Рада и Негласный Комитет: сравнительный анализ
В.Ю. Захаров
В.А. Волков
г. Москва, Российская Федерация
Анотація
Статья посвящена сравнительному анализу создания, функционирования и итогов деятельности Избранной Рады и Негласного Комитета. Сравнение проводится по следующим параметрам: причины создания, хронологические рамки, состав, взаимоотношения с главой государства, место и роль в структуре государственной власти, основные мероприятия, итоги и последствия их деятельности. Подобного исследования в российской и зарубежной историографии еще не проводилось. Авторы приходят к выводу, что создание и деятельность Избранной Рады и Негласного Комитета можно считать закономерностью в историческом развитии России, когда на определенном этапе ее истории возникла потребность в учреждениях, которые могли бы разрабатывать и проводить серьезные реформы, не будучи связаны с прежней правящей элитой, но и не полностью порывая с ней.
Ключевые слова: Избранная Рада, царь Иван IV Грозный, Негласный Комитет, император Александр I, реформаторство в России
Annotation
The Chosen Council and the Secret Committee: сomparative analysis
V.Yu. Zakharov, V.A. Volkov. Bauman Moscow State Technical University, Moscow Pedagogical State University, Moscow Aviation Institute (National Research University), Ilya Glazunov Russian Academy of Painting, Sculpture and Architecture, Moscow, Russian Federation
The article is devoted to a comparative analysis of the creation, functioning, and results of the activities of the Chosen Counciland the Secret Committee. The comparison is carried out according to the following parameters: reasons for creation, chronological framework, composition, relationship with the head of state, place and role in the structure of state power, main events, results, and consequences of their activities. Such a study has not yet been conducted in Russian and foreign historiography. The authors come to the conclusion that the creation and activity of the Chosen Council and the Secret Committee can be considered a pattern in the historical development of Russia, when at a certain stage of its history there was a need for institutions that could develop and carry out serious reforms, not being associated with the former ruling elite, but not completely breaking with it.
Key words: The Chosen Council, Tsar Ivan IV the Terrible, the Secret Committee, Emperor Alexander I, reformism in Russia
В 2021 г. исполнилось 220 лет со дня вступления на престол Александра I и начала реформаторского этапа его правления, во многом связанного с деятельностью Негласного Комитета, состоявшего из «молодых друзей» императора. Как видно из названия, этот комитет занимал неофициальное положение в структуре органов государственной власти, однако, по мнению большинства историков, вплоть до конца 1803 г. (а по другим данным - и до 1805 г.) оказывал преобладающее влияние на формирование внутри- и внешнеполитического курса империи. При изучении деятельности Негласного Комитета возникает вопрос, было ли само его возникновение и существование уникальным явлением, порожденным особой политической ситуацией после убийства Павла I, или же в российской истории у него были предшественники, и тогда перед нами проявление определенной закономерности?
В этой связи вспоминается деятельность Избранной Рады, с именем которой в историографии обычно связывается разработка и проведение широкомасштабных реформ в первый период самостоятельного правления Ивана IV (1547-1560 гг.). На первый взгляд, внешнее сходство у этих учреждений есть. Но так ли это на самом деле?
Целью настоящей статьи является сравнительный анализ создания, функционирования и итогов деятельности Избранной Рады и Негласного Комитета по следующим параметрам: причины создания, хронологические рамки, состав, взаимоотношения с главой государства, место и роль в структуре государственной власти, основные мероприятия, итоги и последствия их деятельности. Подобного исследования в российской и зарубежной историографии еще не проводилось.
В исторической науке утвердилось представление, что наименование «Избранная рада»Далее обозначение «Избранная рада» и «Рада» приводится без кавычек. Авторы осоз-нают искусственность термина, но учитывают его устоявшийся характер. получило влиятельное сообщество людей, «помогавших» Ивану Грозному править Русским царством и вести государственные дела в течение более чем 10 лет, с 1549 (по некоторым данным с 1547) по 1560 гг. По сути, это был особый совет при молодом царе, занимавший неофициальное положение, но при этом руководивший подготовкой и проведением реформ в целях укрепления центральной власти. Возглавляли Раду влиятельные советники - костромской дворянин А.Ф. Адашев (друг детства Ивана IV, воспитывавшийся вместе с ним) и священник Благовещенского собора Кремля Сильвестр (оказавший помощь молодому царю во время восстания в Москве летом 1547 г. и ставший после этого его личным духовником). О самом факте существования Избранной Рады нам известно из произведения князя
А.М. Курбского «История о делах великого князя московского», написанного в 1564 г., вскоре после его бегства из России в Литву из-за опасения возможного ареста и гибели и повторенного затем в его переписке с царемКурбский А.М. История о делах великого князя Московского. М., 2015. С. 26.. Однако ряд историков отрицает само существование Избранной Рады на том основании, что в официальных источниках она не упоминается, и что сочинения Курбского являются тенденциозными публицистическими произведениями. В пылу полемики с Иваном IV он, скорее всего, поступил так же, как в свое время Платон, выдумавший Атлантиду для придания большей обоснованности собственной политической концепции. То есть Избранная Рада - это плод воображения Курбского [14, с. 62; 47, с. 145-146; 49, с. 231].
По мнению авторов данной статьи, подобная точка зрения неубедительна. Во-первых, о существовании некоего органа, ограничивавшего его власть, упоминает сам Иван IV во Втором послании к Курбскому, естественно, в негативном смысле...Всю власть с меня снясте, и сами государилися, как хотели, а с меня есте государ-ство сняли: словом яз был государь, а делом ничево не владел (Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским. Л., 1979. С. 104).. Во-вторых, помимо Курбского и царя о наличии некоей управляющей силы в государстве вместе с монархом или отдельно от него упоминается в летописях, например, в т.н. «Пискаревском летописце»Его автор прямо свидетельствовал: «Да в ту же пору был поп Селивестр и правил Рускую землю с ним (Адашевым. - В.З., В.В.) заодин, и сидели вместе в ызбе у Благовещения, где ныне полое место межу полат» (Полное собрание русских летописей. Т. 34. М., 1978. С. 181-182).. Но в любом случае сведений о существовании и деятельности Избранной Рады сохранилось немного, что, впрочем, можно объяснить ее неофициальным положением в структуре государственной власти, а также, что возможно, преднамеренным уничтожением любых упоминаний о ней по указанию царя после конфликта с Избранной Радой и ее роспуска в 1560 г. То, что подобное возможно, подтверждают другие прецеденты российской истории, например, судьба документов и любых артефактов (например, монет), связанных с именем императора Ивана VI и его матери Анны Леопольдовны, которые по распоряжению свергнувшей их Елизаветы Петровны целенаправленно уничтожались [31, с. 246-247]. То же самое касается уничтожения документов и денег с изображением «императора Константина I» в 1825 г.
Что касается Негласного Комитета, то под ним подразумевается неофициальный совет или кружок при молодом императоре Александре I, который под его председательством функционировал в 1801-1803 гг. или, по другой версии, о чем мы поговорим ниже, в 1801-1805 гг., вполне возможно, и до 1807 г., занимался подготовкой реформ системы управления, по крестьянскому вопросу и в сфере образования в духе формирующегося либерализма, играя роль своеобразного теневого правительства (хотя не все историки с этим согласны). Однако в силу ряда причин из многочисленных планов реформ (создание Конституции, отмена крепостного права, широкомасштабная реформа системы образования) удалось реализовать совсем немного.
Перейдем теперь к сравнительному анализу Избранной Рады и Негласного Комитета. Начнем с причин образования этих учреждений, а заодно целях и направленности их деятельности. Что касается Избранной Рады, то в целом можно выделить три основные точки зрения по этим вопросам. Первая из них восходит к посланиям самого Ивана Грозного и сводится к тому, что Избранная Рада возникла во время острого политического кризиса 1547-1548 гг. (городские восстания, грандиозный пожар Москвы, резкий рост недовольства населения существующими порядками во время «боярского правления», крайнее ослабление центральной власти и т.д.), состояла из представителей княжеско-боярских кругов, реализовывала их интересы (сохранение политического влияния боярства при некоторых уступках служилому сословию и горожанам). Сам царь оказался фактически отстранен от управления государством вплоть до 1560 г.
В целом политика Избранной Рады оценивалась как консервативная и реакционная, направленная на сохранение порядков удельной старины. В разное время этой точки зрения придерживались представители «государственной школы» в дореволюционной историографии С.М. Соловьёв, С.Д. Горский, Е.А. Белов, С.Ф. Платонов, В.О. Ключевский (в смягченном виде), советские историки в 1930-1940-е гг. (во многом из конъюнктурных соображений и под идеологическим нажимом «сверху»), в настоящее время с некоторыми оговорками И.Я. Фроянов, Б.С. Флоря, А.И. Филюшкин [5, с. 254-255; 26, с. 172; 36, с. 58-59; 48, с. 55-564; 49, с. 231-235; 50, с. 52-64, 110-132; 51, с. 431-433].
Вторая точка зрения восходит к концепции Курбского, суть которой сводилась к тому, что царь должен управлять государством не единолично, а совместно с представителями разных групп населения с опорой на мудрых советников, которые и составляли Избранную Раду. Никакой оппозиции между ней и царем не было, они были единомышленниками и совместно управляли государством до 1560 г., проводя реформы в интересах укрепления центральной власти. При этом успехи внутренней и внешней политики в этот период приписывались, в основном, «мудрым советникам», а не Ивану Грозному. В дореволюционной историографии эта точка зрения была впервые выражена в трудах Н.М. Карамзина (разработавшего в «Истории государства российского» концепцию «двух Иванов»), К.Н. Бестужева-Рюмина, И.Н. Жданова, Н.И. Костомарова. В советской историографии - в работах С.Б. Веселовского, С.О. Шмидта и, особенно, В.Б. Кобрина [6, с. 252-253; 9; 18, с. 226-227; 27; 28; 29, с. 332-333; 54].
Третья точка зрения была сформулирована в советский период и является компромиссной. Суть ее сводится к тому, что Избранная Рада возникла в результате острой политической борьбы различных группировок в конце 1540-х гг. и являлась своеобразным компромиссом между ними, выражая интересы разных слоев населения (боярства, нарождающегося дворянства, городского населения) и самого царя, стремившегося к неограниченной личной власти, как следствие, проводя соответствующую компромиссную социальную политику. В целом, ее деятельность оценивается как прогрессивная, способствовавшая формированию элементов централизованного государства с учетом интересов разных слоев населения России. К сторонникам этой концепции можно отнести Н.Е. Носова, С.М. Каштанова, Р.Г. Скрынникова, А.А. Зимина [21; 22; 24; 34; 46].
Позиция авторов данной статьи сводится к тому, что по-своему правы представители всех трех концепций. С одной стороны, Иван Грозный, с ранней юности стремившийся к неограниченной власти восточно-византийского типа, имел основания возмущаться, что в 1550-е гг. ему пришлось править совместно со «зловредными советниками», и такая вынужденная ситуация не соответствовала его идеалу и представлениям о роли монарха. Но была ли их деятельность действительно «зловредной» - большой вопрос. С другой стороны, прав и Курбский, а за ним Карамзин, Костомаров, Кобрин и другие историки, отмечавшие, что все достижения внутренней и внешней политики 1550-х гг. связаны не столько с личностью Ивана IV, сколько с деятельностью его ближайшего окружения и, прежде всего, той структуры, которая с легкой руки Курбского получила название Избранной Рады. Логично и правдоподобно выглядит и «компромиссная концепция», согласно которой деятельность Избранной Рады представляла собой некую среднюю линию между интересами крупных землевладельцев, нарождающегося дворянства и городского населения. По нашему мнению, главной целью создания и деятельности Избранной Рады была консолидация разных слоев общества для прекращения беспорядков и злоупотреблений властью на местах, а главное, выражаясь современным языком, создания мощного централизованного государства, которое смогло бы обеспечить стабилизацию внутриполитического положения, удовлетворить по возможности интересы большинства населения, повысить авторитет страны на международной арене.
Что касается причин создания Негласного Комитета, здесь существуют также три основные позиции. Одна группа историков считала создание Негласного Комитета прямым следствием событий 11 марта 1801 г. и рассматривали его деятельность либо как своеобразный заслон, которым Александр I пытался отгородиться от сановной оппозиции, требовавшей мер по ограничению императорской власти (С.Б. Окунь), либо как попытку навязать неопытному молодому царю «вредные» западные конституционные веяния, чуждые истинным интересам и историческому пути развития России (М.И. Богданович, Н.К. Шильдер), либо как попытку молодых честолюбцев из числа друзей юности Александра I подчинить его своей воле и, по сути, править страной вместо него (А.Д. Градовский, М.В. Довнар-Запольский, вел. кн. Николай Михайлович) [7, с. 155-210; 8, с. 1-ХХ; 13, с. 264-280; 16, с. 1-76; 35, с. 112-124; 53, с. 1-55]. Деятельность Негласного Комитета, в основном, оценивалась негативно, за исключением вел. кн. Николая Михайловича, который, наоборот, оценивал ее как прогрессивную, но при этом считал, что деятели Негласного Комитета буквально «поработили» молодого императора, который в подготовке и проведения реформ начала XIX в. особой роли не играл.
Другая группа историков (А.Н. Пыпин, А.Е. Пресняков, Н.В. Минаева, С.В. Мироненко, А.Н. Сахаров) рассматривала создание и деятельность Негласного Комитета как закономерный этап развития российской государственности, выражавшийся в стремлении просвещенной правящей элиты во главе с самим Александром I учесть уроки Французской революции и приспособиться с помощью вовремя проведенных реформ к зарождавшимся новым социально-экономическим и политическим отношениям. Александр I и «молодые друзья» рассматриваются как единомышленники, а их совместная деятельность оценивается как прогрессивная, хотя и в силу ряда причин недостаточно результативная [32, с. 53-72; 33, с. 67-75; 40, с. 8-25, 43-64; 41, с. 1-113; 44].
Наконец, третья группа историков (М.М. Сафонов, А.В. Дёмкин, Ю.Э. Арискина, один из авторов данной статьи В.Ю. Захаров) считает, что создание Негласного Комитета было, с одной стороны, следствием стремления Александра I и его «молодых друзей» реализовать собственные представления о путях развития России (переход к конституционному правлению, постепенная отмена крепостного права и др.), а с другой - следствием особой политической ситуации, возникшей после переворота 11 марта 1801 г., когда влиятельная группа высших сановников стала требовать перераспределения властных полномочий в своих интересах. В этой связи Негласный Комитет действительно играл роль своеобразного заслона от ограничительных устремлений сановной оппозиции, прежде всего, участников заговора против Павла I [2; 15; 20; 43].