Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН Улан-Удэ
Глазные недуги в традиционных представлениях тюрко-монгольских народов Внутренней Азии в XIX - начале XX века: природа заболеваний, профилактика и лечение
М.М. Содномпилова, Б.З. Нанзатов
Аннотация
Изучаются восприятие и понимание значения и функций органов зрения человека через призму глазных заболеваний. Исследования комплекса традиционных представлений и обрядовых действий тюрко-монгольских народов Сибири, выявляющих характерные признаки глазных заболеваний и направленных на исцеление, позволяют предположить, что наиболее распространенным заболеванием была катаракта. Ее в определенной мере можно считать медико-географической спецификой территорий Центральной и Внутренней Азии, подверженных интенсивному солнечному излучению. Некоторые инфекционные заболевания глаз, в частности трахома, были привнесены в Сибирь достаточно поздно, поэтому в мифологическом осмыслении и ритуальной сфере ее отражение не обнаруживается. Практически отсутствуют воззрения о глаукоме и близорукости. Полагаем, что эти заболевания не были частыми спутниками кочевников-степняков, поскольку такие виды хозяйственной деятельности, как, например, вышивка, шитье бисером и т. п., не входили в число их традиционных занятий.
Ключевые слова
Сибирь, тюрко-монгольские народы, этнография, медицинская антропология, луна, катаракта, лечебные приемы
Eye Diseases in Traditional Views of the Turk-Mongolian Peoples of Siberia: Their Nature, Prevention and Treatment of the Diseases
M.M. Sodnompilova, B.Z. Nanzatov
Abstract
Purpose. In the traditional picture of the world of the Turk-Mongolian peoples of Siberia, an important place is occupied by ideas about the structure of the human body and its organs. Interest in this topic is justified by the poor previous study of the information that the Turk-Mongols of Siberia had about the structure and functioning of the human body. This article sets the task of studying the perception and understanding of the meaning and functions of human organs through eye diseases.
Results. Folk medical knowledge, which was accumulated over centuries by the Turk-Mongolian peoples, is a valuable source that can reveal how representatives of the nomadic culture perceived and understood the structure and functions of the human body. The study of eye diseases, interpretations of the nature of the diseases, and ways of treating them allow us to conclude that the most common diseases of the Turk-Mongolian peoples were cataract, trachoma, and conjunctivitis. A number of diseases, such as conjunctivitis, glaucoma and cataract, are connected with heavenly bodies - the stars and the moon, which led to the specificity of “medical” drugs and therapeutic techniques used. In particular, this is the use of nacre, the external data of which caused associations with the moon. A gradual replacement of expensive “medical” mixtures with more affordable ones, such as sugar, is specified.
Conclusion. In traditional views, human eyes are represented as a source of light. With the extinction of the light source, vision is lost. There is a connection between the ability of a person to see and heavenly night lights. It also manifests itself through the prism of “medical” means and therapeutic techniques used in the treatment of eye diseases. Cataract is a characteristic disease of the population of Central and Inner Asia, the areas which are exposed to intense solar radiation. Trachoma is a disease of an infectious nature in the absence of hygiene, and it rapidly spread among the indigenous peoples of Siberia. There is little evidence of myopia and glaucoma. The notions of myopia known in the Turk-Mongolian are associated with poor eyesight in domestic animals - horses and cattle, and therefore prohibitions to eat these animals' eyes for food were common.
Keywords
Siberia, Turk-Mongolian peoples, Ethnography, Medical Anthropology, moon, cataract, healing techniques
Введение
Народные медицинские знания, аккумулируемые веками, являются важной частью традиционной культуры этносов, выступают ценным источником, раскрывающим народное понимание и восприятие строения и функций человеческого организма. В картине мира тюркомонгольских народов Внутренней Азии эти представления также занимают важное место. Научный интерес к данной теме обусловлен слабой изученностью той части эмпирического опыта (представлений о строении и функционировании организма человека), народных верований и обрядов, которые связаны с сохранением здоровья и лечением заболеваний.
В мировой исторической науке тело как объект исследования широко представлено в трудах зарубежных специалистов, выработавших ряд подходов и направлений его изучения. В отечественной исторической науке тело человека рассматривается преимущественно в рамках работ, исследующих место и функции человека в системе социокультурных связей традиционных обществ. Это работы по соматической этнографии русского [Мазалова, 2001; Щепанская, 2003] и кавказских народов [Карпов, 2003], а также кинесике [Чеснов, 1989].
Данные наработки востребованы в интересах фундаментальной и прикладной науки и могут быть полезными в изучении этнической истории Внутренней Азии. Исследования также позволят лучше понять структуру социума и особенности социальных взаимодействий, в том числе и в кочевом обществе. Их результаты будут необходимы для понимания логики толкований приемов врачевания и лечебных средств, выработанных народной медициной.
Цель настоящей статьи €к характеристика восприятия и понимания значения и функций органов зрения человека применительно к традиционным представлениям тюрко-монгольских народов Внутренней Азии о природе заболеваний, их профилактике и лечении. Исследование опирается преимущественно на этнографические, исторические, фольклорные материалы тюрок Южной Сибири, бурят, монголов, ойратов, а также якутов. Поскольку тра- диционное мировоззрение и культура тюрко-монгольских народов формировались не в изоляции, следует выявить возможную общность представлений и религиозных традиций относительно болезней глаз также для финно-угорских и тунгусо-маньчжурских народов, расселившихся по соседству с тюрко-монголами. Тесное взаимодействие «степной» и «лесной» культур подтверждается результатами археологических изысканий [Головнев, 1995], этнографическими, лингвистическими данными [Janhunen, 1998; Сагалаев, 1991]. Относительно фольклорных материалов, следует подчеркнуть, что границы распространения мифологических сюжетов могут охватывать огромные ареалы, как это было показано исследованиями Ю. Е. Березкина [2005; 2018].
Материалы и обсуждение
Изучение религиозных практик и традиционных представлений тюрко-монгольских народов Внутренней Азии, включая и северные районы Сибири, где проживают якуты, показывает, что глазные болезни входили в число наиболее распространенных недугов. Масштабы этих заболеваний у коренных народов Сибири в XIX в. точно не известны. Мы располагаем лишь косвенными сведениями русских чиновников и исследователей, дающих общее представление о состоянии здоровья органов зрения некоторых народов Сибири, в частности бурят и якутов, - чиновника МВД А. И. Термена [1912], дипломата, монголоведа и общественного деятеля И. М. Майского [1921], члена Троицкосавско-Кяхтинского Приамурского отдела Русского географического общества, кяхтинского исследователя Г. М. Осокина [1906. С. 210]). Согласно этим сведениям, страдающих глазными недугами было немало. Широкое распространение глазных заболеваний отмечалось и в соседней Монголии. И. М. Майский писал, что его во время поездок по Монголии «осаждали монголы, просившие каких-нибудь лекарств “от глаз” - поскольку мог заметить, довольно часто встречалась трахома» [1921. С. 31]. О том, что монголы особенно часто жаловались на глазные болезни, в начале ХХ в. сообщал Р. Ч. Эндрюс [Andrews, 1932. P. 351]. Исследования Дж. Бойда представляют более точную информацию: глазными недугами в дореволюционный период в Монголии болело 28 % монгольского населения [Boyd, 2010. P. 193].
Различные заболевания глаз в монгольских языках, как правило, объединяются общим названием нюдэнэй убшэн. В этой же форме они фиксируются в документах бурятского ведомства (Баргузинской Степной думы) XIX в. - «Глазные болезни» [История Баргузинской Степной думы..., 2012. С. 120]. Но такое заболевание, как трахома, приводившее к нарастанию тканей на веках глаз, что было очень заметно, легко выделяли по внешним признакам. Заболевание не имело в монгольских языках собственного названия и было известно как трахом [БРС, 2010. С. 252; РМС, 1982. С. 729]. В бурятском языке встречалось еще одно обозначение трахомы - нулсаранубшэн /улсарубшэн [БРС, 2010. С. 253].
Трахома - классическое антропонозное заболевание, известное человеку с древности,- первые его описания фиксируются в Египте (XVII-XVIII в. до. н. э.). Распространение этого заболевания в Европе связывают с периодом наполеоновских войн. В XVIII в. вместе с русскими войсками инфекция распространилась и в Сибири [Ляшенко и др., 2014]. В дореволюционной России трахома в занимала первую позицию в структуре слепоты населения - 21,4 % (7 млн человек) [Алексеева, 2010. С. 33]. Высокими были ее показатели и среди коренных народов Сибири. В XIX в. трахома упоминается среди бурят, а в начале ХХ в. становится самым распространенным заболеванием органов зрения. О том, что трахома «свила себе прочное гнездо» в бурятских улусах писал А. И. Термен [1912. С. 144]. Основной причиной массовой заболеваемости было неудовлетворительное санитарное состояние быта [Алексеева, 2010. С. 33]. Однако в Бурятии решению этой проблемы не уделялось достаточного внимания вплоть до 1935 г., и только деятельность специальных офтальмологических отрядов в 1935 г. показала реальные масштабы распространения трахомы по разным районам автономии [Цыретарова, 2016. С. 31]. Аналогичная динамика роста этого заболевания отмечалась в Якутии с конца XIX до середины ХХ в. [Алексеева, 2010. С. 33].
Другое распространенное в Центрально-Азиатском регионе с его большими дозами солнечного излучения заболевание - катаракта (в обыденной речи - бельмо), имело в монгольских языках название нудний уул, цагаа, в хакасском - харах салы [Бутанаев, 1999. С. 105]. Помутнение хрусталика (катаракта) и помутнение роговицы (бельмо) рассматривались как одно заболевание.
В перечень «глазных болезней» входил также конъюнктивит - воспаление наружной оболочки глаза, называемый нюдэнэй убдэг, нудний халдвар [БРС, 2006. С. 630], сылбых харах [Бутанаев, 1999. С. 180].
Предположительно, в группе заболеваний органов зрения находилась и глаукома, о которой в прежние времена люди имели слабое представление и соответственно никак не обозначали. Источниками, содержащими сведения о признаках такого заболевания, выступают обрядовые тексты, адресованные его духу-хозяину. Наиболее красочно образ духа и локализация боли, причиняемой больному, представлены в обрядовых текстах качинцев, записанных Н. А. Алексеевым: «Не причиняй боли правым бровям!... Не причиняй вреда пегим глазам, не производи боли в смотрящих глазах! Ты царь земли и сын неба, украшаемый красными лентами!» [1984. С. 75]. Известно, что приступы боли в глазу, головная боль в области поражения глаза, в том числе и в области бровей, - частые симптомы глаукомы. На наш взгляд, это позволяет соотнести болезнь именно с глаукомой, а не с другими глазными заболеваниями.
Такой недуг, как близорукость, встречался нечасто. Во всяком случае в наблюдениях участников многочисленных этнографических экспедиций, исследовавших регион, отмечалось хорошее зрение людей, регулярно тренировавших свои глаза в наблюдениях за стадами животных, пасущихся вдали, за дикими животными на охоте. Так, по замечанию В. Л. Серо- шевского, все якуты, с которыми он был знаком, были дальнозоркими. Якуты прекрасно различали семь крупных звезд в созвездии Плеяд, но плохо видели вблизи узоры на украшениях, чертежи и рисунки в книгах [Серошевский, 1993. С. 243]. Упоминания о близорукости практически нигде не встречаются, за исключением одного запрета, известного якутам: «Женщине нельзя есть коровьи глаза: дети будут рождаться большеглазыми и близорукими» [Алексеев, 1980. С. 45]. Очевидно, якуты предполагали, что крупный рогатый скот обладает слабым зрением. Сходное представление, но только в отношении лошадей, бытовало у бурят: о близоруком человеке говорили - морин нюдэтэй (с конскими глазами).
В представлениях тюрко-монгольских народов были распространены образы небесных светил как подателей душ людей и животных. Но при этом у бурят обнаруживаются представления о луне, обрывающей жизнь человека: луна может «забрать» жизнь детей у нерадивых родителей, ругающих и наказывающих их. Это тесно соотносилось с известным преданием о девушке-сироте, обижаемой мачехой, которую забрал месяц [Галданова, 1987. С. 17]. Аналогичные воззрения, отражающие функции луны как божества, дарующего жизнь и лишающего ее, встречаются у самодийцев. В их представлениях связь между небесными светилами и способностью человека видеть передается более подробно: нганасаны думали, что глаза человеку дает луна. После того как девушка выходила замуж, луна-мать сразу же начинала считать месяцы и через некоторое время давала будущему ребенку глаза еще в чреве матери. Луна же забирает жизнь человека, и тогда глаза, сердце, мозг, тень уходят в землю мертвых [Грачева, 1983. С. 58, 59, 63]. У других соседей тюрко-монголов - нанайцев, в лечебной магии ключевая роль отводилась идолам природных стихий; глазные болезни могли излечить две антропоморфные фигурки, изображавшие солнце и луну [История и культура нанайцев..., 2003. С. 190].
С образом луны, наделяющей живые существа зрением, перекликаются и некоторые запреты. Так, тувинцы полагали, что в полнолуние беременной женщине нельзя находиться в зоне лунного света. Свет полной луны может навредить ребенку в чреве матери, вызвав уродства, недоразвитость плода. А. П. Потапов, в частности, писал, что ребенок мог родиться косым [1969. С. 290]. Эти представления также находят аналогии в мировоззрении самодийских народов. У ненцев женщины избегали смотреть сквозь дымовое отверстие чума на луну «чтобы не окосеть» [Головнев, 1995. С. 304]. Связь луны с косоглазием в данных запретах не ясна. Вполне возможно, что она вообще отсутствует, а запрет может быть связан с ограничением видимости объекта через небольшое светодымовое отверстие. Так, более понятной причина возможного косоглазия ребенка видится в комплексе запретов, предъявляемых к беременной в культуре нанайцев: «нельзя подглядывать одним глазом в окно - ребенок родится косоглазым» [История и культура нанайцев..., 2003. С. 199].
Характерной особенностью глаз в лексике и мировоззрении тюрко-монгольских народов является свет, огонь. Одной из черт старения человека у бурят, сопровождающегося ухудшением зрения, является утрата «огня глаз» (о старом человеке говорят: «свет глаз его погас»). Согласно воззрениям хакасов, душа чула находится в зрачках глаз [Бутанаев, 1999. С. 223]. В разных вариантах преданий и сказок народов Сибири глаза, ассоциируясь с душой человека, представляются источниками света (звездочками или искорками), которые во время сна способны покидать тело и посещать окрестные места. Однако, по поверью бурят, такой способностью обладают души редких людей [Хангалов, 1960. С. 50]. В хакасском предании зафиксирована связь души и зрения человека: «Ночью душа “чула”Ј¬может покинуть спящего человека и, приняв его облик, способна путешествовать по округе. Иногда во время сна душа может выйти из своего месторасположения в виде двух звездочек, искорок или даже мыши. По преданию, два охотника отдыхали в лесу. Один из них заснул, а другой бодрствовал. Вдруг из глаз спящего охотника появились два огонька. Через некоторое время они вернулись обратно. В этот момент наблюдавший компаньон набросил шубу на спящего товарища. Два огонька долго кружили над закрытым лицом первого охотника и затем улетели. Когда спящий товарищ проснулся, то потерял зрение. С тех пор по хонгорскому обычаю лицо спящего человека никогда не закрывают. В этих же целях запрещалось засыпать с грязным лицом. Гуляющая душа могла испугаться немытого лица и в страхе покинуть хозяина. Отсюда происходит потеря зрения и здоровья» [Бутанаев, Монгуш, 2005. С. 132].