3. Вера в заложенную в природе людей основу правомерного поведения.
Платон считал, что совесть вложена в людей Гермесом по велению Зевса, что и составляет моральный фундамент поведения личности. Для формирования стремления к правомерному поведению достаточно лишь воспитать и облагородить человеческую душу, и тогда глубинное понимание каждым необходимости торжества добра над злом будет контролировать поступки людей лучше, чем право. Схожего мнения придерживался Цицерон, оценивавший сам закон как проникающий в природу человека «высший разум, велящий нам совершать то, что совершать следует, и запрещающий противоположное» [17, с. 69].
Аристотель видел опору правопорядка иначе: не в боготворческой силе пришедших к человеку извне идей, а в его собственных внутренних качествах - том самом здравом смысле, который уже упоминался ранее.
Подобный подход оставлял за личностью полную свободу воли. Каждый человек мыслился субъектом, способным сделать выбор в пользу правомерного поведения, просто понимая его глубинную правильность.
Это сочетание должного и субъективно одобренного в силу выгодности находило отражение и в многозначности употреблявшихся в Древнем мире слов. К примеру, греческое «тгрД» означало не только «возмещение», «наказание» и «кару», но также «честь», «уважение» и даже «почетное звание» [18, с. 372].
4. Признание различий в статусе людей.
Все древние мыслители признавали, что люди не могут считаться равными в силу непохожести от рождения и принадлежности к различным слоям общества.
Платон не видел в этом проблемы, считая, что если государство обеспечит предлагаемую им грамотную социальную стратификацию, то столкновения интересов не последует и все будут взаимодействовать во имя общего блага (в «Государстве» разделенные по роду занятий в силу «природной необходимости» классы к тому же полагались не изолированными, а предусматривалась возможность своеобразного «социального лифта» - отбор и продвижение лучших).
Аристотель мыслил более реалистично и объяснял разницу людей не свойствами души, а объективным следствием социального развития. Расслоение общества, однако, не должно было мешать согласованию личной свободы каждого с общеполезной необходимостью - все люди должны понимать возможность и необходимость справедливого существования наравне с остальными. Набор прав у них неодинаков, но это соответствует принципу «распределяющей справедливости» [19, с. 137, 138].
Цицерон также признавал разницу между классами и писал, что граждане должны считаться равными, однако формулировка с использованием слова «гражданин» изначально исключала из пределов действия этого вывода всех, кто к таковым в Древнем Риме не относился (иностранцы, женщины, вольноотпущенники и рабы). В целом прослеживающееся у античных мыслителей поражение в правах определенных категорий населения вполне соответствовало духу и нравам той эпохи.
Таким образом, второй фазис понимания соотношения свободы личности и необходимого поведения в обществе характеризуется прежде всего выходом на первый план прав и их добровольного ограничения взамен сочетания обязанностей и ответственности. Последнее было необходимо во имя общего блага и подкреплялось внутренними качествами человека, который сам должен был понимать выгоду законопослушного поведения. Идея продуманного социального неравенства оправдывала различия в правовом статусе различных социальных страт.
Подводя итог анализу западного пути генезиса понимания соотношения свободы и необходимости в поведении людей в обществе, можно сделать следующий вывод: человек никогда, даже в эпоху Древнего мира, не полагался абсолютно свободным, и всегда существовали нормы, устанавливающие для него конкретные обязанности, а также понимание принуждения (ответственности) как одного из главных способов обеспечения надлежащего исполнения возложенных на человека обязанностей. Свобода личности никогда не отождествлялась с вседозволенностью. Значимость морали и внутренних убеждений, свобода воли и добровольное или принудительное ее ограничение - приоритетность этих идей менялась от эпохи к эпохе и от мыслителя к мыслителю, однако вышеуказанные базовые моменты оставались неизменными, хотя и обосновывались с использованием различных по своему характеру аргументов.
Библиографический список
1. Семёнов, Ю. И. Формы общественной воли в доклассовом обществе: табуитет, мораль и обычное право / Ю. И. Семёнов // Этнографическое обозрение. 1997. № 4. С. 3-23.
2. Seagle, W. The Quest for Law / W. Seagle. New York: Alfred A. Knopf, 1941. P. XV, 439.
3. Дюркгейм, Э. О разделении общественного труда. Метод социологии / Э. Дюркгейм. Москва: Наука, 1990. 575 с.
4. Фрейд, З. Тотем и табу. Психология первобытной культуры и религии / З. Фрейд. Санкт-Петербург: Азбука-Классика, 2005. 256 с.
5. Артемова, О. Ю. Личность и социальные нормы в раннепервобытной общине: По австралийским этнографическим данным / О. Ю. Артемова ; АН СССР, Ин-т этнографии им. Миклухо-Маклая. Москва: Наука, 1987. 197 с.
6. Корсаков, К. В. Карательное право как первая ступень правогенеза / К. В. Корсаков // Журнал российского права. 2016. № 11. С. 21-29.
7. Бочаров, В. В. Власть и табу: о культурно-психологических истоках традиционализма / В. В. Бочаров // Культурно-историческая психология. 2017. Т. 13, № 4. С. 109-117.
8. Кастро, Ж. Физиология табу / Ж. Кастро // Вопросы философии. 1956. № 3. С. 63-74.
9. Parkin, D. Toward an Apprehension of Fear / D. Parkin // Sociophobics. The Anthro- poligy of Fear / ed. by D. L. Scruton. Boulder: Westview Press, 1986. P. 158-173.
10. Брайант, А. Т. Зулусский народ до прихода европейцев / А. Т. Брайант. Москва: Изд-во иностранной литературы, 1953. 434 с.
11. Плескач, В. Н. Табу - первоначальная форма нормативной регуляции поведения человека в первобытном обществе / В. Н. Плескач // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2006. № 4. С. 281-284.
12. Кашанина, Т. В. Происхождение государства и права. Современные трактовки и новые подходы: учеб. пособие / Т. В. Кашанина. Москва: Юрист, 1999. 335 c.
13. Платон. Государство / Платон // Сочинения: в 3 т. / Платон. Москва: Мысль, 1971. Т. 3, ч. 1. 688 с.
14. Аристотель. Политика / Аристотель // Сочинения: в 4 т. / Аристотель. Москва: Мысль, 1983. Т. 4. 832 с.
15. Батлук, О. В. Философия образования в Древнем Риме: дис.... канд. филос. наук / Батлук О. В. Москва, 2001. 157 с.
16. Gagarin, M. Drakon and Early Athenian Homicide Law / M. Gagarin. New Haven ; London: Yale University Press, 1981. P. XX, 175.
17. Цицерон, М. Т. Диалоги / Марк Туллий Цицерон. Москва: Наука: Ладомир, 1994. 223 c.
18. Кириченко, А. В. Древнегреческий язык: учеб. пособие для студентов специальности «Богословие» / А. В. Кириченко, К. А. Тананушко. Минск: Изд-во Минской духовной академии, 2017. 400 с.
19. Кечекьян, С. Ф. Учение Аристотеля о государстве и праве / С. Ф. Кечекьян. Москва ; Ленинград: Изд-во АН СССР, 1947. 222 с.
References
1. Semenov Yu. I. Etnograficheskoe obozrenie [Ethnographic reveiw]. 1997, no. 4, pp. 3-23. [In Russian]
2. Seagle W. The Quest for Law. New York: Alfred A. Knopf, 1941, pp. XV, 439.
3. Dyurkgeym E. O razdelenii obshchestvennogo truda. Metod sotsiologii [On distribution of public labor. The sociological method]. Moscow: Nauka, 1990, 575 p. [In Russian]
4. Freyd Z. Totem i tabu. Psikhologiya pervobytnoy kul'tury i religii [The totem and the taboo. The psychology primitive culture and religion]. Saint-Petersburg: Azbuka- Klassika, 2005, 256 p. [In Russian]
5. Artemova O. Yu. Lichnost' i sotsial'nye normy v rannepervobytnoy obshchine: Po avst- raliyskim etnograficheskim dannym [Personality and social standards in the early primitive community: on the basis of Australian ethnographic data]. Moscow: Nauka, 1987, 197 p. [In Russian]
6. Korsakov K. V. Zhurnal rossiyskogo prava [Journal of the Russian law]. 2016, no. 11, pp. 21-29. [In Russian]
7. Bocharov V. V. Kul'turno-istoricheskayapsikhologiya [Cultural historical psychology]. 2017, vol. 13, no. 4, pp. 109-117. [In Russian]
8. Kastro Zh. Voprosyfilosofi [Issues of philosophy]. 1956, no. 3, pp. 63-74. [In Russian]
9. Parkin D. Sociophobics. The Anthropoligy of Fear. Boulder: Westview Press, 1986, pp. 158-173.
10. Brayant A. T. Zulusskiy narod do prikhoda evropeytsev [The Zulu people before the arrival of the European]. Moscow: Izd-vo inostrannoy literatmy, 1953, 434 p. [In Russian]
11. Pleskach V. N. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta MVD Rossii [Bulletin of Saint-Petersburg University of MIA of Russia]. 2006, no. 4, pp. 281-284. [In Russian]
12. Kashanina T. V. Proiskhozhdenie gosudarstva i prava. Sovremennye traktovki i novye podkhody: ucheb. posobie [The origin of state and law. Modern interpretations and new approaches: teaching aid]. Moscow: Yurist, 1999, 335 p. [In Russian]
13. Platon. Sochineniya: v 3 t. [Plato. Works: in 3 volumes]. Moscow: Mysl', 1971, vol. 3, part 1, 688 p. [In Russian]
14. Aristotel'. Sochineniya: v 4 t. [Aristotle. Works: in 4 volumes]. Moscow: Mysl', 1983, vol. 4, 832 p. [In Russian]
15. Batluk O. V. Filosofiya obrazovaniya v Drevnem Rime: dis. kand. filos. nauk [Philosophy of education in the Ancient Rome: dissertation to apply for the degree of the candidate of philosophy]. Moscow, 2001, 157 p. [In Russian]
16. Gagarin M. Drakon and Early Athenian Homicide Law. New Haven; London: Yale University Press, 1981, pp. XX, 175.
17. Tsitseron M. T. Dialogi [Dialogues]. Moscow: Nauka: Ladomir, 1994, 223 p. [In Russian]
18. Kirichenko A. V., Tananushko K. A. Drevnegrecheskiy yazyk: ucheb. posobie dlya stu- dentov spetsial'nosti «Bogoslovie» [Ancient Greek language: tutorial for students majoring in “Theology”]. Minsk: Izd-vo Minskoy dukhovnoy akademii, 2017, 400 p. [In Russian]
19. Kechek'yan S. F. Uchenie Aristotelya o gosudarstve i prave [Aristotle's teaching on state and law]. Moscow; Leningrad: Izd-vo AN SSSR, 1947, 222 p. [In Russian]