Автореферат: Функциональный потенциал сложных имен существительных с признаковым компонентом в современном русском языке

2. Неодушевленные - «Растения»

Слова данной группы называют растения и обозначают их общие свойства: пустоцвет, козлобородник, краснотал, чернотал, кривоцвет, густоколоска, лжеосина, лжекувшинка, колючелистник, парнолистник, стрелолист, толстолистник, щитолистник, ложнолиственница, пухоцвет, пустозерница, роголистник, сухофрукты; малолетник, столетник, тысячелистник; дурнопьян, зверобой, горицвет.

3. Неодушевленные ? «Вещи и непредметные имена»

Этот фрагмент является весьма разнородным по своему составу. Сложные слитные слова этого класса называют предметы в самом широком толковании данного понятия.

· Имена объектов природы: крутогор, суходол, дикотравье, густолесье, краснолесье, криволесье, разнолесье, редколесье, старолесье, староречье, мелкозем, жирнозем, мелкотравье, косогор, высокогорье, красноглинье; многоцветье.

· Наименования явлений природы: ветробой, пеплопад, косохлёст, суховей; первозимье, первоснежье, перволедье, гололед, чернотроп, новолуние, полнолуние; многоводье.

· Наименования приборов, сложных устройств: грунтопровод, бронетанк, стеклоочиститель, бензопила, светотехника, солерудник, откормплощадка, ветрогенератор, пчелосемья.

· Наименования построек: лесокомбинат, льнозавод, сахарозавод, овощебаза, жилгородок, птицеград.

· Наименования социальных явлений: разнобоярщина, чужевластие, кривосудие, разноначалие, народовластие, народоправие, новоселье, старообряд, грузоперевозки; долгострой; многовластие, многопартийность.

· Название отраслей промышленности и сельского хозяйства: танкостроение, машиностроение, космоплавание, вертолетостроение, электроснабжение, садостроительство.

· Название предметов производства: металлопокрытие, металлопластмасса, стеклохолст, стеклопакет, кормосмеси.

· Название абстрактных действий, состояний, признаков: лихолетье, сладкопение, пустодушие, красноречие, краснословие, пусторечие, долготерпение, благовоззрение, чернокнижие, новогодье, любомудрие, любочестие, словоизлияние, краснословие, жизнеподобие, песнословие; разномыслие, зломыслие, свободомыслие, вольномыслие, слабомыслие, пустомыслие, своелюбие, своенравие, скудомыслие, славянолюбие, отечестволюбие, милосердие и др. Большую часть слов данной группы составляют имена опредмеченных свойств, состояний, признаков.

Сложные слитные существительные рассмотренных тематических групп многообразно отражают языковую картину мира и в сущности определяют то, что является значимым в языке культуры.

В третьем параграфе «Предикативный потенциал сложных существительных с признаковым компонентом» говорится о «предикации» и «пропозиции», которые отражают то понятийное поле, с которым мы связываем выявление предикативного потенциала сложных слитных существительных, содержащих признаковый компонент; рассматриваем функциональные свойства сложных слитных существительных, которые входят в разные таксономические ряды и семантика которых сформировалась на основе той или иной мотивации.

В своих рассуждениях мы опираемся на определение предикации П.А. Леканта: «Под предикацией имеется в виду соединение понятия о предмете и понятия о его признаке, представленное синтагматическим сочетанием слов (определяемое - определяющее)» (Лекант:1975, с. 71). Понятие «предикация» тесно связано с понятием «пропозиция». Мы под пропозицией понимаем содержательную сторону предложения, его смысл (См.: Кочеткова: 2004). Подчеркиваем связь понятий «пропозиция», «предикация» (в рамках понятия «акт коммуникации»).

На примере анализа простых предложений, содержащих сложные слитные существительные с признаковым компонентом, мы убедились, что существительные, репрезентирующие отдельную пропозицию в предложении, осложняют семантическую структуру предложения вследствие их функциональной гибридности. Нами выявлены типы сложных слитных существительных с признаковым компонентом, которые в предложении наряду с функцией номинации выполняют функцию латентной предикации. Рассмотрим ряд примеров.

Это в кухне, рядом с печкой, появился новопоселенец (В. Распутин «На родине»).

Сложное слитное существительное новопоселенец, содержащее признаковый компонент, (образовано по модели «Сл. = О прил.+ интерфикс + сущ.» и мотивировано субстантивным словосочетанием) является в предложении грамматическим субъектом (См.: Лаврентьев: 2010). Сложное слитное существительное разворачивается в атрибутивное словосочетание новый поселенец, которым оно мотивировано. Заменим в данном предложении сложное слитное существительное тождественным ему в семантическом плане словосочетанием: Это в кухне, рядом с печкой, появился новый поселенец. Полученное предложение отличается от исходного формально. В структуре предложения вместо подлежащего (новопоселенец) выделяются подлежащее (поселенец) и второстепенный член (новый). С точки зрения смысловой стороны в предложении можно выделить, помимо общей, основной пропозиции (поселенец появился), еще один знак семантической ситуации (поселенец ? новый). Семантическая структура предложения осложняется добавочной пропозицией, которая представляет предмет (лицо) с присущим ему признаком. Словосочетание новый поселенец трансформируется в простое предложение со связочным именным предикатом (Поселенец был новым). Способность сложного слитного существительного новопоселенец трансформироваться в предикативную конструкцию отражает приспособленность этого существительного к потенциальной предикации.

Он был дебошан и горлодер (Ю.Н. Тынянов «Восковая персона»).

В структуре данного предложения, прежде всего, выделяются два акта логического двучленного предицирования: «он был дебошан» и «он был горлодер» (т.е., это простое предложение со слитной предикацией). Сложное слитное существительное горлодер (образовано по модели «Сл.= О сущ. + интерфикс + О глаг. + суффикс) + фл.» и мотивировано глагольным словосочетанием) в предложении является именной частью составного именного сказуемого. Существительное горлодер (содержащее в своей семантической структуре сему отрицательной оценки «крикун») мотивировано фразеологизмом драть горло. При замене в предложении сложного существительного на данную конструкцию происходит трансформация простого предложения в сложноподчиненное «он был тот, кто дерет горло», где придаточное предложение представляет собой предикативную единицу. Однако в естественном языке такая трансформация существительного горлодер не имеет смысла, всегда употребляется существительное (горлодер - 1. (прост.) «тот, кто дерет горло, горлан» (Ожегов: 1996, с. 135)), но не выражение «тот, кто дерет горло». (Сравним: горлохват формально разворачивается в выражение «тот, кто хватает за горло», но в языке существительное употребляется в значении «(прост., презр.) горлан, горлопан» (Ожегов: 1996, с 135) и не выступает в качестве субститута выражения «тот, кто хватает за горло»). Наши наблюдения приводят к выводу о том, что сложные существительные, в основе которых лежат фразеологические обороты, не разворачиваются в предикативные единицы и не вносят в высказывание дополнительную пропозицию.

Военное лихолетье коснулось и таежного Сыма (В. Астафьев «Царь-рыба»).

Сложное слитное существительное лихолетье является в семантике предложения абстрактным субъектом. Существительное (образовано по модели «Сл.= (О прил. + интерфикс + О сущ. + суффикс) + фл.» и мотивировано субстантивным словосочетанием) разворачивается в атрибутивное словосочетание лихое лето (лето в этом словосочетании употребляется в значении «время»), которое расчленённо именует предмет и его признак. Атрибутивное словосочетание разворачивается в предложение со связкой «быть» в именном сказуемом: Лето (время) было лихим. В таком случае потенциальная предикативность соотносительного атрибутивного словосочетания оформляется грамматически, а предикация оформляет пропозицию (лето лихое). Сложное слитное существительное лихолетье является структурно-смысловой частью предложения и участвует в выражении основной предикации (лихолетье коснулось Сыма), но в то же время оно представляет латентную предикацию (лето лихое). Таким образом, в высказывании сложное слитное существительное, с одной стороны, находится в позиции субъекта при основном предикате (представлен эксплицитно: лихолетье коснулось Сыма); с другой стороны, латентной предикацией представляет добавочную пропозицию (лето лихое). Сложное слитное существительное лихолетье по своим функциональным свойствам является гибридной единицей, несущей в себе номинативный и предикативный потенциал, который проявляется в структуре высказывания.

По своим функциональным свойствам от сложных слитных существительных рассмотренного типа отличаются сложные слитные существительные - наименования, образование которых также мотивировано субстантивным словосочетанием со связью «согласование». Это преимущественно названия городов: Новгород, Белгород, Зеленоград и др. В современном русском языке, при прозрачности этимологии этих слов, уже утрачены мотивационные словообразовательные отношения с соответствующими атрибутивными словосочетаниями «новый город», «белый город», «зеленый город». Следовательно, в предложении эти слова не могут быть трансформированы в словосочетания; являясь собственным наименованием, такие слова выполняют только номинативную функцию. Аналогично можно рассуждать и по поводу других собственных наименований.

Употребление в предложениях сложных слитных существительных с признаковым компонентом (вместо тождественных в семантическом плане синтаксических единиц) - это экономный способ конденсации смысла в высказывании. Сложные слитные существительные с признаковым компонентом являются компрессией синтаксических единиц: словосочетаний, полупредикативных и предикативных единиц. Так, возможность развертывания сложных слитных существительных, мотивированных субстантивными словосочетаниями со связью согласования и построенных по моделям «(О прил. + Инт. + О сущ.) + фл» и «(О прил. + Инт. + Сл.) + фл», в соответствующие словосочетания, а словосочетаний - в предложения можно объяснить тем, что сами сложные существительные являются результатом синтаксической компрессии соответствующих словосочетаний. В этом случае выражение «сложное слитное существительное мотивируется атрибутивным словосочетанием» является, по сути дела, условным, т.к. такие сложные слитные существительные - результат компрессии.

Сложные слитные существительные, мотивированные субстантивными словосочетаниями со связью согласования и построенные по модели «(О прил. + Инт. + О сущ. + суффикс) + фл», также являются результатом компрессии соответствующих словосочетаний. Однако в этом случае семантика сложного слитного существительного не тождественна значению мотивирующего словосочетания: участие в деривационном процессе суффикса формирует у сложного слова дополнительное значение (например, предметное значение или значение абстрактности). Сложные слитные существительные, содержащие признаковый компонент, мотивированные глагольными словосочетаниями (со связью управления и связью примыкания) и нумеративными словосочетаниями (связь - сильное управление), разворачиваются при помощи присоединения дополнительных слов предикатной лексики в полупредикативные конструкции, а затем и в сложноподчиненные предложения и являются носителями потенциальной предикации в предложении (как правило, существительные, относящиеся к тематической группе «Человек»). Однако ряд сложных существительных (типа горлодер, живодер, корыстолюбец) обладают способностью разворачиваться в сложноподчиненное предложение только формально - употребляясь в высказывании, такие существительные выступают как единицы признаковой номинации (именуют предмет по присущему ему признаку).

Возможность трансформации сложных слитных существительных вышеприведенных типов в синтаксические конструкции объясняется наличием у этих разноуровневых единиц общих свойств. Объединяющими свойствами сложных слитных существительных с признаковым компонентом и предикативных единиц являются семантическая тождественность и предикативность; предикативные единицы - это коммуникативно оформленные единицы (предикативность у них выражается грамматически), сложные слитные существительные названного типа не имеют коммуникативной оформленности, но приспособлены для потенциального выражения предикации (т.е. обладают потенциальной предикативностью).

Сложные слитные существительные с признаковым компонентом обладают разной степенью потенциальной предикативности. Это связано с типом мотивации и словообразовательной моделью существительного. Сложные существительные, мотивированные словосочетанием с признаковым компонентом и образованные по моделям «(О прил. + интерфикс + О сущ.) + фл.» (суходол); «(О прил. + интерфикс + О сущ. + суффикс) + фл.» (густолесье); «О прил. + интерфикс + сущ.» (новопоселенец); «неопр.колич.числ. + О сущ. + суффикс + фл.» (малодворка); «нар. + О глаг. + суффикс + фл.» (скорописец), обладают большей степенью потенциальной предикативности по сравнению со сложными существительными, признаковость которых заключается в семах лексического значения и отчасти сохраняется в компоненте мотивирующего словосочетания (например, в существительном, мотивационно связанном с глаголом: женоненавистник). Низкой степенью потенциальной предикативности обладают сложные слитные существительные с признаковым компонентом, которые мотивированы субстантивными словосочетаниями со связью «управление» и построены по моделям «сущ. + сущ.» (киноактер); «О сущ. + интерфикс + сущ.» (золотодобыча); «(О порядкового числ. + интерфикс + О сущ. + суффикс) + фл.» (второгодник).

Сложные слитные существительные с признаковым метафорическим компонентом (главным образом ? термины: златогузка, серпокрылка), существительные, мотивированные фразеологическими оборотами (горлохват, горлодер), а также имена собственные, в структуре которых содержится признаковый компонент (например: имена мифических героев, богов типа Белбог; названия городов типа Новгород, Белгород, Зеленоград), не вносят в высказывание дополнительную пропозицию - не относятся к пропозитивным единицам и единицам потенциально предикативным.

Сложносоставные существительные (как существительные, мотивированные сочетанием существительных с сочинительным характером отношений между компонентами, так и существительные, мотивированные аппозитивными словосочетаниями) имеют цельное номинативное значение, выполняют номинативную функцию в высказывании. Некоторой «внутренней» предикативностью обладают гибридные единицы словосложения. Это, как правило, образования с оценочным компонентом (типа чудо-цветок, горе-ученик, горе-охотник). Оценочный компонент (чудо-, горе-) может обособляться от характеризуемого существительного (Чудо-крем. Этот крем просто чудо). Способность этих единиц словосложения расчлененно характеризовать предмет выявляет у них элемент потенциальной предикативности (что свойственно конст рукциям, включающим оценочный компонент), однако к пропозитивным единицам они не относятся (см.: Кочеткова: 2004). Это касается и сложносоставных существительных, признаковый компонент которых является метафорическим (жук-геркулес, меч-рыба).