Данных экспериментаторов вполне можно причислить к транслюдям, которые в траснгуманистической терминологии обозначаются как «некто, активно готовящийся стать постчеловеком» [12].
Безусловно, мотивы этих персон могут быть разные, в том числе и эпатаж, стремление к популярности, отсутствие внутренних границ. Не обязательно это какие-то идеологические основания. Формируется что- то похожее на субкультуру, но эти веяния несут в себе гораздо более важное значение, так как влияют на природу человека, его потенциалы. На фоне популярного ныне научно-технического способа мышления идея киборгизации может обрести массовый масштаб.
Так, с 2015 г. тысячи граждан Швеции добровольно вводят себе под кожу чипы. Чип позволяет заменить электронные пропуска, транспортные карты, платежные средства, взаимодействует с техникой [13].
Серьезный шаг в сторону киборгизации сделал самый эксцентричный предприниматель последнего десятилетия Илон Маск. Опасаясь потенциальной мощности искусственного интеллекта, предприниматель не нашел ничего иного, как слиться с ИИ. «Не можешь победить, присоединяйся», - повторяет он из раза в раз на конференциях. Ускорить процесс слияния Илон Маск планирует путем имплантирования нейроинтерфейса, разрабатываемого его компанией Neurolink. В июле 2019 г. была проведена презентация продукта, в ходе которой были представлены принцип работы устройства и текущий этап разработки. Имплантат уже тестируется на животных, и в 2020 г. руководство Neurolink собирается начать испытания человека [14].
Трансгуманистическое общественное движение «Россия 2045» задает еще более радикальный сценарий преобразования человека. Главный проект организации под названием «Аватар» предлагает поэтапное изменение человека, начиная с создания искусственного тела с нейроинтерфейсом и заканчивая телом-голограммой [15].
Подобные идеи всячески подерживает Рэй Курцвейл, футуролог, основатель крионической фирмы Alcor и технический директор машинного обучения Google. Он заявил: «Мы будем становиться всё более небиологическими существами, пока не дойдем до состояния, когда небиологическая часть станет превалировать, а биологическая потеряет свое значение» [16].
3. Искусственный интеллект
Вопрос искусственного интеллекта, безусловно, является одним из ключевых на повестке дня. Роль цифровых и алгоритмических систем с каждым годом возрастает, машины способны самообучаться, и темпы этого развития настолько стремительны, что обеспокоенность выражают видные члены общества. Возрастающее влияние искусственного интеллекта может вызвать не только проблемы социального характера, но и вопросы выживания человечества.
Предприниматель Илон Маск, ученый физик-теоретик Стивен Хокинг, ученый Ноам Хомский, создатель компьютеров Apple Стив Возняк и ряд ученых в 2015 г. написали открытое письмо разработчикам искусственного интеллекта, акцентируя внимание на важности контроля данной индустрии, особенно в военной сфере. Также Илон Маск, вложивший 7 млн долларов в исследования, связанные с вопросами регулирования искусственного интеллекта, предупреждал об угрозе искусственного интеллекта президента и ключевых лиц конгресса США. Стивен Хокинг, помимо написанных статей по этой теме, не раз выступал с обсуждением подобной проблемы на конференциях и в интервью [17].
В 2018 г. в одной из публикаций выразил свою обеспокоенность и Генри Киссинджер. Разобравшись в вопросе искусственного интеллекта с помощью специалистов в этой области, он отметил несколько проблемных моментов, которые еще только предстоит решить. На протяжении всей своей статьи мистер Киссенджер задает вопросы, на которые, как говорит он, необходимо отвечать на государственном уровне. Основные его мысли строятся вокруг главных вопросов: «Научатся ли машины коммуницировать друг с другом? Как будет происходить выбор из имеющихся опций? Может ли в истории человечества повториться судьба инков, столкнувшихся с испанской культурой, которая была недоступна их пониманию и вызывала ужас? Стоим ли мы перед новой фазой истории?» [18].
В самом деле, алгоритм, заданный определенными целями, может выбрать такие способы их осуществления, в которых человек разобраться не сможет. Ошибки, которые при этом может совершить искусственный интеллект, принцип выбора из двух возможных зол может остаться за гранью человеческого понимания. Уже сейчас разработчикам непонятно, как осуществляются процессы некоторых из алгоритмов, например, при работе торговых систем на фондовой бирже [3, с 321].
В современной культуре неоднократно рисовались сценарии, когда цели самообучающегося искусственного интеллекта, обладающего автономностью и могуществом, идут вразрез с целями человечества. Не по тому ли пути идет человечество в XXI веке?
4. Человек виртуальный
Развитие информационных технологий существенным образом повлияло на игровую индустрию. Компьютерные игры стали неотъемлемой частью досуга сотен миллионов людей. За сравнительно небольшой срок из примитивных пиксельных аркад игры переросли в целые виртуальные миры с графикой, приближенной к фотореалистичной. В 2019 г. компания Quixel представила видеоролик, созданный на игровом движке Unreal Engine 4. Графика, продемонстрированная в ролике, порой неотличима от реальности [19].
С 1990-х гг. повышенный интерес к компьютерным играм повлек за собой регулярную организацию масштабных турниров, а в 2001 г. киберспорт впервые был официально признан видом спорта. Рост возможностей игровых движков на фоне повышения мощностей компьютеров и быстрорастущий спрос создали большой рынок виртуальных игр. Это позволило не только улучшать производительность игр, но и создавать всё более сложные игры, вмещающие в себя виртуальные вселенные разного жанра и порядка.
В большинстве своем игровой процесс происходил на экране компьютера, телевизора или телефона, что не оказывало полноценного вовлечения игрока. Но с возникновением технологий виртуальной реальности (VR technologies) эффект вовлечения в виртуальный мир вышел на новый уровень.
По мере дальнейшего развития конвергентный эффект может связать VR технологии с технологиями нейроинтерфейса наподобие Neurolink. Это позволит создавать разработчикам альтернативную реальность, задействуя определенные участки мозга для полного погружения человека в мир виртуальной реальности, включая возможность говорить, передвигаться и переживать чувства внутри симуляции.
Рэй Курцвейл, рассуждая в своем выступлении о постчеловеке, уверен, что такая альтернативная реальность вполне может быть создана: «Мы сможем создавать виртуальные тела и виртуальную реальность, которая будет полностью реалистичной благодаря тому, что виртуальные тела будут настолько же детальны и убедительны, как настоящие» [16].
Возможно, что через несколько десятков лет при конвергентном подходе и найденном способе монетизации компании создадут альтернативные виртуальные реальности, которые будут погружать игрока в миры, где он будет способен полностью переживать всё то, что он переживает и чувствует в обычной жизни. При этом функционал изменений будет весьма богат. Подобно сегодняшним играм, человеку можно будет экспериментировать со своей внешностью, гендером, видом или агентностью.
Таким образом, часть людей могут полностью погрузиться в мир виртуальной реальности, где не нужно будет выживать, скучать и страдать. Райский мир, полный удовольствия и безграничных возможностей. Людей, посвятивших себя виртуальным мирам, можно будет назвать «Человеком виртуальным». И это еще один альтернативный вариант постчеловеческого будущего.
Разнообразие разделенности
В условиях стремительного прогресса и только набирающего обороты технологического развития поспешно говорить о каком-либо конкретном сценарии. Как сказал в своей статье о постчеловеке С.С. Хоружий, «мы только знакомимся с постчеловеком» [4].
Один из ключевых трендов развития науки и технологий состоит в конвергентном эффекте, поэтому велика вероятность, что данная тенденция будет фигурировать и в вопросе изменения человека.
Уже сейчас технология генного редактирования CRISPR проводится на базе искусственного интеллекта, элементы киборгизации тесно связаны с влиянием на биологическую составляющую и всё чаще называются «биохакингом», небиологические носители искусственного интеллекта получают гражданство, а у многих людей уже виртуальная жизнь превалирует над обычной.
При таком конвергентном подходе, в совокупности с либеральными общественными взглядами, возможен сценарий не конкретно реализованного проекта постчеловека, но разнообразия вариантов в их совместном существовании. По мере утверждения технологического прогресса усилятся полярные взгляды технофилов и технофобов, а на шкале этих крайностей будут размещаться различные культурные общности.
Появится разнообразие представителей новых видов, будь то киборг, генномодифицированный представитель, робот или тело виртуального мира. Каждый из них будет иметь свои права. Человек же станет всего лишь одним из представителей в этом видовом многосмешении.
Однако есть однозначный сценарий, который всё же может привести к постчеловеку в том его завершенном смысле, когда канат будет полностью преодолен и человека больше не станет. Такой завершающий сценарий называют Технологической сингулярностью.
Точка сингулярности
В философии о сингулярности впервые заговорил Жиль Делез. Он определяет сингулярность как идеальное событие, «поворотные пункты, точки сгибов и т. д.; узкие места, узлы, очаги и центры; точки плавления, конденсации, кипения и т. д.; точки слез и смеха, болезни и здоровья, надежды и уныния, точки чувствительности» [20, с. 75--78].
Ф.И. Гиренок в манифесте Московской антропологической школы, говоря о сингулярности, начинает со следующего: «Что такое сингулярность? Это то, с чего всё начинается и чем всё заканчивается. Гераклит назвал сингулярность мировым пожаром и заплакал от безысходности судьбы человека». Сейчас же мы понимаем, что это не мировой пожар, но технологическая гегемония. Оба эти события имеют одно сходство -- конец человека. Это точка, но не как отметка в протяженности становления, а как то, «чем всё заканчивается» [21].
Если Московская антропологическая школа рассматривает сингулярность как событие возникновения человека через серию «взрывов галлюцинаций», в которых рождается разделение на внешний и внутренний мир, то сторонники постчеловеческого будущего представляют технологическую сингулярность как схлопывание миров в технологическом становлении, что нивелирует проблему человека [22].
Свои истоки понятие «технологическая сингулярность» берет от автора-фантаста и профессора математики Вернона Винджа в его одноименной статье, представленной в 1993 г. Событие это он прямым образом связывает с развитием искусственного интеллекта и неизбежной эволюционной направленностью развития как природы, так и техники. Виндж говорит о сингулярности как о «точке, в которой наши старые модели придется отбросить, где воцарится новая реальность. Это мир, очертания которого будут становиться всё четче, пока эта новая реальность не заполнит собой окружающую действительность, став обыденностью» [23, с. 2--3].
Теоретики и специалисты ожидают наступление технологической сингулярности примерно в 2045 г., когда развитие технологий достигнет такой скорости, что человеку не останется ничего другого, как слиться с этим неконтролируемым технологическим потоком. Результат можно представить в виде всеобъемлющего технологического поля, наподобие мыслящего океана Лема, пребывающего в самом себе и в себе же развивающегося, «живой символ дисперсии, идеальный паук, который плетет свои сети и одновременно плетет сам себя из собственной сети» [24]. Искаженное воплощение принципа единства. Это и есть «постчеловек» в его финальном варианте.
В идее технологической сингулярности заключены мечты трансгуманистов. В ней реализуются и идея иммортализма, и идея следующего, вполне завершенного перехода на следующую эволюционную ступень, некий абсолют дерзаний в сторону технологического совершенства.
Все вышеперечисленные модели представлений о постчеловеке, такие проекты, как Neurolink, Blue Brain Project, Human Brain Project, исследования, изучающие мозг и сознание, трансгуманистические движения из разряда «Россия 2045» и «Humanity+» устремлены в направлении технологической сингулярности.
В 2008 г. был основан «Университет Сингулярности» (Singularity University), поддерживаемый Google и Delloite. Университет воспитывает специалистов, а также взращивает стартапы, которые будут приближать человечество к точке сингулярности. В 2017 г. филиал университета открылся в России на территории Сколково.
Отдельно следует выделить ключевого протагониста технологической сингулярности -- Рэя Курцвейла. Именно он основал «Университет Сингулярности», под его влиянием возникло целое траснгуманистиче- ское направление сподвижников технологической сингулярности, называемое «сингулярианством». Рэй Курцвейл является техническим директором Google, сооснователем крионической компании Alcor и еще нескольких бизнесов, связанных с трансгуманистической тематикой.