ФЕНОМЕНЫ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ И РИСКА В КОНТЕКСТЕ МЕЖКУЛЬТУРНОЙ КОММУНИКАЦИИ
Бронислава Рафаиловна Могилевич
Аннотация
межкультурный коммуникация культурный неопределенность
Риск и неопределённость онтологически присутствуют в жизненном цикле людей, и поэтому эти проблемы всегда актуальны, особенно в современном социуме постмодерна. Информационное постиндустриальное общество характеризуется большим объёмом разнообразной информации, легко доступной для всех членов социума. С одной стороны, доступ к информации и её количество представляют собой благо, с другой стороны, люди не могут адекватно выбрать, интерпретировать и оценить новые сведения. Возникающая в этом случае неопределённость дезориентирует людей, нарушая стабильность их социокультурных коммуникативных связей. Неопределённость амбивалентна по своей природе - она субъективна как проекция личностного восприятия социальной реальности; она объективна как актуализация слома/смены социальных смыслов и институтов. Исследование о природе неопределённости и рисков едины в том, что высокий уровень неопределённости современности обусловлен такими факторами, как глобализация, информатизация и цифровизация. «Текучая современность» как социальная реальность характеризует сегодняшнюю жизнь людей в ракурсе основных концептов жизнедеятельности: свободы, индивидуальности, времени и пространства, работы и сообществ. Концепция рисков как продуктов неопределённости варьируется - от сравнения рисков с аварией на Чернобыльской АЭС до оценки рисков как мобилизующих сил. Социокультурные риски, межкультурные в частности, приобретают особую значимость в эпоху постмодерна. Выделенные 6 универсальных категорий культуры определяют межкультурную интеракцию в ракурсе учёта культурных характеристик, детерминирующих успех межкультурного взаимодействия. Теория сокращения неопределённости предлагает пути установления успешной межкультурной коммуникации. Обозначены стратегии смягчения неопределённости (пассивные, активные и интерактивные), и факторы её успеха обусловлены уровнем межкультурной компетенции коммуникантов. Следование принципам Кооперации и Вежливости способствует снижению межкультурной неопределённости и рисков как видов коммуникативного дискомфорта.
Ключевые слова: неопределённость, риск, объём информации, дезориентация, глобализация, амбивалентность, текучая современность, теория сокращения неопределённости и межкультурный дискомфорт.
Abstract
UNCERTAINTY AND RISK PHENOMENA IN THE CONTEXT OF INTERCULTURAL COMMUNICATION
Bronislava R. Mogilevich
Risk and uncertainty are ontologically linked with the life cycle of people, and therefore these problems are always relevant, especially in the contemporary postmodern society. The informational postindustrial society is characterized by a large amount of diverse information that is easily accessible to all members of society. On the one hand, access to information and its amount is a real value, on the other hand, people cannot adequately select, interpret and evaluate new information. The uncertainty arising in this case disorients people, disrupting the stability of their socio-cultural communicative ties. Uncertainty is ambivalent in nature - it is subjective as a projection of personal perception of social reality; it is objective as an actualization of the breakdown/change of social meanings and institutions. The study on the nature of uncertainty and risks is unanimous in the fact that the high level of uncertainty of our time is due to such factors as globalization, informatization and digitalization. “Fluid modernity” as a social reality characterizes everyday life of people from the perspective of the main concepts of life: freedom, individuality, time and space, work and communities. The concept of risks as products of uncertainty ranges from comparing risks with the Chernobyl accident to assessing risks as mobilizing forces. Socio-cultural risks, intercultural in particular, acquire special significance in the postmodern era. The identified 6 universal categories of culture define intercultural interaction from the perspective of taking into account cultural characteristics that determine the success of intercultural interaction. Uncertainty reduction theory offers ways to establish successful intercultural communication. The identified strategies for reducing uncertainty (passive, active and interactive) and the factors of its success are determined by the level of intercultural competence of the communicants. In addition, adherence to the principles of Cooperation and Politeness helps to reduce intercultural uncertainty and risks as types of communicative discomfort.
Keywords: uncertainty, risk, information volume, disorientation, globalization, ambivalence, fluid modernity, uncertainty reduction theory and intercultural discomfort.
Основная часть
Неопределенность и риск являются постоянными компонентами человеческой жизнедеятельности, а любой вид социальной реальности характеризуется категориями риска и неопределенности в тех случаях, когда исчезает возможность адекватного понимания настоящего и прогнозирования будущего. Причиной является асимметричность воспринимаемой информации, ее интерпретации и анализа относительно реальной ситуации. Так как неопределенность и риск как понятия и состояния представляют собой категориальную характеристику всех аспектов человеческого существования, то их исследования носят междисциплинарный характер.
Особую значимость феномен неопределенности приобрел в XX в., когда физик В. Гейзенберг в 1927 г. открыл принцип неопределенности, согласно которому каждый объект материального мира онтологически обладает неопределенностью, так как возможно определить координаты нахождения объекта, а его частотные импульсы могут быть неопределенными.
Модернизация всех аспектов человеческой жизнедеятельности, проявляющаяся в развитии глобализации, цифровизации и информатизации, актуализирует новый ракурс социокультурной рефлексии проблемы. Выдвижение на первый план понятия неопределенности носит концептуальный характер не только в гуманитарном аспекте, но и в естественно-математических сферах.
Казалось бы, что постиндустриальное информационное общество, представляющее обилие и разнообразие информации, обеспечивает обширный доступ к ее получению и гарантирует ее достоверность. На самом деле именно эти характеристики постиндустриальной реальности порождают неопределенность как информационную дезориентацию коммуникантов. Именно увеличение объемов информации, а часто и ее избыточность, служат причиной нарушения стабильности коммуникаций, в частности в сфере выбора оптимальных вариантов и объема сведений.
Следует отметить, что неопределенность в социокультурном контексте носит амбивалентный характер - она отражает восприятие социальной реальности индивидом, то есть она субъективна. С другой стороны, неопределенность объективна как проекция разрушения/смены существующих социокультурных смыслов, процессов, институтов [1].
Ф. Найт, один из первых исследователей феномена неопределенности, определил причины ее возникновения: недостаточность информации, незнание, случайность, противодействие [2].
Другими словами, большинство социокультурных процессов, имеющих место в современной социальной реальности, характеризуются разными степенями неопределенности. Эти явления затрудняют или даже блокируют возможности адекватных решений для обеспечения стабильности социокультурных норм, способствуя возникновению эмоциональной неустойчивости, растерянности, нервозности и депрессии [3].
Как отмечает Н.Г. Осипова, информатизация и цифровизация меняющейся социальной реальности способствуют смешению базовых концептов жизнедеятельности в социуме, включая гражданство, конфессиональную принадлежность и даже пол. Индивиды, получая разнообразную информацию, трудно поддающуюся восприятию и анализу, не могут концентрировать внимание. В этом случае картина мира представлена как мозаичное панно, трудно воспринимаемое логически [4].
Наибольший вклад в исследования феномена неопределенности внес З. Бауман, который определил современную социальную реальность как «текучую современность» («liquid modernity»). Интересно отметить, что первые исследования неопределенности как категории социальной реальности были предприняты ещё во времена античности. Так, Фалес, представитель милетской школы, считал, что вода является воплощением неопределенности по причине своего постоянного движения и изменчивости. Аристотель, в свою очередь, определял движение как воплощение неопределенности [5]. По З. Бауману, текучая современность - это переход от структурированной социальной реальности и наличия стабильных институтов к свободному от обязательств, границ и условий социуму. Это состояние характеризуется всякого рода неожиданностями, неопределенностью, непоследовательностью, а человек в этой реальности приобретает мобильность, возможность использования социальных лифтов и получения разнообразной информации. З. Бауман использует красивую, даже поэтическую метафору «текучая современность» для характеристики нашей, очень сложной, действительно текучей и гибкой социальной реальности, полной рисков различной степени опасности, с одной стороны, и великих возможностей для прогресса, с другой стороны.
Акцентируя изменчивость и неопределенность текучей современности, З. Бауман выделил пять новых характеристик основных концептов человеческой жизнедеятельности:
- освобождение как свобода от общества, но и также свобода разрушения идентичности;
- индивидуальность как антипод гражданина и поощрение консьюмеризма и интереса к частной жизни людей (например, звезд и политиков), а не к их деятельности;
- время и пространство как изменение этих понятий в процессе электронной революции (например, новое приветствие «Доброго времени суток!»);
- работа как новая форма занятости - дистанционная работа и учеба вне офисов и учебных заведений [6];
- сообщество - урбанизация и создание мегаполисов вызвали обострение оппозиции «свой» - «чужой» в виде всплесков национализма, ксенофобии и фашизма.
Скорость жизни в текучей современности требует от человека постоянного напряжения в боязни «не успеть», «не догнать», «не получить» в ущерб саморефлексии. Состояние неопределенности провоцирует возникновение рисков как компонентов жизненного цикла. Классическое определение риска представлено следующим - «активное, сознательное действие человека с надеждой на удачу в условиях неопределенности итога деятельности» [7; 96].
Н. Луман, представляя критическую концепцию состояния риска, подчеркивал его онтологическую сущность и акцентировал вероятностную природу человека. Другими словами, Н. Луман, солидаризируясь с Ф. Найтом, считал, что риски возникают случайно, а социологический ракурс рассмотрения этого феномена состоит в том, что о природе риска следует судить в контексте коммуникации с включением ее смысла и принятия решений [8]. Таким образом, по Н. Луману, риск обусловлен активной жизненной позицией человека.
У. Бек в своих исследованиях о природе рисков делает акцент на том, что глобализация ускоряет и умножает многочисленные риски - природные, техногенные, социальные, экономические, финансовые и политические. В этих условиях национальное государство, в классическом смысле этого слова, не может справиться со своими полномочиями и уступает место транснациональным институтам. Социум, по мнению У. Бека, становится «обществом риска, а риски все время умножаются благодаря развитию науки и техники. Риск представляет собой систематическое взаимодействие общества с угрозами и опасностями, которые порождаются модернизацией как таковой. В отличие от прошлых эпох, современные риски суть последствия, прямо связанные с угрожающей мощью модернизации и порождаемой ею глобализацией неуверенности».
По мнению У. Бека, глобализация приводит к засилию терроризма, экологическим и социо- гуманитарным катастрофам. Он сравнивает глобальный терроризм с Чернобылем мировой экономики: «В Чернобыле были захоронены атомные отходы, а глобализация «похоронила» свои обещания о спасении мира». Он считает, что террористы обнаружили не только уязвимость и слабость западной цивилизации, но и предвосхитили глобализационные экономические конфликты [9; 21].
Концепция риска Э. Гидденса постулирует рискогенность современной социальной реальности. Риск, согласно Э. Гидденсу, представляет собой продукт модернизации и глобализации. Но, в отличие от концепции У. Бека о природе рисков,
Э. Гидденс акцентирует внимание на таких его позитивных функциях, как мобилизирующие и динамичные силы, характеризующие современный социум, причём люди не полагаются на природные силы, религиозные догмы и традиции, а самостоятельно действуют и определяют своё будущее. Э. Гидденс определяет социальную реальность постмодерна как «высокую современность», полную многочисленных рисков, неопределённых ситуаций, которые угрожают как всему человечеству, так и его отдельным представителям [10].
Существует множество классификаций риска, но наиболее часто прослеживается 2 вида: техногенные и социогенные риски. Техногенные риски обусловлены утратой контроля над производством и его негативным влиянием на природную среду; социогенные риски, в свою очередь, служат причиной возникновения социальной неопределённости вследствие потери со стороны социума контроля над социальными трансформациями. Социокультурные риски, в свою очередь, обусловлены асимметрией действий субъекта по отношению к трансформациям социума в условиях неопределённости. В свою очередь, социокультурные риски могут быть представлены, как межэтнические, военно-политические, финансовые и т.д. [11].
Межкультурные риски заслуживают особого внимания в условиях глобализации, так как отражают функционирование международных контактов. Межкультурная коммуникация как интеракция между представителями разных культур и носителей разных языков всегда обусловлена их культурной спецификой, проявляющейся в разных жизненных сферах.
Неопределенность как социокультурный феномен присутствует в процессах социализации, инкультурации и аккультурации в жизненном цикле каждого индивида как члена социума во всех сферах его жизни - другими словами, в пространственно-временном контексте. Известно, что феномен культуры обладает наибольшим количеством определений, каждое из которых характеризует разные стороны этого всеобъемлющего понятия. С точки зрения межкультурных различий, культура, по мнению Г. Хофстеде, представляет собой «коллективное программирование сознания, которое отличает членов одной группы или типов людей от других».