Отношениям Екатерины и Монтескье посвящены статьи А.Н. Пыпина и В.Е. Вальденберга. Публикуемые далее "Замечания на Большой Наказ Екатерины" князя М.М. Щербатова представляют собой наиболее раннюю попытку сличения "Наказа" и "Духа законов", дополненную собственными размышлениями автора. Выписки из дневника Л.Н. Толстого, который спустя почти 75 лет проделывает подобную работу, служат завершающим аккордом данного раздела и перебрасывают мостик к следующему, где помещены избранные мысли Монтескье в переводе и с предисловием Л.Н. Толстого.
Этот раздел - "Монтескье в русской литературе" - не только обращается к проблеме рецепции Монтескье Пушкиным (статьи Д.И. Белкина и М. Неклюдовой), но и представляет французского просветителя в качестве персонажа "Вечера у Кантемира" К.Н. Батюшкова. Наконец, завершающий антологию седьмой раздел обращается к восприятию России в творчестве Монтескье, чему посвящены две глубокие статьи Ф.В. Тарановского и М.П. Баскина.
Русская литература, в отличие от других литератур, не знает удачных подражаний "Персидским письмам", зато политические идеи Монтескье с одинаковым энтузиазмом принимают и монарх, и революционный писатель. Многочисленные неопубликованные любительские переводы Монтескье не всегда имеют высокую художественную ценность, но отличаются точностью и соответствием оригиналу, тогда как переводы, выполненные профессиональными переводчиками и предназначавшиеся для печати и распространения, красноречиво свидетельствуют о цензурном вмешательстве в авторский текст, в особенности в тех эпизодах, которые имеют отношение к России. Сам образ России, созданный Монтескье на страницах его главных произведений, становится объектом литературной полемики, вызывая одновременно и одобрительные, и критические отклики. Всё это - различные грани противоречивой, местами парадоксальной рецепции художественного и философского наследия французского писателя, свидетельство стабильного внимания и признания авторитетности мнения, с которым нельзя не считаться.
Неоднозначная рецепция - это еще и свидетельство исторической чуткости Монтескье, который с точностью обозначил проблемы, оказавшиеся наиболее острыми для российской социально-политической действительности XVIII и XIX вв. и сохраняющими свою актуальность и по сей день. Но не стремление порицать установления какой бы то ни было страны двигало Монтескье, но лишь стремление отыскать объяснение существующих порядков. "Если бы я мог сделать так, - писал он в "Предисловии" к "Духу законов", - чтобы люди приобрели новые основания полюбить свои обязанности, своего государя, свое отечество и свои законы, чтобы они почувствовали себя более счастливыми во всякой стране, при всяком правительстве и на всяком занимаемом ими посту, - я счел бы себя счастливейшим из смертных".
Литература
1. Монтескье. Опыт о вкусе // Монтескье. Избранные произведения. - М.: Госпо- литиздат, 1955.
2. Jacob P.-L. Preface de l'editeur // Montesquieu. Le Temple de Gnide. - Paris: Leon Willem, 1879-1880.
3. Montesquieu. Discours sur les motifs qui doivent nous encourager aux sciences // Montesquieu. Oeuvres completes. - Paris: Editions Nagel, 1955. - T. III.
4. Montesquieu. Portrait de Montesquieu par lui-meme // Montesquieu. Oeuvres posthumes. - Paris: chez Plassan, Bernard, Gregoire, 1798. - P. 189-201.