Другим примером борьбы спортивной организации за права спортсменов, невзирая на политические события в мире, стал инцидент с китайской теннисисткой, бывшей первой ракеткой мира Шуай Пэн. В ноябре прошлого года бывшая спортсменка выложила пост в социальных сетях с обвинением в адрес высокопоставленного чиновника Компартии Китая и бывшего вице-премьера страны в принуждении к действиям сексуального характера. Сразу после публикации девушка перестала выходить на связь. Учитывая международную репутацию Китая, многие бывшие и действующие спортсмены, а также представители международных теннисных ассоциаций WTA и ATP и теннисный профсоюз спортсменов PTPA забеспокоились и обратились за информацией о местонахождении спортсменки Ли В. Китай делает вид, что Шуай Пэн в порядке, но от этого за нее только страшнее. Теннис сплотился как никогда, Пекин требуют лишить Олимпиады // Sports.ru. 2021. 20 нояб. [Электронный ресурс]. URL: https://www.sports.ru/tribuna/blogs/glaz_naroda/2987982.html (дата обращения: 12.01.2022).. Долгое время внятного ответа на поставленные вопросы о состоянии здоровья и местонахождении девушки не было, в связи с чем Женская теннисная ассоциация приняла решение прекратить проводить турниры под собственной эгидой в КНР, из-за чего организация понесет убытки в миллиарды долларов. Это существенный удар по китайскому самолюбию: спортивный мир продемонстрировал, что для него принципы стоят выше денег (из-за пандемии международный спорт, в том числе и теннис, потерял колоссальную прибыль, которую Китай, как самый лакомый кусок мирового рынка, был готов возместить взамен на проведение у себя различных турниров). Здесь же следует упомянуть и неудачный тайминг -- менее чем через два месяца в Пекине стартует Зимняя олимпиада, которую собираются бойкотировать некоторые западные государства (статус дипломатического бойкота подтвердили США, Австралия, Канада и Великобритания; ожидается бойкот со стороны глав государств-членов ЕС). Китай расценивает данные соревнования как площадку, благодаря которой сможет утвердить собственный статус мирового лидера, однако скандал с уйгурами, а затем с Пэн вынуждает все большее количество людей расценивать азиатское государство как страну с диктаторским режимом во главе.
Сложно не согласиться с тем, что «политика оказывает существенное влияние на события, происходящие в спортивной сфере, несмотря на то что спорт сам по себе выполняет миротворческую функцию, сплачивая народы и страны. Взаимодействие спортивных организаций различных стран, контакты международных и национальных спортивных организаций с политическими структурами государств, а также комплекс спортивных соревнований и публикация в СМИ об их проведении и участниках оказывают существенное влияние на реализацию миротворческой функции спорта» [5, с. 104].
Проведение спортивных соревнований, будь то Олимпиада или теннисные турниры, способны продемонстрировать открытость страны, ее желание сотрудничать и нацеленность на мирное решение вопросов, однако подобные скандалы могут стать причиной разрыва отношений со спортивными организациями, что повлечет за собой ухудшение международного имиджа страны. Спустя месяц Пэн вышла на связь, заявив о недопонимании со стороны общественности и о том, что она находится в безопасности. Тем не менее международное сообщество, и не только спортивное, не спешит верить подобным заявлениям, предполагая, что спортсменку могли склонить к подобным заявлениям.
Очевидно, когда стало понятно, что «возможности спорта стали настолько велики, что позволяют рассматривать его как важную часть международных отношений, мировой политики, международных гуманитарных связей», тема спорта стала все чаще использоваться для привлечения внимания общества «к решению различных проблем: проблемы бедности, расизма, насилия, сохранения окружающей среды, употребления наркотиков, проблемы прав человека, гендерного равенства и многих др.» [2, с. 7].
Спорт как инструмент «мягкой силы» политического соперничества Саудовской Аравии и Катара
Тот факт, что в современной политике наиболее востребованы инструменты «мягкой силы» подтверждается, в частности, при рассмотрении соперничества государств
Ближнего Востока: Саудовской Аравии, Катара, Бахрейна и ОАЭ, разбогатевших благодаря колоссальным залежам качественной нефти. Их объединяет болезненное восприятие успеха соседей, невероятные финансовые возможности и желание разнообразить собственную экономику благодаря готовности инвестировать в туризм, высокие технологии и науку, а также вкладывать средства в иностранные топ- компании. В основе данной борьбы на Аравийском полуострове лежит конфликт между Катаром при поддержке Турции, Ирана и Саудовской Аравии с ОАЭ и Бахрейном. Катар первым из стран региона встал на путь демократизации общества со свободой мнения и обеспокоенностью по поводу прав человека. «Аль-Джазира» стала одним из наиболее эффективных инструментов «мягкой силы», направленной против традиционно настроенных режимов Саудовской Аравии и ее соседей. Однако на протяжении последних 15-20 лет и тех, и других обвиняли в нарушении прав человека, политических репрессиях, убийствах известных оппозиционеров и прочих преступлениях. И руководства этих государств нашли решение проблемы -- поправить имидж с помощью спорта [9].
Государственный фонд ОАЭ в 2008 г. приобрел знаменитую английскую футбольную команду «Манчестер Сити», обеспечив значительный поток инвестиций в команду, ставшую рекламой государства. Местным шейхам было необходимо, чтобы мир обсуждал их финансовые вливания в команду и ее спортивные достижения, а не преступления внутри страны. По данным правозащитной организации Reprieve, в стране на 2015 г. находилось около 200 политзаключенных, 75% из которых в той или иной степени подвергались пыткам [10]. Страна получила печальную известность благодаря пыткам не только политзаключенных -- жестокому обращению регулярно подвергаются женщины в различных тюрьмах. Так, 22-летняя студентка из Омана Марьям-аль-Балуши заявила о расизме, пытках, жестоком обращении с заключенными и угрозах насилия в тюрьме Аль-Ватба рядом с Абу-Даби Maryam Al Balushi attempts suicide in al-Wathba prison // ICFUAE. 2020. Mar. 11 [Электронный ресурс]. URL: http://icfuae.org.uk/press-releases/maryam-al-balushi-attempts-suicide-al-wathba-prison (дата обращения: 12.01.2022).. Также тяжелую ситуацию неравноправия подчеркивают истории с бегством женщин из страны: в 2019 г. от премьер-министра страны сбежала младшая из жен, принцесса Хайабинт аль-Хусейн. Ранее, в 2018 г., от этого же человека сбежала его 32-летняя дочь, принцесса Латифа бинт Мохаммед аль-Мактум. Через некоторое время ее вернули в страну, однако судьба девушки до сих пор неизвестна Gardner F. Princess Haya: The princess, the sheikh and the Ј550m divorce settlement // BBC News. 2021. Dec. 21 [Электронный ресурс]. URL: https://www.bbc.com/news/world-middle-east-59739563 (дата обращения: 12.01.2022)..
Иной проблемой до недавнего времени были верблюжьи бега -- излюбленное увлечение местных шейхов. Суть спорта проста -- в забеге на 4-10 км участвуют от 15 до 60 животных. На каждом из них должен быть жокей. И местным пришла в голову мысль сделать жокеями детей, как правило, не старше 15 лет. Логика очевидна: чем меньше вес наездника, тем быстрее бежит верблюд. По данным правозащитной организации Save The Children, с 1980-х до 2015 г. только из Пакистана прибыло более 20 тыс. детей. В Бангладеш, Индии, некоторых африканских странах действовали преступные сети по продаже людей через туристические агентства и полицейские управления, в том числе и в ОАЭ Priya S. Kidnapped for Camel Racing -- The Curious Case of Reporting (P. 1) // FACTLY. 2015. Aug. 31 [Электронный ресурс]. URL: https://factly.in/child-camel-jockeys-kidnapping-for-camel-racing-the-curious-case-of-reporting-part-1/ (date of application: 12.01.2022).. С недавних пор, после судебных исков середины 2000-х гг., детей стали заменять специальными роботами, а правительство ОАЭ заявило о сотрудничестве с UNICEF, в рамках которого обеспечит безопасное возвращение детей домой. Однако до сих пор бега, как национальный вид спорта и забава правящих кругов, продолжают проходить, и открывают их высшие государственные чиновники.
Покупка футбольного клуба была призвана решить все репутационные проблемы, связанные с этими событиями, создав образ процветающего, динамично развивающегося и гостеприимного государства [9]. Разумеется, ключевыми сферами достижения цели стали туризм и спорт, и в данном случае их удалось объединить. Купив английский футбольный клуб, страна негласно совершила выгодную сделку с Великобританией: в арабской стране действуют около 5 тыс. компаний из Соединенного Королевства, более 100 тыс. подданных Королевы работают в ОАЭ, помимо 1 млн ежегодно прибывающих британских туристов. Наладив бизнес в Великобритании, правители Эмиратов создали плацдарм для развития собственного бизнеса в Европе. Данная покупка запустила цепную реакцию: в 2013 г. был образован эмиратский спортивный холдинг City Football Group, владеющий футбольной империей ОАЭ. Деньги холдинга вкладываются в 9 футбольных клубов из Японии, Китая, Сингапура, Австралии, Бразилии, Великобритании, США и Испании. Государство использует эти активы для удобного общения с нужными людьми на всех континентах. Однако и этот проект не остается без критики: в руководстве флагманского футбольного клуба из Манчестера, как и в холдинге, руководящие посты занимают люди, приближенные к королевской семье ОАЭ, что очень беспокоит правозащитные организации: шейх Мансур, занимающий пост премьер-министра страны и являющийся формальным владельцем команды; Хальдон аль Мубарак, президент клуба и одновременно председатель Эмиратской корпорации по ядерной энергетике, правая рука шейха Заида; Саймон Пирс, бывший работник Burson-Marsteller, сотрудничавшей с Николаем Чаушеску и американской ЧВК Blackwater, принимавшей участие в войне в Ираке и Афганистане и замешанной в контрабанде оружия; шейх Мухаммед бен Зайд, наследный принц ОАЭ, глава Абу-Даби, считающийся истинным владельцем клуба и имеющий очень неоднозначную репутацию в мире: являясь ответственным за военную промышленность ОАЭ, на него возлагается ответственность за деятельность частных военных группировок ОАЭ в Йемене, бомбардировке школ и больниц, а также убийстве гражданского населения в стране. Несомненно, подобное руководство подчеркивает факт важности проекта для государства.
Однако следует отметить, что подобная реклама страны через самый популярный вид спорта в мире делает свое дело: когда успех одного из лучших клубов планеты («Манчестер Сити») связывают с конкретной страной, это серьезно меняет общественное восприятие государства в глазах мирового сообщества. Безусловно, проект «Манчестер Сити», несмотря на существенные спортивные успехи команды в последние годы, имеет коммерческий и репутационный подтекст.
Другим примером «спортивной мягкой силы» может считаться проведение этапа мирового гоночного чемпионата Формулы-1 в Абу-Даби. В мире автоспорта проведение собственного гран-при приравнивается к домашней олимпиаде -- города-кандидаты готовы выплачивать баснословные деньги за долгосрочные контракты, потому что осознают медийную важность этого события: Абу-Даби ежегодно выплачивает 100 млн. долл. за проведение одной гонки, Саудовская Аравия подписала контракт до 2030 г., по которому выплатит Международной автомобильной федерации ФИА и Формуле 1600 млн. долл., Катар и Бахрейн за собственные гран-при платят по 70 млн. долл. Местные шейхи готовы выкладывать любые суммы денег ради рекламы собственной страны, стараясь использовать их как средство обеления репутации.
Также подобные сделки имеют выгодные инвестиционные последствия. Примером могут стать ОАЭ, подписавшие в течение последних трех лет целый ряд важных международных соглашений: были проведены торговые сделки с КНР на более чем 3 млрд. долл., подписано соглашение с МАБА о подготовке эмиратских космонавтов и заключен договор с Евросоюзом о безвизовых поездках в страну на ограниченный период времени. Подобные соглашения между «деспотичными монархиями и автократиями Востока» и цивилизованным Западом, а также продвинутым Востоком являются результатом деятельности спортивного пиара государства.
Безусловно, в современном мире, в условиях глобализации и когда основной целью является заключение выгодных с экономической точки зрения сделок без репутационных потерь, наличие собственной спортивной империи имеет большое значение -- с ее помощью можно отвлечь внимание от проблем внутри страны, подписывать выгодные соглашения и рекламировать страну, повышая ее репутацию [9]. Благодаря собственной футбольной сети Гран-при Формулы-1 в Абу-Даби, выставке Дубай-Экспо ОАЭ удалось выстроить имидж открытой, технологичной и гостеприимной страны, потому что все это влияет на умы людей куда сильнее, чем очередное расследование журналистов о преступлениях местных властей. Безусловно, шейхи любого аравийского государства остерегаются подобных разговоров об их детище, ведь все прекрасно понимают, что это негативно скажется на бизнесе -- бойкоты футбольных матчей собственными фанатами или отсутствие интереса к гоночному гран-при приведут к репутационным потерям и обесцениванию их флагманских рекламных активов, без которых заключение сделок с США, ЕС и Китаем станет гораздо сложнее.