Российский государственный гуманитарный университет
Проблема политической власти у С. Франка
Дарья М. Дорохина
Аннотация
Статья посвящена рассмотрению вопроса о политическом господстве и подчинении, который С. Франк раскрывает в ранних политических статьях и которого касается в некоторых разделах своей социальной философии. Ранний период интересен тем, что через описание природы властных взаимодействий в обществе Франк показывает структуру общественного устройства. Раскрывая реальную структуру власти, Франк вводит понятие «морально-правовое сознание общества», под которым понимает сложно организованную правотворящую силу. Вопреки закрепившемуся статусу «либерала», в ранних политических статьях Франк приводит существенную критику договорной теории, а также с особым вниманием относится к феномену иррационального, играющего важную роль в социальном и политическом производстве. Для Франка вопрос о государственной механике тесно переплетен с вопросом о персональной и коллективной психологии. Социальная философия Франка граничит и с политической философией, и с философской психологией. Внимательное, комплексное рассмотрение этих сфер дает возможность сложить целостную картину «живого» общества, которое строится на принципах иерархизма и равноправия.
Ключевые слова: господство, политическая теология, дискурс правопорядка, общественное мнение, власть, политическая философия, социальная философия, правовое сознание, соборность.
Abstract
The problem of political domination (S. Frank)
Daria M. Dorokhina
Russian State University for the Humanities
The article is devoted the problem of political domination, which S. Frank discovers in his social philosophy. The structure of society is to be shown through a description of the nature of power relationships. Frank introduces the concept of “moral and legal consciousness of society” in order to show the real structure of power. He understands this concept as a complexly organized law making force. At the first period of his philosophy, Frank criticizes social contract theory. He pays special attention to the phenomenon of the irrational, which plays an important role in any social and political production. For Frank, the question of state mechanism is closely intertwined with the question of the state of personal and collective psychology. Frank's social philosophy stays close to political philosophy and philosophical psychology. Scrupulous comprehensive consideration of these areas makes it possible to assemble complete picture of a “living” society, which is based on the principles of hierarchism and equality.
Keywords: domination, political theology, discourse on the law, voxpopuli, political power, political philosophy, social studies, legal awareness, catholicity.
Введение
В статье «Проблема власти» 1905 г. С. Франк приводит сцену казни из романа Т. Карлейла «Sartor Resartus», в которой автор задается вопросами, прямо относящимся к вопросам «политической теологии» и дискурсу правопорядка: на чем основана структура господства и подчинения, что заставляет одного человека беспрекословно подчиняться, а другого повелевать; что превращает живых людей в элементы безличной структуры? Франк С.Л. Проблема власти // Франк С.Л. Непрочитанное... Статьи, письма, воспоминания. М.: Московская школа политических исследований, 2001.592 с. В упоминаемой сцене один фигурант волен вершить судьбу другого, поскольку является обладателем отличительных знаков - знаков «судьи». Карлейл насмехается: «парик из конских волос», «беличьи шкурки», «плюшевая мантия» - затейливый набор атрибутов превращает казнь в магическое действие, а обладателя особых знаков - в распорядителя. Что позволяет одному человеку («судье»), не имеющему ни физического, ни интеллектуального превосходства, отправить другого на плаху?
Против ясной постановки проблемы власти у Карлейла и Толстого бессильны все обычные юридические понятия и аргументы, которые очень хороши и удобны для решения специальных вопросов в этой области, но не затрагивают главного, а, наоборот, покоятся на молчаливом его устранении, на признании естественности и понятности элементарного момента власти как таковой Там же. С. 68..
Вопреки тому, что «вопрос о главном» многократно ставился в исследованиях по философии права, ответ на него до сих пор сводится к рассуждению о гипнотической харизме «господина».
Предметом данного исследования является вопрос о политическом господстве и подчинении, раскрываемый С. Франком в социальной философии и в ранних политических статьях. Через описание природы властных взаимодействий в обществе Франк показывает структуру общественного устройства. По мнению философа, представления о социальном устройстве не должны быть ограничены утопическими конструкциями. «Живое» общество организовано сложно, в нем соединяются противоположные идеи, зачастую кажущиеся несоединимыми. Таково, например, филигранное соединение принципа иерархизма и начала равенства. Стоит, однако, отметить, что интерес к психологии характерен для раннего периода политической публицистики Франка. Впоследствии философ отказывается от «психологизма» в аргументации. Цель данного исследования - показать некоторые интеллектуальные ходы политической философии С. Франка, которые он осуществляет в процессе описания феномена господства и социальной жизни, и для достижения этой цели мы концептуализируем аспекты ранней политической публицистики философа.
Проблема политической власти в философии С. Франка поднимается не впервые [1-3]. Одним из значимых исследований является сборник научных статей, выпущенный по итогам работы секции по истории русской мысли XXIV Ежегодной Богословской конференции ПСТГУ [4]. В частности, в статье А.Л. Доброхотова предлагается схема социально-политической философии Франка, отображающая базовые антиномии его социальной мысли - личного и безличного [5].
Критика договорной теории
Чтобы ответить на вопрос, какова природа власти, Франк использует метод, известный в политической философии с самого раннего этапа. Еще Платон в «Государстве», отвечая на вопрос, что такое справедливость сама по себе, использует модель переноса «с мелких букв на крупные». Он рассматривает, как устроена справедливость в душе одного человека и как она устроена в масштабах государства. Платон на протяжении всего диалога вновь и вновь задается вопросом, насколько целесообразен и допустим такой перенос и что, методологически, он мог бы дать. Франк так же рассматривает саму возможность такого переноса, размышляя над природой власти. Из политической сферы, от проблемы власти и господства в государстве, он переходит к рассмотрению власти индивидуальной, как он говорит, «непосредственной власти человека над человеком» Там же. С. 68..
Находясь под влиянием Г. Зиммеля, Франк утверждает, что предельным понятием и центральным предметом рассмотрения должны быть не субъекты, а интерсубъективные или, как Франк их называет, «интерпсихологические» отношения, взятые во всем многообразии форм. Социальные взаимодействия зачастую принимают сложные формы созависимостей, которые имеют структуру, трудно поддающуюся описанию, но, в силу своей сложности, воспроизводящиеся на протяжении всей истории человеческого сожительства. При внимательном рассмотрении в структурах этих форм обнаруживается темное пятно - нерефлексируемый момент, всегда ускользающий от аналитика. Здесь исследователь, придерживающийся классической научной парадигмы, как правило, замолкает, чтобы не провалиться в банальное, к которому у такого исследователя традиционно выработан иммунитет. Франку важно было зафиксировать методический переход физического в психическое, а психического в социальное.
Итак, самые примитивные формы власти строятся на физическом превосходстве. В результате многократного воспроизводства физическая угроза вырабатывает психическую зависимость. Созависимые отношения и для сильного, и для слабого становятся привычными и единственно возможными, поскольку фигуранты просто не знают и не предполагают иного способа взаимодействия. А. Кожев выудил из гегелевской «Феноменологии духа» диалектическую пару, ставшую базовой структурой властных отношений, - это раб и господин. Кожев показал, что они находятся в сложном симбиозе, при котором не только раб зависит от господина, но и господин зависит от действий раба Кожев А.В. Введение в чтение Гегеля: Лекции по Феноменологии духа, читавшиеся с 1933 по 1939 г. в Высшей практической школе / Подборка и публ. Р Кено; Пер. с фр. А.Г. Погоняйло. СПб.: Наука, 2003. 792 с.. В другом случае, например влюбленности, один подчиняет своей воле другого, играя на разнице интенсивности чувства. Пример влюбленных удачен в том смысле, что используя его, Франк показывает рождение некой обособленной реальности, которая наделяется статусом «объективной силы» Франк С.Л. Указ. соч. С. 78.. Именно этот способ человеческих отношений, как правило, описывается наиболее яркими метафорами. Насыщенность чувств и интенсивность поступков достигает самой высокой отметки, становится несоизмерима с повседневным опытом, и человек снимает с себя ответственность за происходящее и делегирует его «объективной силе», вступая в добровольную зависимость.
Здесь Франк останавливается и не пытается подробнее описать «объективную силу»: «...явления психической власти носят совершенно иррациональный характер», - констатирует философ Там же. С. 73.. Перед «иррациональным» рассуждение замирает, но несколько раньше Франк приводит интересный фрагмент из Толстого:
Одна мысль за все это время была в голове Пьера. Это была мысль о том: кто, кто же наконец приговорил его к казни? <...> И Пьер чувствовал, что это был никто Там же. С. 97..
Человек оказывается практически не в состоянии осознать и пережить отсутствие актора, отсутствие волящего субъекта. Сначала политический дискурс обязывал винить во всем «большого человека», «господина». Когда ресурс «господина» исчерпал себя, функции репрезентации и остатки ответственности на себя принял «маленький человек». Осуществляются попытки перекинуть ответственность на вещи, но они наиболее устойчивы к политическим инсинуациям. Принять факт отсутствия волящего субъекта человек не в состоянии, субстантивируя фигуру «иррационального».
Если вернуться в рамки властных отношений, то стоит, во-первых, отметить, что созависимые формы закрепляются через постоянное напоминание о физической угрозе, что приводит к укоренению отношений. Во-вторых, многократное повторение действий закрепляется языковыми формулами. Так учреждается «объективная сила», обособленная реальность, внутри которой «союз трех лиц есть нечто большее, чем простая сумма или совокупность этих лиц» Там же. С. 80.. Наступает момент, когда сфера властных отношений настолько обособляется, что наличие или отсутствие субъектов взаимодействия становится не важно, выделенная реальность продуцирует себя сама: Учредители союза - те конкретные личности, которые свободным решением согласились коллективно действовать в известном порядке и тем создали союз и определяющие его правила - быть может, все давно вышли из состава союза или даже вымерли, но солидарная воля ныне бездействующих или мертвых, некогда породившая эти правила, с того времени слившись в органическое целое, сохраняет бытие и силу Там же. С. 85-86..
Таким образом, говорит Франк, следы происхождения власти теряются, а обособленная реальность формализуется в виде нормативных установлений. Центральным, наиболее ярким примером бессознательного, стихийного «общения» является государственное образование, вступление в которое никогда, за редким исключением, не происходит сознательно. Стихийная колонизация, завоевания и т. д. - вот основной способ, каким исторически складываются государства. Договорные теории - это теоретические построения, всегда созданные постфактум, необходимые как попытка легального объяснения и обоснования властных проявлений, рационализация причин, идущих позже следствий. Принадлежность к государству автоматически требует соблюдения норм и повиновения установленному порядку для всех, без различия степени сознательности, исходя только лишь из факта нахождения на подконтрольной территории.
Франк ставит вопрос о том, кто заставляет повиноваться тех, кто обеспечивает повиновение, - «вооруженную силу, находящуюся в распоряжении власти» Там же. С. 89., ведь у них есть ресурс для того, чтобы это повиновение не осуществлять. Тот механизм, та «сила», которая дает им право повелевать, их самих делает повинующимися.
Психология государства
Государственный союз - сложная система, включающая элементы подчинения на разных уровнях и приводящая все разнонаправленные силы к одному «порядку». Элементы воспроизводят жизнеспособность системы, но отдельные субъекты взаимодействия, индивиды и группы, не обладают правом учредительного влияния. Их правоспособность ограничивается сферой их существования. На что опирается государственная власть? На этот вопрос ответить сложно. Проще ответить на вопрос, на что государственная власть не опирается. Она не опирается на частное решение о подчинении того или иного субъекта. Нет той персональной прагматики, которой бы исчерпывалась готовность подчиняться властному установлению. Это дает основание Франку определять подчиняющую «силу» в категориях иррационального и мистического.
В то же время здесь располагается один из главных пределов политического письма Франка. С одной стороны, он находится в позиции ученого, проводящего довольно строгий анализ, не допускающий объяснения политических процессов бессознательным участием личности в стихийных, иррациональных всплесках чистой властной энергии. С другой стороны, у него нет категорий, в которых он мог бы объяснить описываемые процессы. Но есть многочисленные примеры житейского иррационального поведения. Франк вновь и вновь возвращается к вопросу, заданному еще Платоном: допустим ли метод перевода личного психологического опыта на структуру государственной власти?
Сложность возникает, например, при попытке найти точку формирования «общественного мнения», которое всегда уже существует. В статье «Политика и идеи» Франк определяет общественное мнение как «равнодействующую господствующих в народе верований, стремлений и настроений»11. Поэтому, любые попытки предсказать общественное мнение терпят крах. Мы всегда схватываем его в тот момент, когда оно уже явлено, а до того бессильны его предвосхитить. Мы всегда судим об известном зафиксированном общественном мнении, но не можем написать формулу его образования. Франк сравнивает общественное мнение с химическим соединением. Сложность этого сравнения состоит в том, что в формуле такого «химического соединения» всегда присутствует неизвестный, неопределяемый элемент. Исследователю крайне сложно признать, что этот «реактив» не может быть определен. Важной мечтой человека, говорит Франк, является стремление внести «сознательность в стихийный процесс жизненного развития» Франк С.Л. Политика и идеи // Франк С.Л. Непрочитанное... С. 32. Франк С.Л. Философские предпосылки деспотизма // Там же. С. 144..